Игры викингов - Александр Мазин

Санёк грохнул рукоятью о щит по обычаю викингов.

Его противники тут же разошлись в стороны, беря его в клещи. Не получится. Раненый точно не сможет двигаться достаточно быстро. Он молодец, но не бер-серк. Разрубленные мышцы и сломанные ребра – это не шутка.

Санёк сорвался с места и бросился на второго, здорового.

Тот замер, изготовившись, щит поднят, снаружи – острие меча и глаза меж: краями щита и шлема.

Санёк рассчитал точно. Он вышел на дистанцию атаки в ту секунду, когда раненый зашел сбоку.

Разрисованный щит крутнулся в руке, на миг сбивая второму смольнянину взгляд, и Санёк, ориентируясь только по тени, бегущей по песку, сделал выпад, как раз когда смольнянин замахнулся. Меч вошел в правую подмышку, между ребрами. Ни парировать, ни уклониться смольнянин не смог. Не в его состоянии.

И тут же второй обрушил на Санька меч. Щит затрещал, но выдержал. Санёк выдернул собственный меч, перепрыгнул через захлебывающегося кровью противника… И увидел, как в него огромным раскручивающимся диском летит щит.

Санёк сумел его сбить, но подскочивший смольнянин передышки ему не дал. Рубанул с двух рук что было сил. Удар пришелся на умбон, соскользнул, но деревянная основа щита все же треснула. Хороший щит. Крепкий. Был.

Санёк отскочил, привычно метнул обломки в голову смольнянина. Тот рубанул снова, окончательно погубив щит. И прыгнул на Санька с рычанием, замахиваясь, полностью открываясь, ставя все на один удар, от которого невозможно защититься. Тем более под ногами у них была уже не земля, а песок. По песку особо не попрыгаешь.

Да Санёк и не стал отпрыгивать. И защищаться тоже не стал.

Длинный низкий выпад навстречу – и его меч, войдя по самую гарду, насквозь пробил живот, проткнул почку и вышел из спины смольнянина.

Тот окаменел от нестерпимой боли.

– Ты умрешь быстро, – пообещал ему Санёк. Нож: соскользнул в его левую руку. Быстрый укол – и смольнянин рухнул лицом вниз. Так и не выпустив меча.

Викинги восторженно заорали.

Первым к Саньку подбежал Медвежья Лапа. Хлопнул так, что Санёк полетел бы в песок, если бы сам же викинг его не удержал.

– Хороший бой! – проревел Лапа. – Это даже лучше, чем срезать с них мясо!

Санька окружили друзья. Он почти не слышал, что они говорят.

«Я должен, должен стать вождем, – мысленно внушал он себе. – Стать вождем, чтобы никогда не убивать тех, кто достоин жить!»

Потом был пир, тосты в честь погибших и пожелания им занять достойное место за пиршественным столом Одина. В том, что Хрогнир и остальные отправятся в Валхаллу, никто не сомневался. Пир длился целый день и закончился на закате, когда подожженный стрелами плот ушел вниз по реке.

И только после этого Санёк подошел к Кетильфасту:

– Я не пойду с вами в Альдейгью, – сообщил он. – Я ухожу домой.

– Хорошо подумал? – спросил кормчий. – Не слишком ли много при тебе золота, чтобы идти одному?

– Мой дом не так уж далеко, – сказал Санёк. – И родня ждет меня. А свое золото я сумею защитить. И возьму только часть. Остальное попрошу тебя забрать и сохранить для меня. У вас теперь есть кнорр, а плыть с грузом легче, чем идти с ним пешком.

– Так и есть, – согласился кормчий. – Если мы дойдем до дома, твоя доля будет в сохранности. Но тебе придется прийти за ней самому.

– Я приду, – пообещал Санёк.

– Будет так, – кивнул Кетильфаст. – И помни: в моем доме и на моей палубе для тебя всегда найдется место.