Его сиятельство Каспар Фрай - Алекс Орлов

– Вот и нырнули, - сказал Углук, зевнул и почесал под поддевкой живот.

– Я-то давно нырнул, это ты еще сверху плаваешь, - со вздохом сообщил гном. С приходом тумана его ночное зрение никуда не годилось.

– Скучно здесь, возле крепости.

– А чего скучного? Служба как служба, казна нам жалованье платит, и еще его милость… то есть его превосходительство из своего кошелька отсыплет.

– Да отсыпать-то отсыплет, только все равно скучно. Драки нет, в засады нас не берут. Отсиживаемся при штабной палатке, жрем вовремя. Выходит, зря мне Одигул меч точил и ножны выделывал. Эх, хороший парнишка, я бы его в орки принял, честное слово.

Последнюю фразу Углук сказал специально, чтобы подразнить товарища, и Фундинул сейчас же откликнулся:

– Ну конечно, очень ему надо быть зеленым прожорливым громилой безо всякого ремесла! Ему и в гномах неплохо.

– Не хочешь - не надо, пусть остается гномом, - пожал плечами Углук и, поправив пояс, остановился.

– Ты чего?

– Думаю, что предпринять.

– А чего предпринимать? Сказано же «свободный патруль», вот мы и ходим вдоль стены - в одну сторону, потом в другую.

– Что толку ходить мимо стены в пятидесяти ярдах от нее? - резюмировал орк, вглядываясь в густую, замешанную на тумане темноту.

– А ты чего хотел, через стену перебраться? Так там камни на старом растворе лежат, даже нож просунуть невозможно.

– Когда ты рассмотреть успел? - недоверчиво спросил Углук.

– Давно. Еще когда мы с сынком в Капекслаа ходили. Я тогда поинтересовался, пощупал даже.

– Ну так то ж в Капекслаа, а тут, может, по-другому.

– Да говорю ж я тебе, морда ты зеленая, в такой темноте ничего предпринять невозможно! - начал сердиться гном.

Углук вздохнул, гном был прав, и им маячила перспектива полночи шляться в сыром тумане без всякой возможности найти что-нибудь съестное. Ужин давно прошел, а два черствых калача с бараньим салом были съедены еще полтора часа назад.

– Эх, на берегу бы мы ракушек насобирали, а то и на тюленя наткнулись бы.

– Вот только не надо про тюленя… - попросил гном и передернул плечами. - Я как вспомню твой рассказ, так меня в дрожь бросает.

– О, смотри, чего это там замерцало?

– Где? - Гном повернулся в сторону крепости и тоже разглядел огонь. - Должно, факел на стену вынесли.

– А зачем?

– Посты проверяют. Видишь, огонь движется медленно?

– А теперь не движется, - через минуту заметил Углук.

– Значит, остановились и сержант часовым наставление дает… Давай пройдемся.

Они пошли дальше, но Углук все не успокаивался, ему нужно было чем-то занять себя, чтобы не думать о еде.

– Нет, гном, это они сигнальный огонь поставили, - сказал Углук, снова останавливаясь.

– Кому сигналить-то?

– Лазутчиков спустили и огонь поставили, чтобы те потом в темноте не ошиблись, когда назад пойдут.

– А спускать на веревках будут? - заинтересовался Фундинул, снимая с плеча зачехленный топор.

– Конечно. Обратно придут, за веревку дернут, их и подымут. Меня так тоже разок спускали вместе с командой лазутчиков.

– И чего?

– Обошлось. Один я тогда вернулся.

– Охо-хо, - покачал головой Фундинул, еще раз вздохнул и сказал: - Ну пошли, что ли?

– Пойдем, хоть одним глазком взглянем…

И они двинулись, ориентируясь на огонь, сначала скорым шагом, прислушиваясь на ходу, потом медленнее, задерживая дыхание.

Огонь по мере приближения становился все ярче. Вскоре Углук и Фундинул могли различать даже сполохи пламени, а тонкий нюх голодного орка определил, что в факеле жгут тюлений жир.

– Только зря добро переводят… - прошептал он.

– Чего? - так же шепотом переспросил гном и в следующее мгновение получил по голове деревянной дубинкой, а на орка набросили веревочную сеть.

Резко повернувшись, Углук упал на землю и покатился, сбив кого-то и подмяв под себя. Задавленный заверещал, как попавший в капкан заяц, кто-то подал голос рядом, и орк лягнул на слух, сбив еще одного противника.

– Куртра кимяса! - закричали под самой стеной. Наверху заплясали огни еще двух факелов. Углук сорвал с себя сетку и, вскочив, хлестнул ею по уровню голов. Задел кого-то, выхватил меч и ударил точно в цель.

– Фундинул, ты жив?! - крикнул он, не преставая хлестать сеткой по кругу.

– Да-а… - прохрипел гном. Под стеной продолжалась какая-то возня, и Углук несколько раз хлестнул по этому месту сеткой.

– Ай-яй, суллисала!

– Кейки огу! - стали ругаться те, по чьим спинам прошлись веревочные узлы.

– Хватит, а то меня зашибешь! - попросил Фундинул. - Поберегись!

Послышался свист топора, а затем звук его страшного удара. Несчастная жертва свалилась на землю.

– Куртсеми пау?! Куртсеми пау?! - раздавались сверху озабоченные голоса.

Огня стало больше, и Углук увидел болтавшуюся вдоль стены толстую веревку. Не задумываясь, он сунул меч в ножны, схватился за веревку и дернул. На стене знак поняли, и Углука потащили наверх.

– Эй! - крикнул подоспевший гном, но времени на совещание уже не было. Он схватился за другую веревку и тоже дернул ее.

Суеты на крепостной стене стало больше, команда поддержки лазутчиков взволнованно переговаривалась на вердийском.

– Это ты, что ли, ползешь? - спросил Углук обгонявшего его гнома.

– Я…

– Ногами-то об стену придерживайся, а то они удивятся твоему легкому весу…

– Понял, - ответил Фундинул и стал придерживаться за камни. Работа у его подъемщиков пошла тяжелее.

Снизу стали что-то кричать, и Углука с Фундинулом поднимать перестали.

– Ну вот… - выдохнул гном, прикидывая, сколько футов лететь до земли. Выходило уже более десяти.

– Киси, киси луреа, курва! - зло закричал кто-то совсем рядом. Вердийскому лазутчику тоже не понравилось, что его подъем приостановился.

– Киси! - поддержал его Углук.

– Ки-си! - потребовал Фундинул, и движение возобновилось.

Вскоре Углук сумел ухватиться за край зубца, подтянулся и, опершись другой рукой на второй зубец, перекинул ноги на ярус.

Едва его гвардейский мундир показался в свете факелов, двое плечистых подъемщиков испуганно отпрянули и один из них закричал:

– Табис, табис! Харнлон курва!

– Ками колу, - ответил орк единственное, что знал по-вердийски, и ударом кулака отправил вердийца с яруса вниз.