Выбор невменяемого - Юрий Иванович

У нас и так нет времени для долгого разговора, и я все слышала. Но не могла удержаться от подслушивания: Растел почти ничего не рассказывает о событиях на поверхности.

Зато теперь мне понятно, почему он бесится, драконов вместе с колабами он ненавидит еще больше, чем конкурентов — узурпаторов королевского трона.

— Да, времени у нас нет… — уловила Мальвика самое главное. — Зачем ты пришла?

— Понимаю, насколько ты обижена, что мы тебя предали и не поддержали, как договаривались вчера, — затараторила таги. — Но зато мы теперь знаем обо всех планах Ботиче, и я тебе о них расскажу.

— А если он тебя накажет?

— Ну и пусть! — Малышка беззаботно махнула ладошкой, — Все равно мне уже жить не хочется. А вот у вас в самом деле есть шанс вырваться отсюда живыми.

— Каким образом? — резко оживился Гудас Вилт.

— Как это ни банально прозвучит, но именно тем самым способом, на который вас толкает безумный герцог. Только он это делает, не раскрывая своих секретов, а я уверена, что вы должны знать правду.

Затем довольно сжато рассказала о сути предстоящего эксперимента и о главной роли в нем пленников. Когда наступила тишина, таги так и не смогла понять по отрешенным лицам людей, лучше она сделала, раскрыв им глаза на истину, или только хуже. Поэтому немного подумала и завершила свой визит словами:

— Если вы меня выдадите герцогу, он меня казнит как предательницу. Хотя и в случае вашего молчания он обо всем может догадаться. Если вы откажетесь выполнить его волю, он казнит мужчину и приведет нового пленника. Да и все остальные обитатели отныне еще больше мечтают вырваться на поверхность. Боюсь, Мальвика, твоя идея подействовать на Растела общественным влиянием провалилась. Теперь тебя никто не поддержит.

Девушка вытерла льющиеся слезы и жалобно спросила:

— И что же нам делать?

— Не знаю. Хотя совет напрашивается только один: завершите свою свадьбу как и полагается. Отныне вы муж и жена и от ваших отношений зависит судьба очень многих таги и сор-фитов. Так что… Примите мои поздравления с законным браком! Убегаю! Постараемся с Денией к ужину принести вам что-то особенно вкусное.

Оставшиеся пленники с фатальной безысходностью посмотрели друг на друга. Мальвика не собиралась сдаваться и выдохнула:

— Неужели мы согласимся с ролью рабов?

Тогда как красавец-мужчина уже почти смирился с еще худшим, со своей гибелью:

— Это уже не имеет никакого значения. Раб или не раб…

— Но я не сдамся!

— Тебе легче. Ты основной козырь этого эксперимента. Тебя вон даже научили гигантских крыс уничтожать, регенерацию тела повысили до немыслимых высот. А я даже при всем своем желании и счастливом спасении все равно уже никогда больше не смогу получить удовольствия от какой-либо женщины.

— С чего ты взял?

— По себе чувствую… Интимная близость отныне не для меня. Так что этот сумасшедший Ботиче меня уже сегодня казнит за полную импотенцию.

Как это ни казалось странным, но девушка вдруг почувствовала к товарищу по плену жгучую жалость. Слишком хорошо она за год изучила герцога, чтобы сомневаться в его жестокости или невыполнении собственного слова. Воистину сумасшедший, или только временами сумасшедший, но свои обещания, а особенно угрозы он выполнял всегда. И Мальви-ке захотелось подбодрить мужчину. А для этого в маленькой келье достаточно было протянуть руку, чтобы коснуться чужого плеча.

— Не расстраивайся так, Гудас. Это у тебя от волнения и пережитого стресса. Когда окажешься на поверхности, забудешь все как плохой сон и уже через неделю будешь вновь посматривать на женщин.

— Ты так думаешь? — попытался улыбнуться мужчина.

— Конечно! Ты ведь и молодой, и здоровый, и симпатичный…

Совсем недалеко от кельи пленников, через несколько метров сплошной породы, герцог Ботиче убрал ухо от вентиляционного отверстия и с энтузиазмом потер руки:

— Ну вот, кажется, процесс интимного сближения пошел полным ходом!

Сидящий невдалеке на выступе виконт Деморт искренне удивился:

— Тоты злишься, то спокоен как лед. Вчемдело? Яведьне все слышал.

— Все идет по задуманному плану.

— Значит, ты не будешь наказывать Мони Лу?

— За что? Я бы ее уважать перестал, поступи она иначе. В нашем эксперименте очень важно именно такое варьирование кнута и пряника, и с подношением пряника лучше нашей красотки никто бы не справился.

— Не лучше ли и перед ней раскрыть все карты?

— Ни в коем случае! — воскликнул герцог. — Она «о своим максимализмом только все испортит.

— Так, значит, теперь, — нахмурился виконт, — появишься ты? С кнутом?

— Не угадал! Появишься ты! Со вторым пряником. И посоветуешь им вести себя спокойно в связи с моим внезапным вынужденным отбытием на поверхность. Скажешь, что меня застал сигнал тревоги от старого соратника и друга, который проживает в дальнем пригороде Прангарда. То естья влюбом случае до утра не вернусь. А ты им, в знак дружбы и в честь бракосочетания, разрешишь принять совместную купель в моей каменной ванне. Мол, сам для себя выпросил такую привилегию, но сразу думал о них. Если они еще и в ванне вместе посидят, то это их еще больше сблизит.

Внимательно присматриваясь к своему лидеру, мечтающему о троне, Деморт не смог сдержать скепсиса:

— Послушай, Растел, я иногда не пойму, когда твое высочество притворяется больным, а когда — здоровым?

— А это зависит от поставленных передо мной вопросов! — хитро усмехнулся герцог. — Хотя ты наверняка знаешь, что меня сразу выведет из благодушного равновесия. Рискнешь проверить?

— А чего мне бояться? — Виконт на всякий случай, словно невзначай, встал, прохаживаясь, отступил на несколько шагов, а потом предложил: — Давай лучше ты аннулируешь структуру магической связи твоей смерти с запорами воды на торце Большого Пути.

Улыбка Ботиче превратилась в жуткую гримасу, а голос стал ледяным и угрожающим. По слогам он стал из себя выдавливать слова, словно кидался замороженными до хруста льдинками:

— Ни-ког-да! Никогда я не прощу свалившейся на мой род подлости. И если справедливость не восторжествует, значит, и весь остальной мир достоин только одного: смерти!

Вдобавок вся стойка и положение рук Растела свидетельствовали о том, что он готов к немедленной, непроизвольной от разума атаки. Прикрывшись структурами зашиты и постоянно посматривая на свод над своей головой, Деморт тем не менее продолжил бороться за здравый рассудок своего старого друга:

— Но ведь и без короны можно жить вполне нормально. Не забывай о Мони Лу, она готова для тебя на все и даже простит недоразумение с кухаркой. Тем более в свете последних событий она прекрасно поняла все твои сомнения и даже признала их наполовину верными. Мони Лу прекрасна, лучшей пары тебе не найти во всем мире! И вы бы могли прожить вместе долго и счастливо.