Город чудес - Роберт Джексон Беннетт

Она обходит кровать, направляясь к комоду. Спальня Ивонны Стройковой, как и сама Ивонна, проста, пуста и экономна, в ней лишь необходимое. Сигруд постоянно забывает, что находится в одной комнате с самой богатой женщиной Континента.

— Я бы взяла в Мирград и пушку, будь она неладна, — говорит Ивонна, открывая ящики и вытаскивая одежду. — У меня там дом, но я им не пользуюсь. Он принадлежал Во, как и четверть проклятого города. Находиться в тех стенах для меня невыносимо. Но, кажется, придется потерпеть.

— Я слышал, город изменился.

— О да. Как и все прочее, Мирград тоже изменился. Но… А-а. — Сунув руку в один из ящиков, она достает изысканное, блестящее черное платье. Расправляет его и подносит к свету. Оно старое и мятое, но по-прежнему красивое — реликвия из какой-то прошлой эпохи ее жизни. Она улыбается, грустно и задумчиво, потом прикладывает платье к себе, прижимает к своему жилистому телу. — Как думаешь, еще подходит?

Сигруд смотрит на Ивонну Стройкову. Разглядывает ее худое, суровое лицо, длинную и гладкую шею, яркие глаза, в которых вот-вот полыхнут искры, словно от удара кремнем по кресалу.

— Вообще-то я думаю, да, — говорит он.

— Сильно оголяет плечи. Плечи, на которые после нескольких лет здесь и взглянуть-то не захочется. — Она вздыхает — возможно, вспоминая лучшие дни, — потом медленно складывает платье обратно в шкаф. — Может быть, Мирград и изменился, Сигруд, но, как и многие другие вещи, он не в силах забыть, что с ним приключилось. Он по-прежнему такой, каким был. И это не изменится. Так что я буду ступать осторожнее.

— Я понимаю, — тихо говорит Сигруд.

— У тебя есть какая-нибудь одежда?

— Только та, которую я упаковал для морского путешествия, — говорит Сигруд. — Придется обойтись ею.

Тати подходит к двери, неся чемодан. Она одета абсурдно, точно школьница, которая собралась уехать в горы на каникулы, но Сигруд воздерживается от комментариев.

— Кажется безумием отправляться в Мирград так спонтанно, — говорит она. — Самый древний город мира… и мы должны туда добраться за пять дней?

— Да, — подтверждает Сигруд.

Она чешет подбородок.

— Я тут думала по этому поводу… А почему бы нам не воспользоваться аэротрамваем?

Он хмурится.

— Чем?

Ивонна хмыкает, заполняя кофр вещами.

— Скорый поезд — единственное средство передвижения, которому я доверяю. В отличие от этой… штуковины.

— Это не штуковина, — возражает Тати. — Я читала о нем во всех финансовых газетах. Это инженерное чудо! Почему бы не поехать на нем? Тогда мы доберемся за три дня при любой погоде!

— Потому что это безумие! — парирует Ивонна.

Тати тяжело вздыхает.

— Просто тетушка Ивонна не доверяет прогрессу. Я все время ей говорю, что в Мирграде все по-другому — и ей стоило бы знать, ведь она финансирует множество новшеств!

— Я могу надеяться, что что-то изменилось, — огрызается Ивонна, — и одновременно не верить в это!

Сигруд поднимает руку.

— Что он такое? Этот… аэротрамвай?

— Ты не знаешь? — говорит Ивонна. — Это самое грандиозное, что случилось на Континенте за последние десять лет, к добру или к худу. — Она задвигает ящик комода. — Второе, на мой взгляд.

Тати пренебрежительно машет рукой.

— Ты когда-нибудь катался на лыжах в горах, Сигруд? Видел подъемники, которые используют, чтобы вывезти людей на вершину? Ну так это похоже, но куда масштабнее, и линия идет прямо в Мирград через горы. И станция отправления находится там же, где главный железнодорожный вокзал.

Он чешет голову.

— То есть это… большой горнолыжный подъемник, который возит людей в Мирград?

— В основном да, — говорит Ивонна. — Я слыхала, туалеты там кошмарные.

— Намного легче возвести башни в горах, чем взрывать туннели для поездов, — не унимается Тати. — И хотя у нас уже были железные дороги, огибающие сложную часть Тарсильского хребта, соединяющие Аханастан и Мирград, до сих пор никто не мог проложить между ними прямой маршрут. А потом кто-то предложил аэротрамвай. Это как железная дорога, но в сотнях футов над землей, с вагонами, которые вмещают двадцать−тридцать человек и перемещаются по огромным канатам!

— Очень популярное средство передвижения, — говорит Ивонна тоном, который свидетельствует, что она этой популярности совсем не понимает.

— Верно, — говорит Тати. — Мы бы добрались на нем за три дня. Его частично разрабатывала ЮДК, так что он должен быть очень надежным.

Сигруд некоторое время молчит.

— ЮДК? Южная Дрейлингская компания?

— Ну а какая еще? — спрашивает Тати.

Он на мгновение задумывается. Вспоминает, как пришел в мастерскую дочери в Вуртьястане — громадный ангар, заполненный чертежами всех вещей, которые она когда-либо придумала, но еще не воплотила в жизнь.

Неужели это числилось среди них? Неужели странную машину, которую описывают Ивонна и Татьяна, придумала Сигню, когда была жива?

Встряхнувшись, он возвращается к теме.

— Значит, мы будем болтаться в маленьком железнодорожном вагоне, — говорит он, — в сотнях футов над землей. Три дня.

— Да, — подтверждает Тати.

Пауза.

— Ага, — говорит Сигруд. — Нет.

— В смысле нет? — удивляется Тати.

— В смысле я этого не хочу. Того, что ты описала.

У нее опускаются плечи.

— Но ведь так было бы намного быстрее…

— Нет. Мы знаем, что такое поезд. Поедем скорым.

— Если вообще доберемся до вокзала, — говорит Ивонна, защелкивая кофр. — Если этот наш враг так умен, каким ты его описываешь, Сигруд, — он ведь точно достаточно мудр, чтобы следить за вокзалом?

Сигруд хмурится, потому что это тревожило его с самой встречи с Мальвиной.

— Сколько огнестрельного оружия помещается в кофре?

— Всего шесть единиц.

— Хорошо. Выбирай тщательно. Потому что оно может нам понадобиться.

* * *

Они прибывают на вокзал на следующий день, в пять утра, до рассвета. Ивонна и Татьяна зевают и трут глаза спросонок. Вокруг почти нет света. Сигруд пригибается к рулю, смотрит на ворота, двери, стеклянную крышу огромной железнодорожной станции. Даже в такую рань она выглядит как бедлам: аханастанцы стремятся внутрь, придерживая шляпы, крепко сжимая чемоданы, портфели и ранцы. Он морщится, наблюдая, как их силуэты быстро проходят через турникеты. «Любой из них может оказаться подручным Нокова», — думает дрейлинг.

Но есть ли у Нокова армия? Сигруд всерьез подозревает, что нет. Сайпурская военщина и выросшая вокруг нее разведывательная индустрия — это одно дело, но континентские коллаборационисты и диверсанты… как-то чересчур. Больше похоже, что у Нокова всего лишь горстка активных агентов, которые действуют изнутри министерства. Недостаточно, чтобы следить за каждой дорогой и каждым вокзалом Континента — так что, наверное, в этом дурдоме впереди для них безопасно.