Сделка с вечностью - Алекс Хай

— Люди нужны и нам.

— Вам нужны солдаты, — на удивление жестко ответил ваграниец. — И солдаты у вас будут. От вас требуется не забыть своего обещания. Мне нужны гарантии.

Десари откашлялась, привлекая внимание.

— Я буду гарантией, — сказала она. — Сделайте меня ценной заложницей. Буду в Ваг Ране до тех пор, пока стороны не выполнят договоренности.

Демос мрачно взглянул на воспитанницу.

— Ты даже не моя подданная. Я твой опекун, но ты, Десария, Магистресса Эннии. Как я могу распоряжаться судьбой человека, который принадлежит другой стране?

— Но пока я не достигла совершеннолетия, то должна делать все, что прикажет мой опекун, так?

— Верно.

«Лиса! Пойдет на что угодно, лишь бы оказаться в Ваг Ране».

— Значит, решено. Надеюсь, война надолго не затянется. А затянется — обязуюсь по своей воле остаться заложницей до самого конца.

— Сами видите, что вас ждет, Шано Толл, — проговорил Демос, косясь на Десарию. — Такое условие вас устроит?

— У меня есть условие, — вмешалась Десария. — Не заставляйте меня применять дар. Это не всегда бывает возможно. И помогите мне в поисках.

Фештан кивнул.

— Обещаю.

Демос поднялся, давая понять, что аудиенция была закончена. Фештан и Десари последовали его примеру.

— Займи наших гостей до ужина, — приказал он воспитаннице. — И пока никому ни слова о том, что выяснила.

— Поняла.

— Я распоряжусь, чтобы тебя начали сбирать в дорогу.

Он отпустил их и еще долго смотрел на дверь после того, как за ними закрылись створки.

«Что скажет ее отец, когда узнает о моем решении?»

4.4 Тиро

— И лучше не вставай.

Артанна-Хора бросила меч на землю и заковыляла прочь, припадая на больную ногу. Рыжий Торв, с которым она боролась, неуклюже поднялся и с недоумением уставился вслед пленнице.

— Может мы зря с нее цепь сняли? — сказал он Симузу. — Того и гляди ночью прирежет.

Тот пожал плечами:

— Ваш Вигге велел. Я писарь герцога. Ничего здесь не решаю.

— Ну да, ну да. То-то он с твоей подачи из палатки не вылезает. Ты сам тот еще жук, Алас.

— Его светлость не привык воевать. В компании бочонка эля ему лучше. А если герцог хочет эля, мое дело его добыть.

Торв наградил Симуза тяжелым взглядом.

— То-то ты привык воевать, я погляжу, — проворчал он. — Многовато прыти для писаря.

— Приходилось. Хочешь, покажу, что умею?

— А давай, но в другой раз. Хоры мне хватило. Не была б вагранийкой, сказал бы, что она из наших, из воительниц. — Торв отряхнулся и кивнул в ее сторону. — Зря все-таки Вигге приказал с нее цепь снять. Злобы в ней вроде нет, но что-то с этой бабой не так. Говорит, башкой ударилась и ничего не помнит. А если она теперь безумная? Спать буду вполглаза.

— Много чего с ней не так, — тихо ответил Симуз. — Не обижай ее. Вигге она интересна. Слышал, он кормит ее со своего стола.

— Это потому, что она наш язык знает. И рассуждает мудрено. А в остальном страшила страшилой.

— Эта страшила только что отправила тебя целовать землю.

— Вот это мне одновременно нравится и не по нраву, — отозвался Торв. — Проиграть хорошему бойцу не стыдно. Да только поздновато я понял, что она хороший боец. Думал, калека калекой.

Симуз усмехнулся.

— Вот тебе наука не судить по внешности. Бывай, Торв. Пойду проведаю его светлость.

Рунд хлопнул себя кулаком по груди в знак прощания и с ворчанием удалился к костру. Симуз поискал Артанну среди палаток и направился к ней. Подойдя ближе, он увидел, что женщина изо всех сил обхватила пустую коновязь. Ее тошнило.

— Что с тобой?

— Торв, сукин сын, — отдышавшись, хрипло ответила вагранийка. — Чуть не убил. Ног не чувствую.

— Пойдем-ка я тебя усажу.

Артанна позволила отцепить себя от столба, неуклюже привалилась на плечо Симуза, и они медленно побрели к палатке.

— Хорошо, что с тебя сняли цепь. Вспоминаешь, на что способна. Ты хорошо дралась.

— Да я и без цепи далеко не уйду. — Она поморщилась, наступив на больную ногу. — Торв тупица неповоротливый, его кто угодно уделает. Но бьет сильно. Когда он мне в грудь зарядил кулаком, чуть сердце не выплюнула.

— А память… Все никак?

— Да чего ты до меня докопался? Я знаю, что ты меня знаешь, но я тебя не помню. Лицо вроде знакомое, и смотришь ты на меня так, словно у нас общие дети есть. Но. Я. Тебя. Не помню.

— Может и к лучшему, — тихо ответил Симуз.

— Может. Не знаю, на кой ляд я сдалась Магнуссену, но пока кормит и дает кров, буду сидеть тихо. А коль что вспомню, скажу тебе. Но пока сиськи мне не выкручивай, понял?

Медяк ухмыльнулся. Он верил ей и хотел бы рассказать Артанне больше о ней же самой, но не был уверен в том, что время для этого было подходящим. Да и обстановка в лагере противника к откровениям не располагала. Пусть живет и не знает. Так проще.

Он довел ее до палатки, усадил на скамью и полил из кувшина на руки, чтобы Артанна умылась.

— Спасибо, Алас.

Симуз кивнул.

Артанна вытерла руки о край рубахи и уставилась на него одним глазом.

— Прости, если я где-то нагрубила. Меня саму бесит, что я ничего не знаю. И я вижу, что ты знаешь обо мне гораздо больше, но почему-то не говоришь. Ты мужик умный, тебе виднее. Может пока и правда лучше пожить без забот и с отшибленными мозгами.

— Без обид.

— Спасибо.

Симуз кивнул на прощание и поспешно вышел. Не сразу понял, что ему было тяжело находиться с ней наедине. Не знал, как с ней говорить, не знал, как на нее смотреть. И тяжелее всего ему давалось осознание, что она стала такой из-за него и Десари. Чудом выжила, но что это была за жизнь? Калека, без прошлого и с весьма сомнительным будущим. Если бы рунды узнали, кого взяли в плен, долго бы Артанна не прожила.

Он несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул, по привычке потянулся за трубкой, но передумал, увидев оживление у палатки Вигге. Рунды так и не захотели располагаться в захваченном Тиро, надеясь на скорое продвижение на юг. Симуз почесал затылок и направился к палатке Вигге, а увидев там Брайса, прибавил шагу.

— Что там такое? — спросил он у Торва. — Кто опять кого убил?

— Тихо ты! — шикнул рунд. — Гонец прибыл. От Огнебородого! Нашел нас наконец-таки.

— И чего?

— Живы они! И Магнус, и Волдхард! Отнесло одних к