Ересь внутри - Роберт Хейс

Волк среагировал молниеносно — он бросился на Джеззет, оскалив зубы и утробно рыча.

— Черт! — вскрикнула Джеззет, снова отпрыгивая и отбиваясь от нападения.

Пес приземлился и тут же рухнул в кучу веток. Девушка понятия не имела, куда она рубанула, но, должно быть, задела что-то жизненно важное.

«Никогда раньше не билась с волком… или с медведем!»

Чернокожий гигант за это время успел подобраться почти вплотную и теперь замахивался на нее пудовым кулаком. Джеззет отскочила назад, прямо в ждущие объятия второго бандита. Его мускулистые руки крепко обхватили ее, а сама она слишком поздно поняла, что меч выскользнул и теперь валяется у ног. Раньше мужик не казался ей крупным, но на деле он с легкостью мог удержать ее одной левой.

— Теперь мой черед быть первым, — заговорил бандит за ее спиной; от его горячего дыхания на шее проступил пот, а отвратительный запах забил ноздри.

Бандит убрал одну руку и просунул ее между телом Джеззет и своим. Девушка почувствовала, как он возится с пряжкой ремня.

«Черта с два!»

Джеззет резко запрокинула голову и ощутила, как ее затылок встретился с носом мужика. Теплое и влажное разлилось по волосам, но бандит хватку не ослабил. Девушка снова ударила головой — и на этот раз была вознаграждена хрустом ломающейся кости и свободой. Медлить она не стала — перекатившись, подхватила с земли свой меч и атаковала. Удар пришелся чуть ниже пояса, прямо в пах. Бандит завизжал от боли, его разбитое лицо исказила жуткая гримаса. Он дернулся и взмахнул руками, но следующий удар поразил его прямо в сердце.

Чернокожий здоровяк ошеломленно смотрел на происходящее. Джеззет одной рукой провела по волосам, и на ладони осталась кровь — по большей части из разбитого носа второго бандита, но жгучая боль говорила девушке, что часть принадлежит ей самой.

Гигант снял с пояса огромную деревянную палицу и с угрожающим свистом рассек воздух. Силы ему было не занимать. Джеззет прекрасно понимала, что даже один такой удар переломит ее, как сухую ветку.

— Полагаю, любовные забавы тебя больше не интересуют? — усмехнулась она.

«Давай, зли гиганта. Почему бы и нет?»

— Ты до них не доживешь.

— Это… Аргх! — только и успела сказать Джеззет: гигант, размахивая своим оружием, двинулся на нее.

Девушка плашмя рухнула на землю, и палица пронеслась у нее над головой. Оттолкнувшись ногами, Джеззет попыталась оказаться за спиной врага, но сапоги заскользили на листьях, и маневр не получился. А уже в следующую секунду тяжелый сапог врезался девушке в живот, подбросив ее в воздух. Джез успела взмахнуть мечом, прежде чем, приземлившись и кубарем прокатившись по земле, остановиться возле тела хозяина волка. Мертвым он вонял так же сильно, как и при жизни.

Гигант ухмыльнулся и шагнул вперед, но вдруг его ноги подкосились, а из глубокой раны на бедре хлынул поток горячей крови. Меньше чем через минуту он умер, крича и жадно хватая ртом воздух до самого последнего мгновенья.

«Да, сегодня в выборе между сексом и дракой победила драка».

Джеззет не потребовалось много времени, чтобы обыскать тела. Трупам деньги и еда ни к чему, а вот ей бы пригодились. И лишь теперь она заметила, что у каждого правая рука была обмотана красной тканью. Они не были бандитами — они были солдатами; по крайней мере, эта деталь наводила именно на такую мысль.

«В округе есть только одно место, куда могли направляться солдаты… Пора предупредить его, Джез».

— Глазам своим не верю, Джеззет Вель’юрн. Сколько времени прошло? Всего неделя — и вот ты снова приползла ко мне.

Джеззет прошла через ворота, оценивая тяжелые створки и солдат, стоявших по обе стороны, а затем, сплюнув, принялась буравить взглядом мужчину перед собой.

«Быстрее скажешь — быстрее отсюда уберешься».

— Оставь это, Эйрик. Я здесь лишь для того…

— Конечно, мы могли бы найти тебе хорошее применение, Джез, — с грязной ухмылкой заявил Эйрик. — Например, ты могла бы удалиться в мои покои, благо дорогу знаешь. Разденься, приведи себя в порядок, а я скоро приду и займусь тобой.

«Шансы паршивые, но я, наверное, успела бы убить его прежде, чем его люди вырубят меня… Весь путь — коту под хвост».

Услышав за спиной скрип, девушка обернулась и увидела, как ворота с грохотом закрываются и солдаты с трудом задвигают тяжелый деревянный засов. Не хватало только застрять в этом чертовом форте.

— Открой ворота, Эйрик. Я не останусь. Просто пришла предупредить тебя о готовящемся нападении.

В мгновение ока ухмылка исчезла с красивого лица, сменившись хмурым выражением.

— Сколько их?

— Не знаю. Мне встретились лишь разведчики. Спросить у них возможности не представилось.

— Была слишком занята, убивая их?

Джеззет не ответила. Она лишь смотрела на хозяина маленького форта, пока тот жевал губу.

— Как далеко? — спросил он наконец.

— Я встретила их в лесу два дня назад. Полагаю, у тебя есть самое большее день. А теперь открой ворота. У меня нет никакого желания торчать где-то рядом…

— О, я не могу этого сделать. Не перед угрозой нападения, да, парни?

Стражники одобрительно загудели, даже не шелохнувшись, чтобы снять засов. Джеззет прожгла Эйрика взглядом.

— Я предупредила тебя, и вот так ты платишь мне за это?!

— Я никогда не просил тебя предупреждать меня о чем-либо, Джеззет. Никогда не нуждался ни в этом, ни в чем другом. — Эйрик с важным видом ходил вокруг нее, поигрывая широкими плечами под кольчугой. — Но коли так, мне пригодится каждый меч, даже твой.

Джеззет окинула взглядом собравшихся на площади солдат. Двенадцать человек, все хорошо вооружены и обучены. Плюс еще три сотни или около того в форте, готовые выскочить по первой команде. Кроме того, ей самой не удалось бы поднять засов на воротах. По правде говоря, даже трем Джеззет это не удалось бы.

«Дерьмово, Джез».

— Ты останешься, поможешь нам отбить атаку, и я отпущу тебя на все четыре стороны, — снова расплылся в ухмылке Эйрик. — Ну а пока у тебя есть время привести себя в порядок, а я скоро к тебе присоединюсь.

«Драться или трахаться?»

Иногда, куда чаще, чем Джеззет хотелось бы, у нее просто не было выбора. Она еще раз сплюнула и глазами, словно смертоносными клинками, пронзила Эйрика, а потом зашагала в сторону зданий внутри форта, где располагались его покои.

«Твою мать!»