Мама для Совенка - Екатерина Боброва

— Все будет зависеть от вашего поведения, — оскалился улыбкой варвар, — но постарайтесь никого больше не оскорблять, иначе можете не дожить до конца вашего, — усмехнулся, — визита.

«Оптимистичное» пожелание, а главное — сразу хочется послать всех в далекое путешествие. Как в том анекдоте: «Вот вам пять тысяч и не перебивайте».

— Тогда начнем с вас? — вскинула брови, склонила голову, оценивающе оглядывая варвара — хорош: высокий, широкоплечий, брутальный. Хищный профиль чем-то напоминает команчей Северной Америке. Темная, выдубленная кожа. Густые серые брови и необычный темно-серебристый цвет волос, а про глаза… стихи сочинять можно. — Как мне вас называть?

— Достаточно будет «ваше высочество». С короткой памятью, как у вас, и привычкой сокращать имена, я не хочу рисковать.

Юля фыркнула — у варвара точно пунктик, касательно имен и титулов. Что возьмешь с аристократа… Не понимает, что Альгар — имя для шестого принца. Для того, кому не повезло родиться в венценосной семье — заволновались, только когда сбежал и вовлек в скандал. Аль — имя для них двоих, и она будет его так называть, даже если варвар облысеет от злости.

Но каков! Имя свое побоялся назвать, точно она слабоумная. Что же… сам виноват. Она постарается придумать что-нибудь достойное столь «славного» господина.

— И чтоб вы знали. «Черным властелином» называют себя вожди племени сиртсов. Они моются два раза в год, никогда не стригут волосы и поедают внутренности своих врагов.

Выдав сею убийственную информацию, варвар поискал следы раскаяния на лице девушки, но та лишь вежливо улыбнулась в ответ:

— Простите, не знала. У нас «черные властелины» моются чаще.

В ее самый «честный» взгляд варвар, кажется, не поверил, еще с полминуты разглядывал с подозрением, но Юле удалось удержать невозмутимое выражение лица, и его высочество отвернулся, пробормотав что-то на местном.

— Я не услышал ваш ответ.

Юля потерла горло, залитый кровью край кофты засох и неприятно царапал кожу. Помыться бы и переодеться, но здесь забота о гостях ограничивалась допросом и пыткой. Ах да, на десерт предлагались запугивание и шантаж. Но просить что-либо у варвара… Лучше грязной ходить, чем унижаться перед «шкафом» в доспехах.

— Значит, носить мыслевик и сопровождать?

Мужчина кивнул. Звучало несложно, но кто знает, как оно окажется на самом деле. Однако Юля сейчас не в том положении, чтобы диктовать. Придется верить на слово, которое варвар мог изменить в любой момент.

Потребовать гарантий? И нарваться на возмущенное: «Не верите моему слову?». Так и к камере вернуться можно, а попасть туда Юле не хотелось. Для впечатлений хватило и пыточной.

— Хорошо, я согласна. Что касается оскорблений, держитесь от меня подальше — и никто не пострадает, — мило улыбнулась, глядя как его высочество недовольно поджимает губы.

— Надеюсь, — с нажимом произнес варвар, — на ваше здравомыслие.

Юля могла бы долго рассуждать о том, что понятие здравости у них разное, но махнула рукой — сутки как-нибудь продержится, а там придумает способ вернуться домой. Если ребенок смог, почему бы взрослой тете не справиться.

— Я могу его забрать? — спросила Юля, с болью глядя на Совенка.

— Вы — да, — подтвердил варвар.

— А наказание?

— Не ваша забота. Вы же собираетесь вернуться? — подколол ее варвар. Вот пойми его, то обвиняет в похищении, то в вину ставит желание вернуться. Как собака, честное слово: и кусает, и уйти не дает.

Она не собиралась оправдываться. Если тупому варвару не понятно, что у взрослого человека могут быть свои обязательства, то он… просто тупой варвар.

— Аль, вставай, мне разрешили тебя забрать, — обняла худенькое тельце, прижимая к себе. И сразу неважным показались причины, требовавшие возвращения домой.

- Юля, — выдохнул Совенок, утыкаясь лицом в живот.

— Я останусь здесь до завтра. Покажешь свою комнату? — с деланной беззаботностью проговорила девушка, гладя детя по жестким волосам. Ее сложности не должны ранить ребенка.

— Останешься? — Совенок заглянул в лицо, и она кивнула, но малыш внезапно нахмурился, повернулся к варвару.

— Брат, ты даруешь Юле свою защиту? — спросил требовательно. Варвар в ответ едва заметно скривился, словно его попросили о чем-то непотребном.

— Мне не нужна защита, милый, — попыталась отказаться Юля, но малыш заупрямился:

— Нет, нужна. Я же принял твое покровительство, так почему ты отказываешься?

Ничего не понятно, но в целом мысль улавливалась. Привела домой, покормила, одела — это покровительство? Если так, пусть будет, как хочет. Главное, чтобы покровитель не придумал лишнего.

— Твой брат может не согласиться, — привела весомый аргумент Юля. Варвар вскинул бровь, прищурился и разъединил браслет, отщелкнув от него узкое кольцо.

— Я согласен. Твоя просьба разумна. Этой женщине лучше ходить под моей защитой.

Звучало, точно ее на поводок сажали. Впрочем, без присмотра все равно не оставят. Так что… одним присматривающим больше, одним меньше.

— Спасибо, Фильярг, — просиял малыш.

— Фильярг? — с предвкушением уточнила девушка, раздумывая, что выбрать для его высочества: Филь или Ярг, но ее опередили, легко угадав намерение по выражению лица.

— Даже не думайте, — предупредил с угрозой мужчина.

— Не думать не могу, — честно призналась девушка, — а остальное — зависит от вас.

Варвар смерил ее недобрым взглядом, обещая вернуться к версии главной подозреваемой, а заодно и к пыткам, но Юля и бровью не повела — и пострашнее видали взгляды, особенно у начальства на работе.

В итоге взглядами их противостояние и закончилось. Варвар вернул себе отстраненно-высокомерный вид и официально произнес в пустоту:

— Я, Фильярг Соваш Ангальский четвертый принц эсхарата Асмас, наследный правитель четвертого тэората, принимаю Ю-лию Никольскую, гостью из мира «Земля» под свою защиту и покровительство.

Кровожадно алым полыхнули камни на обоих частях браслета, и Юля внутренне содрогнулась, с трудом поборов желание спрятать руки за спину.

— Позвольте.

Пришлось постараться, чтобы протянутая варвару рука не дрожала.

Браслет защелкнулся, тело на мгновение окуталось теплом, уйдя без следа. Юлия поежилась — магия оказалась серьезным испытанием для нервной системы. Невидимое, но ощущаемое воздействие воспринималось чужеродным. Мозги начинали тихо закипать от попытки уложить картину нового мира в голове. А то ли еще будет…

Она полюбовалась на усыпанный алыми камушками узкий и довольно увесистый браслет, сделанный из неизвестного белого металла.

— Покровительство означает, что теперь меня убить сможете только вы? — внесла уточнение. Мужчина благодушно ухмыльнулся: