Проклятый металл - Павел Корнев

— Какая прелесть! — оценила великолепную огранку драгоценного камня герцогиня. — Только вот сдается мне, сочти вы великую герцогиню Довласа дурнушкой, подарок бы от этого не стал другим…

— Скажу вам больше — не изменились бы и слова, — улыбнулся граф Кимберли честной и открытой улыбкой. — Но разве смог бы я наполнить их таким неподдельным восхищением и искренностью?

— Восхищение — это, конечно, хорошо, но искренность мне по нраву куда больше, — улыбнулась Сола. — Полагаю, пришло время перейти к предложениям вашего сюзерена. Уверена, такой галантный кавалер сможет высказать их лучше, нежели бумага и чернила.

— Боюсь, в этом случае галантность будет вынуждена уступить долгу, — склонил голову посол. — Мой господин, Эдвард Второй, король Ланса, предлагает заключить союз. Он не призывает Довлас оказывать военную помощь, но просит не чинить препятствий для прохода королевских войск через территорию герцогства и содействовать открытию храмов Единения.

— Предлагает? — уточнила герцогиня.

— Как ни прискорбно мне это признавать, но предложения его величества не из тех, на которые может быть принят отказ, — в притворном смирении опустил взгляд посол. — И тем не менее условия союза более чем выгодны для вас. Мы не станем размещать войск…

— К бесам Эдварда! — вдруг громогласно заявил Ричард Йорк и с нехорошей усмешкой добавил: — Рыбья кровь!

— Выбор есть всегда, — обожгла рыцаря гневным взглядом Сола. — Что мешает нам последовать примеру нового короля Марны?

— Выбор есть всегда, но только не в этом случае, — твердо заявил граф Кимберли. — На словах мне было указано напомнить о клятве, данной вашим покойным батюшкой некоему отшельнику…

— Что вам известно об этой клятве? — очень тихо и спокойно спросила понизившая голос Сола, но посол сразу понял, что от ответа на этот вопрос зависит очень многое.

— Ничего, — твердо заявил граф Кимберли. — Для меня это просто слова. И будьте любезны, ваше высочество, попросите господина Йорка убрать кинжал в ножны. Он в любом случае ничего этим не добьется, а мой портной прибывает в Ольнас только на следующей декаде.

— А если выколоть глаза? — тихонько прошептал вставший позади посла рыцарь.

— Ричард! Убери немедленно!

— Как скажете, ваше высочество, — отошел от графа Ричард Йорк, который и сам ощутил, что даже воткнутый в сердце клинок не отправит к бесам с улыбкой дожидавшегося ответа герцогини человека. А человека ли? У рыцаря почти не осталось сомнений в том, что граф Кимберли на самом деле один из Высших.

— Хорошо, — задумчиво глянула на невозмутимого посла Сола, — а вам известно, кто такой этот отшельник?

— Разумеется, мне это известно, — не стал отрицать очевидного граф. — Я из тех, кто зовет его Жнецом. Для остальных он, — по губам посла скользнула неуловимая улыбка, — Серый Святой, пророк и верховный толкователь единственно верного учения о Единении.

— Благодарю вас, граф, — чопорно кивнула Сола, показывая, что аудиенция подошла к концу. — Мы обдумаем переданное вами предложение…

— Не сочтите за наглость, ваше высочество, — выпрямился, поцеловав руку герцогини, граф Кимберли, — но могу я рассчитывать получить ваш ответ в ближайшее время? Его величество особо настаивал на этом…

— Сегодня в вашу честь будет устроен бал, там и поговорим, — улыбнулась девушка, — если, конечно, вы снизойдете до провинциальной дурнушки.

— Дурнушки?! Ваша красота слепит мои глаза…

— Есть более верный способ ослепнуть, — тихонько буркнул себе под нос отвернувшийся к окну капитан Гвардии.

— Ричард! — одернула его Сола, на прощанье улыбнулась послу, а когда за ним закрылась дверь, подошла к ожидавшему выволочки рыцарю. — Какой галантный кавалер, а? Да и красавчик…

— Не в моем вкусе, — нахмурился напряженный, словно часовая пружина, Ричард.

— Не дуйся, — усмехнулась герцогиня. — Относись к этому проще! Карты вскрыты, и хуже быть уже не может.

— Мне бы ваш оптимизм. Я рассчитывал, что старик давно сдох, а он подмял под себя весь Ланс!

— Сдох? — покачала головой Сола. — Такие, как он, своей смертью не умирают. Уж можешь мне поверить.

— Чтоб его…

— Вечером совет, постарайся до его открытия уладить вопрос с преподобным. Хорошо?

— Постараюсь. — Ричард распахнул дверь, потом обернулся и тяжело вздохнул: — Он не человек, Сола. Будь с ним осторожней…

— Граф-то? — без особого удивления восприняла это известие девушка и засмеялась. — Не волнуйся, все будет хорошо.

Белый рыцарь молча вышел из приемной, но в ушах у него еще долго звучал звонкий смех герцогини. Вот только в том, что все будет хорошо, уверенности у капитана не было ни на грош.

IV

Известие о смерти преподобного Ричарду Йорку принесли, когда он собрал в казарме лейтенантов, намереваясь распорядиться об очередном усилении караулов. Молча выслушав вестового, рыцарь в сердцах выругался и со всего размаху рассадил о стену подвернувшуюся под руку кружку.

— За мной! — схватив сброшенный на скамью плащ, рванул он на выход. — Шевелитесь!

Нападение на карету преподобного Шумлиуса было совершено на одной из центральных улиц Ольнаса — Дубовом бульваре. К тому времени, как туда прискакал взбешенный Ричард Йорк, залитую кровью мостовую уже оцепили стражники, а от золотого шитья на мундирах высоких чинов рябило в глазах. Но Белый рыцарь направил коня вовсе не к ним, нет; соскочив на землю, он первым делом ухватил за грудки одного невысокого господина в штатском платье и со всего размаха приложил его спиной о стену дома.

— Как такое могло случиться?! — заорал капитан Гвардии ее высочества прямо в лицо Юрису Кястайле. — Как, я тебя спрашиваю?! Куда смотрели твои люди?!

— Отпусти меня, — не повышая голоса, попросил начальник тайной жандармерии, сразу сообразивший, что потерявшему над собой контроль Ричарду ничего не стоит раскроить ему голову прямо на людях.

— Бесы тебя забери! — оттолкнул Юриса рыцарь и зашагал к валявшимся на брусчатке телам. — Что творится в этом городе, кто-нибудь может мне объяснить?

— Разберемся, — нагнал его Кястайла. — Я понимаю твои чувства, но распорядись, чтобы гвардейцы не мешали моим людям проводить дознание…

— Понимаешь? Ты?! — резко обернулся рыцарь, но взял себя в руки и лишь стиснул кулаки. — Кто-нибудь уцелел?

— Нет.

— Проклятье! — Ричард окинул бешеным взглядом окруживших его людей, и чинуши из городской Стражи невольно подались назад. — Как такое могло случиться?

— На карету напало тринадцать человек. — Хоть начальник тайной жандармерии и не подчинялся капитану Гвардии, Юрис Кястайла решил отношений с правой рукой герцогини не обострять. — Выскочили из переулка, вооружены были мечами, кинжалами…