Приватир - Василий Сахаров

– Пленного послушать не желаете?

– Да ну его, спать охота. – Игнач пошевелился и затих.

– Сам разберись. – Лида так же, как и казак, просыпаться не желала.

– Как знаете.

Веткой я пошурудил в костре и посмотрел на ценного языка, которого два бойца из группы Колыча посадили напротив. Седоватый смуглый мужчина лет около пятидесяти, одет в серый горный камуфляж Альянса, держался без особого страха, но всё же нервничал. По виду, человек в бизнесе давно, всякого повидал, хотя это и так понятно, ведь офицер наёмного соединения в любом случае опытный воин.

Допрос я начал стандартно:

– Поговорим без пыток?

– Да.

– Имя, фамилия, звание, должность?

Молчание, секундное обдумывание вопроса и ответ:

– Майор Константин Георгидис, начальник штаба второго батальона в 7-м полку наёмной пехоты.

«Надо же, славный полк с десятилетней историей в мясорубку кинули, – подумал я, – видать, всерьёз наш отряд зауважали».

– Когда вы прибыли на остров?

– Позавчера, переброшены из района города Мерсии, бывшая турецкая территория.

– Сколько вас?

– Два батальона из 7-го полка и две роты морской пехоты из Антальи.

– Ваша задача?

– Не считаясь с потерями и трудностями, уничтожить пиратский отряд Александра Мечникова.

– Насчёт местных жителей инструкции были?

Короткий кивок.

– Не трогать и в конфликт не вступать. Адмирал Уотсон хочет объявить за голову Мечникова и его людей награду, и, возможно, вожди окрестных провинций помогут нам. Но это не сразу, а только в том случае, если мы сами не справимся.

– Хорошо. Что ты знаешь относительно погони за пиратскими судами?

– Достоверной информации нет, а слухи ходят, что они скрылись. Моряки ведут поиск вдоль берегов Италии, Сицилии, Мальты и Ливии, но результата пока нет.

Так, плавно и неспешно, вопрос – ответ, мы переговорили с майором обо всём, что меня интересовало. По большому счёту нужды в нём больше не было, его слова подтверждались тем, что мы уже знали, и я отдал приказ вывести его. Воины подхватили Георгидиса под руки, но майор неожиданно выкрутился из крепких рук разведчиков и спросил:

– Ты ведь тот самый пиратский командир Мечников?

– Да, это так.

– Отпусти меня. Не убивай.

– А смысл, майор? Ты наёмник, а значит, знал, на что идёшь и за что воюешь. Погулял хорошо, крови пролил немало, жизнь была весёлая, так что пришёл и твой черёд. Ты при допросе нормально держался. Мы без криков, слёз и пыток обошлись, так умри достойно и не порть о себе впечатление.

Георгидис посмотрел мне прямо в глаза, взгляда моего не выдержал и, понурив голову, произнёс:

– Я ещё могу быть тебе полезен.

– Чем? Всё, что ты знал, рассказал, и слова твои подтверждаются показаниями других пленников.

– Ты не всё знаешь.

– Например?

– Дай слово, что отпустишь меня…

– А может, лучше прижать тебя и ты сам всё расскажешь, и мы всё равно узнаем, что ты скрываешь?

– Давай, да вот только полчаса ты на этом потеряешь, а время надо ценить. Особенно вам…

– Ладно. Будет по-настоящему ценная информация, получишь волю. Клянусь!

– Дай карту.

Достав из планшетки карту провинций Рагуза и Сиракузы, я передал её пленнику, и тот, подвинувшись ближе, начал говорить:

– Смотри, вы сейчас за Риголизией, позади вас река и горный перевал. Твой отряд на левом берегу, а на правом – морские пехотинцы Альянса, которые обходят вас. Промедлишь до утра – попадёшь в ловушку. Наши солдаты погонят тебя к перевалу, а морпехи сверху встретят. Что после этого будет, ты и сам понимаешь.

– Конечно, – согласился я, – понимаю.

– Этой информации хватит, чтобы мою жизнь откупить?

– С избытком. Ты свободен. – И я скомандовал: – Отряд, подъём!

Люди проснулись, вскочили на ноги, и я добавил:

– Нас обходят! Выходим через пятнадцать минут! Пройдём перевал и двинемся в глубь острова! Направление – город Грамичелли!

Первыми встали лейтенанты, за ними сержанты и рядовые воины, упаковали рюкзаки, группы собрались вместе, и вскоре мы выступили. Идти было тяжело, тропы склизкие, холодный зимний туман пал наземь и осел на горных склонах, но останавливаться нельзя, и, превозмогая усталость, мы упрямо ползли вверх.

По кабаньим тропам через шесть часов отряд поднялся на вершину. С перевала две тропы – одна налево, в нужном нам направлении, а другая направо, и с той стороны идёт враг, элита вооружённых сил Альянса, морская пехота адмирала Шарка. Пока средиземноморцев не было видно, но в горах звуки разносились далеко, и, несмотря на окутывающий промозглый туман, мы их слышали. Топали ботинки, звякало оружие, и кто-то, как ему казалось, вполголоса ругался на английском языке.

– Занять оборону, – еле слышно прошептал я склонившимся ко мне Игначу и Лиде. – Я по центру, вы по флангам. Отобьёмся и только тогда продолжим движение.

Командиры кивнули, и, соблюдая тишину, отряд стал готовиться к бою. Я пристроился между двумя крупными валунами и высунул ствол «абакана» в направлении подступающего врага. Видимость всего метров тридцать, и это ещё много. Глаза высматривали человеческие силуэты, шаги приближались, и вот из тумана появились приземистые фигуры с горбами-рюкзаками на спине. Морпехи шли, как положено, с передовым дозором, но они были беспечны, дистанцию между собой и основными силами не держали, и за это поплатились все.

Между нами осталось двадцать метров, пятнадцать и десять. Я ясно различил основную массу вражеских солдат и громко скомандовал:

– Огонь!

Верхушка горы вскипела пламенными огоньками, десятки оружейных стволов послали стальные пули навстречу пока ещё живым врагам, и этот бой больше напоминал расстрел ростовых мишеней на полигоне под Краснодаром, чем серьёзную схватку. Сверху ты бьёшь короткими очередями, очередной силуэт рушится вниз и катится по склону. Прошло меньше минуты, и огненный шквал очистил правую тропу полностью. Кто-то из поверженных морпехов стонал, где-то внизу слышались бешеные командные выкрики вражеских командиров, и я решил, что, пользуясь моментом и удачной позицией, можно добавить ещё звиздюлей нашим преследователям.

– Гранаты!

Из разгрузки появилась увесистая и надёжная Ф-1. Кольцо отлетело в сторону, и ребристое металлическое яйцо устремилось вниз. Одновременно с моей «эфкой» в том же направлении полетело ещё не меньше полусотни гранат. Мы кинули концентрированную смерть как можно дальше от себя. Туман вспыхнул десятками ярких огоньков, и хотя я не мог видеть, каков результат от применения карманной артиллерии, но наверняка потери у врага серьёзные.