Темный дар - Кэт Фоллз

Восхищенно присвистнув, Джибби пригладил мокрые растрепанные волосы и направился к Джемме. Самоуверенный нахал. Что мне оставалось делать? Я забросил мантаборд на плечо и пошел за Джибби. Мы оказались рядом с Джеммой как раз в тот момент, когда рыбаки разошлись. Последний из них вернул девочке ламинированную фотографию и сказал:

— Нет, не знаю такого.

— Это старая фотография, — крикнула вслед рыбаку Джемма. — Представьте его взрослым!

— При-и-и-вет, — протянул Джибби, шагнув к Джемме.

Джемма обернулась, посмотрела через плечо — так, словно там мог быть кто-то, с кем поздоровался Джибби. Меня это немного задело. Она прекрасно поняла, что Джибби заигрывает с ней, а не с кем-то из потных, выпачканных цветными мазями рыбаков, проходивших мимо. Да, некоторые из них были женщинами, но кто разглядит, женщина это или мужчина, под толстым слоем цинковой пасты, грязи и прилипшей к коже рыбьей чешуи?

Я неохотно представил их друг другу.

Значит, — подмигнув мне, сказал Джибби, — ты — кое-кто.

— Надеюсь, — ответила Джемма. — Обычно я всего-навсего одна из миллионов кое-кого.

— Добро пожаловать на Придонную территорию, Джемма, — сказал Джибби, протянув Джемме руку. — Здесь ты не кое-кто, а настоящий раритет.

Джемма вздернула брови. Похоже, не знала, что сказать. Я отвел взгляд и вдохнул соленый морской воздух. Так хотелось хоть немного избавиться от головной боли. Джемма со мной особо не кокетничала. Она ткнула меня в бок фонариком и не поверила мне насчет темных даров.

Я услышал, как она спросила у Джибби:

— Не встречал здесь этого парня?

Повернув голову, я увидел, как она протягивает Джибби фотографию. Внезапно боль в голове утихла.

— Это твой брат? — спросил я.

Она кивнула.

— Пока никто его не узнал. Но на фотке ему всего четырнадцать. Более поздних снимков у меня нет.

— Извини. — Джибби покачал головой и вернул фотографию. — Я его не видел.

— Его зовут Ричард, — сказала Джемма и провела большим пальцем по фотоснимку — словно хотела отбросить прядь волос со лба брата. — Ричард Стрейд.

— Ты на него очень похожа, — сказал Джибби. Джемма наклонила голову, глядя на фотографию. И я посмотрел на Джибби, хмуро сдвинув брови. Сходство между братом и сестрой было весьма приблизительным. Оба голубоглазые, с рыжевато-каштановыми полосами, но брат Джеммы был худым и долговязым, со слишком крупными чертами лица. Однако сравнение с братом явно пришлось ей по сердцу. Она просияла.

— Не стоит показывать его фотографию рыбакам, — посоветовал ей Джибби. — Старатели редко выходят на поверхность. Иногда снимают комнаты на нижних уровнях торговой станции, но чаще живут на своих подлодках и охраняют участки от захватчиков. Если кто и видел твоего брата, так это подводные поселенцы.

Джемма посмотрела на Джибби с интересом.

— А как мне узнать, кто поселенец, а кто нет?

— Половина поселенцев в данный момент на нижнем уровне станции, милая. — Джибби галантно предложил Джемме руку. — Я тебя туда отведу.

— Разве ты не собрался плыть на Парамус? — спросил я.

— Отплыву попозже.

— Но мне так и так надо вниз, — заметил я. — Мне надо рассказать рейнджеру насчет одного затонувшего судна.

— Что за судно? — с любопытством глянул на меня Джибби.

«Ничего от него не скроешь, — с тоской подумал я. — И какой же он самовлюбленный! Эгоизм — превыше всего».

— Подлодка. Судя по всему, она принадлежит старателям.

— Там такой ужас внутри, — поежившись, добавила Джемма. — Все в крови.

— Рыбьи кишки, — заверил ее Джибби. — Это бывает…

— Сомневаюсь, — прервал его я. — Бандюги из «Сиблайт» уволокли эту субмарину. Им явно есть что скрывать. Мы еле успели оттуда выскочить.

Джибби пристально посмотрел на меня.

— Эта шайка грабит только правительственные корабли.

— До сих пор было так.

— Да нет, — небрежно махнул рукой Джибби. — Что возьмешь у старателей?

Я пожал плечами.

— Когда акула голодна, она сожрет что угодно.

Джибби побледнел. Я продолжал:

— Знаешь, если ты собрался на побережье, тебе бы лучше отплыть сейчас. Задержишься — придется возвращаться домой в темноте, а кораблик твой будет под завязку набит свежими припасами…

Смысл моих слов дошел до Джибби.

— Приятно было познакомиться, Джемма, — поспешно протараторил он, развернулся и бегом помчался по причалу. — Хватит загорать, ребятишки! — прокричал он на бегу. — Пора отчаливать!

Матросы на палубе «Сикоуча» неохотно поднялись на ноги. Мне стало неловко. Хотелось верить, что я не для того спровоцировал эту массовую панику, чтобы остаться наедине с девушкой.

— А он почти совсем не светится, — отметила Джемма, глядя на Джибби, перепрыгнувшего с причала на палубу «Сикоуча».

— Он под водой всего два года живет.

— Уже заявку на участок подал?

Я искоса посмотрел на Джемму. Наверняка она решила пошутить надо мной — ведь я сказал ей, что мечтаю подать заявку на собственный участок. Но она ответила мне спокойным взглядом, без тени издевки. Я кивнул.

— Через три года Джибби будет владеть сотней акров.

«Сикоуч» отчалил от пристани, и до нас донеслась песня.

— О, Джем, ты далёко за морем, далёко мне плыть до тебя… — распевал Джибби во всю глотку, ставя паруса.

Джемма поморщилась и сунула фотографию брата в сумку на ремне.

— Что, паршиво поет? — осведомился я, радуясь тому, что пение Джибби у нее восторга не вызвало.

— То, что он скоро получит сто акров земли, не дает ему права вести себя нагло. — Она посмотрела на меня, сердито сдвинув брови — так, словно я в чем-то был виноват — На свете полным-полно таких девушек, как я. Я это отлично знаю.

Я едва не расхохотался.

— Ты тут видишь хоть одну?

Джемма подозрительно глянула на меня, но все же огляделась по сторонам.

— Вон. — Она кивком указала на катера за моей спиной. — Не пойму, что ты хочешь сказать?

Наверное, Джемма заметила девушку из числа флоутеров. Эти в счет не шли, они задерживались здесь только до тех пор, пока их родители не отправляли соответствующее письмо по электронной почте. Но, обернувшись, я с удивлением увидел, что у ближайшего причала на волнах покачивается роскошная яхта. На палубе две женщины лежали в шезлонгах под яркими пляжными зонтами. Судя по солнечным очкам и легким длинным платьям, они прибыли с материка. Стало быть, провели на яхте три часа — если не больше, смотря какой был ветер, — и все это ради туризма. Вообще-то мы привыкли тут жить одни, уверенные в том, что все оставшееся от «цивилизации находится от нас на расстоянии в шестьдесят морских миль. Но время от времени «цивилизация» заглядывала к нам с фотоаппаратом.