Дурман-звезда - Владимир Прягин

Он кликнул помощницу, чтобы та его подменила, а сам, откинув замызганный полог, ушел в пристройку. Опекунша же, обернувшись ко мне, проскрипела:

– Приятного аппетита, сударь.

Я чуть не подавился сухариком. Кое-как проглотил и ответил:

– Благодарю вас, леди.

– Вы тоже остановились в этом… гм… заведении?

– Нет, леди. Просто зашел поужинать. Коротаю время до вечера.

– До вечера? А потом? Прошу простить, если мой вопрос покажется вам бестактным…

– Ну что вы. Место на ночь я уже подыскал, если вы об этом.

Строго говоря, я не погрешил против истины. Просто опустил некоторые незначительные детали. Например, о том, что речь идет отнюдь не о комнате в уютной гостинице, где утром можно спокойно спуститься к завтраку.

Дама намеревалась продолжить расспросы, но не успела. Дверь распахнулась снова, и в проем шагнул здоровенный тип – бритый наголо и в кожаной безрукавке вместо рубахи. Меч у него висел за спиной, а на левой скуле был вытравлен знак – две короткие косые полоски, черная и желтая. Цвета ястребиного глаза.

Он усмехнулся, оглядев посетителей, и посторонился. В трактир вошел еще один Ястреб, но уже не просто боец, а самый что ни на есть коренной представитель рода. Аристократ в неведомо каком поколении – длинные волосы, холеная кожа, почти не тронутая загаром, задранный подбородок. Пластинчатая кираса из живого металла с родовым гербом на груди. И взгляд, под которым ощущаешь себя, в лучшем случае, тлей капустной. Еще несколько бойцов шагнули через порог.

Все в трактире разом заткнулись – даже купчики сидели, разинув рты. Трое у стойки рядом со мной отреагировали по-разному. Девочка вздрогнула и прижалась к старухе, затравленно глядя на молодого аристократа. Старая дама тоже, кажется, растерялась – я видел, как ее костлявые пальцы сжали плечо воспитанницы. Только телохранитель сохранил хладнокровие. Видимо, в этот раз ситуация была для него понятной и однозначной. Он не дергался, не пытался что-то сказать и вообще не размышлял ни секунды, а просто сделал молниеносное движение кистью, и короткий кинжал сверкнул, рассекая застоявшийся воздух.

Если бы здоровяк в безрукавке пробыл в трактире чуть дольше, то его глаза привыкли бы к полумраку после яркого солнца, и он успел бы среагировать на бросок. Но сейчас ему не хватило какой-то доли секунды, и кинжал вошел точно в горло. Мощное тело со стуком рухнуло на деревянный пол.

В следующее мгновение все задвигались очень быстро. Ястребы кинулись вперед, обнажив клинки. Посетители, роняя лавки, порскнули в стороны, чтобы не попасть под удар. Телохранитель тоже выхватил меч. Двоих противников он буквально вспорол одним изящно-слитным движением. Пока они падали, ушел от удара третьего, а четвертому чиркнул острием клинка по бедру. Блокировал несколько ударов подряд и сам перешел в атаку.

Хищно лязгала сталь. Телохранитель ловко вертелся между столами. Меч его сверкал в полутьме, чертя убийственные зигзаги.

Это был образцовый бой. Трое уже полегли, а телохранитель не получил ни одной царапины. И все же в конце концов удача изменила ему – чужой клинок рассек ему кожу.

Рана была не смертельной, но затрудняла движения. Парируя выпад слева, телохранитель поскользнулся и припал на одно колено. Выставил меч, отбивая очередную атаку, и в эту секунду Ястреб, зашедший сзади, со всего маху рубанул ему по затылку.

Аристократ усмехнулся. Брезгливо ткнул носком сапога наполовину обезглавленный труп и повернулся к девчонке и ее спутнице. Произнес с ленцой:

– Итак, благородные дамы. Теперь мы можем поговорить?

Он шагнул ближе и протянул руку, словно собираясь погладить малышку по голове. Опекунша зашипела и рванулась к нему. Длинноволосый перехватил ее за предплечье и буднично, без всяких эмоций ударил кулаком по лицу. Старуха повалилась на пол.

Аристократ присел перед девчонкой на корточки. Несколько мгновений они смотрели друг на друга, не отрываясь. Наконец он сказал ей:

– Мелкая дрянь. Думала так просто сбежать?

Она всхлипнула и опустила голову. Но аристократ, взяв малышку за подбородок, заставил ее поднять взгляд. Девочка дернулась, но он держал ее крепко.

– Отпусти! – Она давилась слезами. – Отпусти, слышишь, ты! Обмылок!

Похоже, это слово что-то для него значило. Что-то конкретное и очень обидное.

Он вскочил на ноги. Маска холодного равнодушия дала трещину, и стало видно, что аристократ – совсем еще молодой парнишка. Лицо его пошло пятнами, а в глазах полыхнуло чистое, незамутненное бешенство. В эту секунду он себя совершенно не контролировал. Судорожно схватился за меч, замахнулся и рявкнул:

– Сдохни!