Вождь - Александр Прозоров

— Оса! — Юлук тем же движением, что рыхлила землю, вогнала меч сверху вниз, пробив одновременно и голову, и грудь насекомого. Однако жужжание не прекратилось и, вытолкнув погибшую подругу наружу, из-под земли полезла следующая хищница. Девушка точно так же убила и ее, но наружу выбиралась уже третья полосатая тварь.

— Да сколько же вас там! — отсекла ей голову Юлук.

Толкотня в норе прекратилась, но жужжание не стихло.

— Они через другой ход летят! — закричал Клун, указывая на небо. Оттуда на охотников уже пикировало несколько ос.

— Тьфу ты, щитов нет, — в который раз посетовал Найл, оказавшийся в числе атакованных, торопливо скинул перевязь и обмотал левую руку толстым кожаным ремнем.

Первая оса промелькнула мимо, нацелившись на Навула, а вторая кинулась прямо на него. Посланник Богини прикрыл голову левой рукой, позволив хищнице впиться жвалами в ремни, пнул ногой брюшко, не давая вонзить в себя жало, а меч всадил насекомому в грудь и хорошенько провернул, кромсая внутренние органы. Оса обмякла, но руки не отпустила. Вместо нее на человека ринулась другая. Найл присел, прячась за тело уже убитой хищницы и несколько раз наугад ткнул из-за нее клинком перед собой. Послышался треск — и насекомое с перебитым крылом забилось на земле. Нефтис, отбросив напавшего на нее врага концом древка, добила осу ударом копья.

Небо над людьми расчистилось.

— Пауков, пауков выручайте! — указал на восьмилапых Навул.

Полосатые хищницы плотно облепили своих извечных врагов, норовя нанести смертельный укол, но те, опасаясь в неразберихе попасть парализующим импульсом в двуногих братьев, не сопротивлялись, поджав лапы и замерев на земле.

По счастью, осы извечно убивают пауков только одним способом — вонзив жало в спину в строго определенной точке и впрыснув яд точно в нервный центр.

В свое время северяне догадались изготовлять для своих смертоносцев металлические пластины, которые с помощью ремней закреплялись на спине. Найл сразу понял огромное значение для своих подданных такого простенького изобретения и в огромном количестве заказал подобные наспинные ромбы, но только из керамики, Демону Света.

Вот и сейчас на каждого восьмилапого насело по пять-шесть ос — но ни один смертоносец еще не пострадал.

— Скорее! — двуногие воины подскочили к своим братьям и принялись избивать ос мечами.

Уцелевшие хищницы взвились в воздух и уже там последних защитниц гнезда пауки сбили парализующими импульсами. Братья по плоти перевели дух и вернулись к рытью. Вскоре их старания оказались по достоинству вознаграждены: люди пробрались в подземную камеру, густо уставленную рядами крупных белых яиц.

— Сегодня пируем! — сделал вывод Найл и, махнув рукой на свой титул, стал помогать переносить добычу к кострам.

Нормальная, вкусная еда после бесконечной рыбной диеты заметно подняла людям настроение. Да и охота в степи — это совсем не тоже самое, что бесконечное рысканье по этажам или нудный штурм хорошо укрепленных крепостей. Братья по плоти оживились и были, похоже, совсем не против совершить еще один поход. Они уже начали обсуждать, каким образом лучше всего справиться с гигантской гусеницей, которую заметил не только Посланник Богини.

К сожалению, дров оказалось маловато, и над огнем удалось зажарить лишь перебитых в схватке ос. Но уложенные в прохладный трюм яйца можно было хранить довольно долго, так что никто по поводу пропадающей еды не обеспокоился. Вот только трогаться в дальнейший путь пришлось без завтрака.

Урок оказался усвоен сразу, и встретив следующие выброшенные на берег бревна, путники не поленились разделать их и до вечера уложить на палубе флагмана небольшую поленницу. Зато, остановившись на ночлег у устья небольшого ручейка, люди смогли и погреться у огня, и целиком запечь спугнутых в высокой траве пауками жуков-оленей, и даже слегка подогреть их наутро.

— Великая Богиня Дельты благоволит вашему желанию, мой господин, — не могла не признать морячка, ведя флотилию вдоль пологого берега. — Четвертый день дует попутный ветер. Наверное, завтра к середине дня дойдем до указанного вами места.

Однако после полудня зеленый степной берег неожиданно резко ушел вправо, и корабли оказались в открытом море. Назия несколько раз вопросительно поворачивалась к правителю, но тот только пожимал плечами: переданные Великой Богиней координаты следовало принимать как данность, а не пытаться подделывать их под изменчивую местность.

Когда на море опустились сумерки, хозяйка кораблей приказала отдать якорь — но нить длинной больше двухсот метров до дна не достала. Тем не менее, Назия не стала рисковать, двигаясь в темноте по незнакомым водам и легла в дрейф. Утром флотилия снова подняла паруса, но по всем признакам — отсутствие стрекоз, чистый горизонт, крупные пологие волны — становилось ясно, что земли поблизости нет.

— Нефтис, принеси выворотку, — попросил Посланник Богини.

Телохранительница выполнила его просьбу, и постелила мягкую шкуру гусеницы на палубу рядом с кормовым веслом. Найл опустился на колени, сомкнул веки, и сознание его раскрылось, впуская в себя невидимые вибрации окружающего мира, расширилось, растеклось во все стороны, накрывая собою море. И он почти сразу ощутил мягкий свет, струящийся немного левее от направления их движения.

— Нам нужно туда, Назия, — указал правитель рукой в сторону Семени.

— Рулевой, нос налево не торопясь, — послушно подправила курс морячка. — Нос прямо.

Найл выждал еще немного, снова закрыл глаза и ощутил, как парит над океаном света. Он опять не мог определить, где конкретно находится Семя — потому, что оказался слишком близко. Но на этот раз угадать местоположение прилетевшей из космоса споры было намного, намного проще.

— Мы нашли его, — негромко пробормотал Посланник Богини, встал и подошел к борту. — Нашли. Вот только без помощи принцессы Мерлью его ни за что не достать.

Правитель разжал пальцы, и кристалл памяти, который он от нечего делать все эти дни катал в ладонях, с легким плеском упал в воду и пошел на дно.

— Твое нутро все еще чувствует направление к родному причалу, Назия? — громко поинтересовался Найл.

— Да, мой господин, — кивнула хозяйка корабля.

— Тогда поворачивай к нему. Мы возвращаемся домой!