Расколдуйте это немедленно! - Анна Гаврилова

Угу, обсудили. Сама всё спланировала и поставила нас перед фактом.

— Жду вас к назначенному времени, и… — тут медведица задумалась на секунду, — с танцем что-нибудь решите. Пространство для танца находится слишком близко к другим столам, и Мариэллочку точно разглядят, поэтому нужна какая-то замена.

— Какая? — буркнул Карвил.

— Не знаю, сами думайте. Вы сможете. Фантазия у вас богатая, так хоть примените её по делу, а не для всякой ерунды.

Что Велария подразумевала под «ерундой», в целом было ясно, поэтому уточнять не стали. А бабушка махнула рукой и, грациозно развернувшись, направилась к выходу.

В миг, когда я набрала воздуха, чтобы облегчённо выдохнуть, отмечая уход этого тирана в юбке, леди обернулась.

— Датс, за мной! — скомандовала она, глядя на ту самую штору.

Затем мазнула взглядом по кровати…

— Эльфятки, пока-пока, — добавила, помахав рукой. — И тебе, орчонок, — ещё один жест, уже в адрес шкафа. — И тебе… — засевшего в ванной Фила медведица не назвала никак.

Датс выходил из укрытия медленно, с самым понурым видом. К бабушке тоже шёл медленно, низко опустив голову, а та терпеливо ждала. Когда же мишка-младший оказался в зоне досягаемости, уверенно ухватила его за ворот и потащила за собою. Вывела младшенького из комнаты и аккуратно прикрыла дверь.

— Мяф! — прокомментировал всё это дело Филька, который, в отличие от представителей «разумных» рас, не прятался, а лежал в своей корзинке, греясь в полоске солнечного света.

— Ых, — печально ответила на комментарий котика я.

Из-под кровати вылезли эльфы, выглянул из шкафа Ордаэн, и Фил из ванной показался. Возвращение товарищей происходило в полной тишине, а потом Карвил перевёл на меня хмурый взгляд и спросил с претензией:

— И как это понимать?

— Если ты о моих признаниях, то я пыталась спасти нас от гибели.

— Да неужели? — искренне возмутился Вил.

Он поднялся с кровати, посмотрел на друзей и выдвинул внезапное предложение:

— Парни, вы пока прогуляйтесь, ладно? А то нам с Мариэллочкой, — тут он снова ловко спародировал бабушку, — нужно кое о чём поговорить.

Я испугалась, но не так, чтобы задрожать или начать оправдываться. Просто пронаблюдала, как озадаченные студенты магического института покидают помещение. Ну а когда они вышли…

— Так как это понимать? — повторил вопрос Карвил и зыркнул так, что стало не по себе.

— А в чём проблема? — Нет, я по-прежнему не понимала.

— В том, что ты разговаривала так, будто даже крошечной мысли о нашей свадьбе не допускаешь. Так, словно я тебе вообще не нравлюсь, ни на грамм.

Я от таких заявлений прифигела, а оборотень насупился. Он начал мерять комнату шагами, совершенно игнорируя мой ошарашенный вид.

Какое-то время я наблюдала за этим движением, а потом прозвучало:

— Значит, так, с этого момента и до тех пор, пока тебя не отправят домой, будешь вести себя адекватно ситуации.

— То есть? — Я тоже насупилась.

— То есть так, как положено моей девушке, — припечатал мишка.

У меня лицо вытянулось, а Вил принялся перечислять:

— Чтобы больше никакого пренебрежения, никаких демонстративных попыток отказаться от свадьбы. На меня смотришь только влюблённым взглядом, и чтобы это… в общем, поласковей! Поняла?

В попытке переварить сказанное, я добралась до кресла и аккуратненько в него упала. А Карвил добавил:

— Я, вообще-то, не урод какой-нибудь и не оборванец, а первый наследник клана. Так будь добра уважать мой статус и мою семью!

Всё. Аут. Я обмякла в кресле, понимая, что… ничего не понимаю. Это я его эго прищемила? Или ему перед соклановцами и бабушкой неудобно? Или что?

Впрочем, неважно.

— Спать с тобой всё равно не буду, — буркнула я, понимая, что темой уважения отношения с «настоящей девушкой» могут и не ограничиться.

— На это, если ещё не поняла, и не претендую, — ядовито парировал мишка.

Если б подобное сказал кто-то другой, я бы решила, что он обиделся, но Карвил… Этот сероглазый красавчик-оборотень с невероятным телом? Эта боевая машина в облике огромного белоснежного зверя? Обиделся? Да не смешите меня!

А вот мне обидеться было в самую пору — я же чудовище и оборванка, по их меркам. Да ещё и рабыня!

Короче, я надулась и буркнула:

— Хорошо, буду вести себя адекватно. — Подумала и добавила нарочито-сладким голосом: — Мой медвежоночек… Плюшевый… Можно я буду звать тебя Умкой?

— Не переигрывай, — хмуро сказал блондин.

Он подарил новый суровый взгляд и тут же направился к двери, чтобы вернуть компанию, которая, как выяснилось, отиралась в коридоре.

Парни возвращались молча, смотрели заинтригованно, и только Ларн от реплики не удержался:

— Ну, что? Вы, наконец, поссорились и она теперь моя? — с искренней надеждой вопросил эльф.

— Вообще забудь! — рыкнул на него Вил.

Все переглянулись, а я… поднялась и отправилась за гитарой, которую поставили в самый дальний угол. Подхватила инструмент и… ну, собственно, в том же углу и осталась. Плюхнулась прямо на пол, провела когтистой лапкой по струнам и принялась бездумно зажимать аккорды. Общаться с магами-недоучками не хотелось — да ну их всех!

Парни отнеслись к моей попытке уединиться спокойно, а сами принялись что-то обсуждать — что именно, я не слышала, да и слышать не желала. Просто сидела, перебирала струны и пыталась поразмыслить о сложившейся ситуации. Со всех сторон получалось, что это полная засада. Абсолютный и беспросветный трындец.

В какой-то момент вспомнилась подходящая песенка, и я сама не заметила, как перестала брынчать и начала играть. И запела…

Просто настроение было подходящим, и песня один в один про меня, особенно учитывая предстоящую церемонию.