Раб из нашего времени. Книга 10. Становление Империи - Юрий Иванович

– Почему тряпку? Разве она тебе не нравится? – лепетала подруга, лишний раз подтверждая своё невменяемое состояние.

– Ну конечно, не нравится! Снимай скорее…

– А я цвет специально подбирала, твой любимый, – бормотала она, пытаясь поцеловаться взасос. Какое-то время мы вновь упоённо целовались, а потом до меня дошло:

– Мой любимый? А какой это?

Честно говоря, никак не мог припомнить, что когда-либо в жизни отдавал предпочтение какому-то определённому цвету. И сейчас с удивлением выслушал о себе неведомую правду:

– Как же так? Неужели ты забыл? Тогда взгляни на мой купальный костюм, он ведь жёлтый!

Тупо присматриваясь к цвету ткани, я ещё чуток протрезвел, но так и не вспомнил, что жёлтый – мой любимый. Зато впадающее в пьяную дрёму шикарное женское и много раз горячо любимое тело опять разбудило чисто мужские инстинкты. И я вновь сообразил, что главное предназначение человека – это продолжение рода.

После чего попытался этому предназначению соответствовать. А чтобы не мучиться со снятием мешающего «купального костюма» (ха!), попросту задрал его до нужного уровня. Затем только и оставалось, что выполнить свою высшую миссию.

Только вот Машка проснулась и… не узнала меня! Шумно фыркнула, да так взбрыкнула всем телом, что меня сбросило и с неё, и с камня. Наверное, ей ещё и вуаль Светозарной помогла избавиться от постороннего, которого немедля приняли за враждебного агрессора. Благо что моя вуаль обеспечила мягкую посадку и отсутствие синяков по всему телу. Зато обида окончательно меня вывела из себя:

– Ты чего творишь? – захрипел я, поднимаясь на ноги и вновь пытаясь взобраться на камень. В ответ получил пяткой в челюсть и вновь свалился вниз. Ещё и вопрос следом последовал:

– А ты кто такой?! Урод! Ещё раз до меня дотронешься, голову сверну!.. У меня уже есть любимый мужчина…

И тут у меня включился в сознании автопилот. Причём твердил он одно и то же:

«Что-то здесь не то! Нас опоили! Здесь больше оставаться нельзя! Опасность! Немедленно возвращаемся во дворец! Иначе начнётся прилив, и…»

Далее следовало повторение только что сказанного. Сотни раз. Заклинило, наверное, что-то в мозгу. Зато тело стало действовать соответственно полученным указаниям. Снесло вначале все три молодых тела к воде. Мадам Грозовую нести я не рискнул, и не потому, что сил бы не хватило, почему-то испугался, что если она проснётся, то тоже не узнает. А если при этом испугается, то уж точно может мне нечаянно голову свернуть. Так что её к берегу я буквально перекатывал по камням.

Затем собрал вещи, оружие и рюкзаки. Все это в несколько этапов забросил через портал во дворец. И приступил к переносу самого ценного. Когда закончил возиться с подругами, занялся пробуждением Апаши. Так и не решился шагать с ней в портал, держа на руках перед собой. Помучиться пришлось достаточно, я и пинал её, и болезненно щипал в разных местах, заставляя встать на ноги и двигаться самостоятельно. Хуже всего, что каждый раз, приходя в себя, она вдруг громко начинала петь какую-то бравурную песню. Скорее всего, воинского предназначения.

Вот от этой самой песни у меня сознание окончательно помутилось. И как я лично преодолевал портал в последнем, решающем шаге – ничегошеньки не помню. Только очень, очень смутно один момент всплывал потом в сознании: передо мной стоит моя старшая ординарец Юла, и серьёзно, по-взрослому кивает, выслушивая мои какие-то бессвязные инструкции.

Больше я ничего не вспомнил.