Королева падающих звёзд - Анна Шаенская

— Эм…, хороший вопрос, — задумчиво протянул Хуан, оборачиваясь к Таю, — гнома уже развязали?

— Конечно! — с невозмутимым видом объявил фэйри, — как только мне доложили, что леди в безопасности, я сразу развязал и выпустил Глорина на волю.

— А-а-а-а…, — Беатриса растерянно почесала кончик носа и посмотрела на Хуана, надеясь услышать подробности.

— После того цирка, в который Глорин превратил ваше спасение, мы решили, что его лучше временно обезвредить, — сказал дракон.

— Мы побоялись, что он снова решит усовершенствовать наш план и спикирует с крыши Храма, нарядившись бабочкой с Изнанки, — добавил Тай, — или вырядится миниатюрным грайканом.

— Зачем? — просипела Беатриса.

— Ну, призраками же эти идиоты в прошлый раз додумались вырядиться! — взревел фэйри, взмахнув кулаками.

— Тай! — рявкнул на него Хуан.

— Извините, — начальник дворцовой стражи сделал глубокий вдох, пытаясь успокоиться, и поклонился Беатрисе, — просто…

— Все тогда очень переживали, — миролюбиво произнёс вэ Сейорн, — поэтому нет ничего удивительного в том, что мы едва не отправили наших друзей на тот свет, увидев в каком непотребном виде они отправились вас спасать.

— Они вырядились призраками крыла Грешников, — устало произнёс Хуан, — вернее, они почему-то решили, что духи бродят вокруг темниц на ходулях, размахивая при этом граблями.

— Э-м-м-м..., — Беатриса шумно выдохнула и несколько раз моргнула, пытаясь прогнать прочь дивную картину, нарисованную её буйной фантазией. — А тело? Чьё тело упало со скалы?

— Ассасина, посланного убить тебя, — прорычал Хуан, — эльфы умудрились пришибить его подъёмником Глорина. И, видит Бездна, это единственная причина, по которой эти олухи были прощены!

— Теперь вы понимаете, почему мы пошли на столь радикальные меры? — спросил успокоившийся Тай.

— Да, — хихикнула Беатриса, невольно вспомнив, какой балаган может устроить эта троица, — думаю, ваши действия можно считать полностью оправданными.

— Вот и мы так решили! — рассмеялся Хуан. — Кстати, милорд вэ Сейорн, пока вы ещё здесь, если мне не изменяет память, вы говорили, что в случае исчезновения королевы накануне цвайханны, Авориллиан автоматически будет признана победительницей.

— Да, но, к счастью, у нас уже не та ситуация. Сейчас целители считают, что состояние королевы хоть и является крайне тяжёлым, но не безнадёжно. Мастер Ларони считает, что если в ближайшие дни «болезнь» не продолжит прогрессировать, Кристаллиара сможет восстановиться за счёт природной регенерации и поддерживающего лечения.

— А «болезнь» не будет прогрессировать, если в покои королевы не проникнет Эриан или Авориллиан, — продолжила мысль жреца Беатриса.

Что ж, кажется, всё не так уж плохо! Жаль, конечно, что пока они не могут выдвинуть принцессе официальные обвинения… У них до сих пор слишком мало доказательств.

Вот если бы ей тогда удалось вынести тело Кристаллиары…

— Не жалейте о том, чего не изменить , — сказала королева, — в любом случае всё сложилось лучше, чем могло бы. Мы обе живы и даже можем выиграть цвайханну.

— Сейчас на охрану Королевского крыла от непрошенных гостей брошены все силы, — отчитался Тай.

— А тоннели? — встрепенулась Беатриса. — Та сломанная часть Звёздной дороги?

— Мы с полковником долго спорили по этому вопросу, — вздохнул фэйри, — я боялся подключать к делу кого-то ещё…

— Но наших сил не хватает на то, чтобы контролировать всё, — отрезал дракон.

— Да, сейчас я понимаю, что ты прав, — понуро ответил Тай, — если Эрин пошёл на то, чтобы отправить ассасина в крыло Грешников, ему ничего не мешает послать убийцу и в покои Её Величества.

На последней фразе фэйри запнулся и как-то странно посмотрел на маркизу. Словно, пытался увидеть в ней дух королевы.

— Вы…

 — Любим друг друга, — с болью в голосе ответила Кристаллиара, —но из-за выходки моей сестры не можем быть вместе. Вернее… Тай думает, что предал меня, когда начал «ухаживать» за Авориллиан. Хотя, на самом деле он находился под воздействием приворота. И…

— Вы не обязаны мне всё рассказывать, — сказала Беатриса, чувствуя, как тяжело даётся королеве этот разговор.

— Я хочу… Я никому не говорила… мне хочется выговориться, но к этому лучше вернуться позже. Сейчас мы должны настроиться на тренировку.

— Мне пора возвращаться. Скоро будет смена караула, — Тай поклонился и, бросив на маркизу ещё один задумчивый взгляд, направился к выходу.

— Я тоже пойду, — сказал вэ Сейорн. — Нужно решить, что делать с остальными участницами цвайханны.

— В каком смысле? — уточнила Беата.

— По традиции я должен выделить им покои в крыле Храмовников, но учитывая ситуацию во дворце…

Участницы... кражи… цвайханна…

Перед глазами неожиданно возникла комната Кристаллиары. Зеркала, статуи… Гребень! Гребень!

— Гребень! — воскликнула маркиза.

— Гребень? — хором переспросили Хуан, Дарел и Тэйлина.

— На прикроватной тумбочке королевы лежал гребень, один в один похожий на тот, что украли у одной из участниц, — выпалила Беатриса.

Это не может быть простым совпадением! Наверняка это что-то значит!

— Я понял, о чём ты, — Хуан нахмурился, пытаясь вспомнить имя обворованной участницы, — Орсали... Орсэни...

— Леди ви Орсэли? — удивилась Тэйлина. — Да, она тогда подняла весь дворец на уши. В этот гребень был встроен мощный и очень редкий охранный амулет. Но как он оказался в покоях Кристаллиары? И зачем…

— Леди ви Орсэли выиграла турнир? — Беатриса нетерпеливо перебила фэйри, пытаясь не сбиться со следа.

— Нет, — с грустью произнесла Тэйлина, — во время одного из испытаний она практически выгорела. Целители около года боролись за восстановление её магии, но, на прежний уровень она так и не вернулась.

— Значит, мы были правы, — сказал Хуан, — кто-то устранял конкуренток.

— Но в тот год никто не выиграл! — воскликнула Тэйлина.

— Зато у нашей «милой» Авориллиан неожиданно проснулась магия Хаоса, — тихо сказал жрец, — которой до этого у неё и в помине не было.

* * *

Крыло Храмовников (Беатриса)

— В каком смысле, неожиданно проснулась? — уточнил Хуан.

— Авориллиан с рождения обладала неплохими способностями к некромантии. А вот магией Хаоса она не была одарена, в отличие от Кристаллиары. Но инициация произошла через день после Ночи падающих звёзд, поэтому все решили, что на принцессу снизошло благословение Великой Матери, — по губам вэ Сейорна скользнула горькая усмешка, а в голосе засквозило неприкрытое презрение.