Вождь - Александр Прозоров

Через несколько часов маленький отряд вышел к лагерю. Их тут же провели к костру, вручили по крупной запеченной рыбине, от рыхлой плоти которой, похожей на мясо черной мухи, поднимался горячий пар, рассказали что-то про появившееся у берега новое чудовище, напоминающее пойманное в первые дни.

Взятые в плен женщины, сидящие в центре широкого, обложенного паутиной круга, общей радости не разделяли. Иногда они начинали тихонько переговариваться — в основном удивляясь тому, что их никто не насилует и не раздевает. Можно подумать, что они ждали этого чуть ли не с нетерпением. Теперь, немного разобравшись в устройстве общества хранителей, Найл смог различить законных жен и наложниц: рабыни отличались смуглым цветом кожи. Но сейчас женщины вели себя так, словно всю жизнь были лучшими подругами.

* * *

Утро началось с купания. Посланник Богини не касался воды уже довольно давно, и его не могли остановить никакие чудовища. Впрочем, морского страшилища даже ждали: не берегу собралось больше десятка смертоносцев и еще больше двуногих воинов, которые не отказались бы несколько разнообразить свой рацион. Увы, никто на правителя не напал, и он, мокрый и повеселевший, направился к пленным:

— Развяжите дикаря.

Трасик подбежал к завизжавшему от страха двуногому. Затем, подтягивая к себе передними лапами паутину, быстро объел ее и отскочил назад. Земледелец из ближнего дома смолк, тяжело дыша. На лбу у него проступили крупные капельки пота.

— От тебя я узнал, — подойдя к нему, начал торжественную речь Найл, — что вас гнетут злобные хранители, отнимая плоды труда рук ваших, надругаясь над женщинами вашими, и не ценя жизни вашей. Я, Посланник Богини, Смертоносец-Повелитель, человек, одитор ночного мира, правитель Южных песком и Серебряного озера, постановил, что положение такое противоречит законам общечеловеческой морали, устоям нашего мира и понятию справедливости. С нынешнего для я отменяю власть хранителей и простираю свою руку над этими землями. Ты меня понимаешь?

— Да… Э-э…

— Посланник Богини! — выстрелил ему в сознание Трасик коротким ментальным импульсом.

— Посланник Богини, — послушно произнес дикарь на своем языке. Пока что он понимал только то, что есть его, кажется, не станут.

— Снисходя к мукам, которые вы перенесли под пятой хранителей я постановляю: снять с вас все подати и налоги на десять лет! Вменить в обязанность встречать пришедшие от моего имени корабли, давать приют морякам и помогать им в торговле с местными племенами. Ты меня понимаешь?

— Да, Посланник Богини, — дикарь уже начал соображать, что теперь ему очень долго никому ничего платить не надо, и об этом неплохо бы рассказать всем.

— А в награду за перенесенные у меня в заточении муки постановляю дать тебе из числа хранителей в услужение двух женщин по твоему выбору! Ты меня понял?

На самом деле, отдать земледельцу рабынь было скорее в интересах Найла, а не дикаря: правитель хотел, чтобы слова, которые передаст паренек другим членам племени, имели очень весомое подтверждение. А что может стать весомее раба из числа бывших господ?

— Зачем мне эти женщины? — и вправду не понял дикарь, для которого они в первую очередь представляли собой лишние рты.

— Они будут вскапывать тебе грядки, рожать детей и согревать тебя ночью, дурачок, — приободрил его Найл. — Выбирай!

Туземец недоверчиво посмотрел на правителя, затем на женщин. Его глазки загорелись, и он опять, не очень веря такому шансу, покосился на Найла:

— Вот эту и вот эту!

Дикарь, как понял правитель, предпочел из общего числа самых толстых теток. Его племя жило впроголодь, про избыточный вес в нем никогда не знали, и самые упитанные хранительницы показались ему самыми красивыми.

— Забирай, — небрежно махнул рукой Найл.

Паренек, полностью входя в роль рабовладельца, цапнул за плечо одну, вытолкнул вперед, потом за шею вытащил другую. Указал им в сторону дома.

Тут не выдержала Нефтис, и с силой ударила его тупым концом копья промеж лопаток:

— Поклонись правителю, мужчина!

— А-а! — испуганно заметался паренек, не понявший ни слова.

Но кто-то из восьмилапых любезно перевел, и к дикарю вернулось спокойствие.

— Благодарю тебя, Посланник Богини, — неуклюже поклонился он, и тут же радостно потрусил вслед за подарком.

Нефтис презрительно сплюнула:

— Самцы безмозглые.

— Забудь, — положил Найл руку ей на плечо. — Главное, что он расскажет про нас и про хранителей всем, кого только встретит.

Послышался совсем негромкий хлопок — но земля под ногами мелко-мелко задрожала, словно чего-то сильно испугалась, а дома заметно глазу качнулись из стороны в сторону. Но устояли — разве только превратилось в белое облачко и полетело вниз стекло примерно посередине одного из небоскребов.

— Да, наши предки умели крепко строить, когда была такая потребность, — уважительно кивнул Найл и, прикрыв глаза ладонью, посмотрел на небо: — Хранитель тоже выдержал намного дольше, чем я ожидал.

Посланник Богини попытался себе представить, во что превратился здешний арсенал. Раз громкого взрыва и огненного столба не наблюдалось, значит все осталось внутри. Наверное, сейчас вместо трех подземных этажей осталась только одна полость с оплавленными стенками. Неважно. Главное — никаких жнецов, излучателей и гранат отсюда в мир больше не придет. Хоть за это можно больше не беспокоиться.

— Ну, и где ваше чудовище? — повернулся он к братьям по плоти.

— Сейчас будут… — Моряки закинули на пироги сеть, столкнули лодки с берега и взялись за весла. Они отошли на пару сотен метров от берега, там пироги разошлись в разные стороны, выбрасывая в воду снасть, повернули к берегу. Люди все вместе взялись за концы и принялись вытягивать бредень на берег.

Улов получился неплохой — но никого крупнее круглоглазого каменщика в сверкающей серебристой чешуей каше не оказалось.

Посланник Богини потребовал повторить ловлю в другом месте — но и там водилась только рыба. На третий заход не хватило дня: тянуть концы пришлось бы уже в темноте. Часть последнего улова — живую, трепещущую рыбу расхватали пауки, а все остальное братья выпотрошили на берегу и отнесли к огню. Поели сами, остатки запеченной над огнем рыбы отдали пленницам.

Смеркалось.

Найл немного отошел от лагеря в направлении леса, остановился.

— Куда вы, мой господин? — немедленно появилась рядом Нефтис.

— Смертоносец Мокрый сказал, что они оставили хранителей вокруг поляны. Приклеили за руки к деревьям. — Правитель прикусил губу. — Интересно, придут или нет?

На небе, оставшимся на эту ночь без туч, зажигались звезды, скромно приподнялась над горизонтом почти полная Луна.

— Идемте спать, мой господин. Узнаем обо всем утром.