Принцесса и чудовище - Роман Афанасьев

Вместо ответа Корд достал конверт с приказом и сунул его в руки лейтенанта.

— Вам знакома эта печать? — спросил он у лейтенанта, нерешительно мнущего конверт пальцами.

— Да, конечно, — откликнулся тот, — но разве мне…

— Верно, не положено, — согласился Корд. — Но Тран повинуется без лишних вопросов, потому что он верный служака. Вам же необходим прямой приказ. Вот он. Читайте. У вас минута, не больше.

Легерро открыл конверт и достал приказ. По мере того как он читал черные строки, краски исчезали с его щек. Вскоре они могли соперничать белизной с побелкой на стенах домов.

— Заговор? — ужаснулся вслух Легерро. — Как же такое…

— Тихо, — бросил капитан, забрав приказ из его рук. — Пора начинать.

В арку заглянул сержант. За его спиной Корд приметил широкоплечие фигуры стражников, укутанных так же, как Тран, в серые плащи. Это было одним из распоряжений Корда — он не хотел привлекать лишнее внимание к стражникам до начала операции. Но под плащами скрывалась форма. Им следовало действовать открыто, а не как тайным агентам Птаха. Нет, они были стражей и должны исполнить свой долг.

— Тран, — позвал Демистон. — Возьми пятерых ребят покрепче и ступай в соседний двор. Вон под ту арку. В ней есть дверь. Если из нее кто-то выйдет… Вяжите всех и укладывайте на землю. Если что-то пойдет не так, без колебаний применять оружие.

— Так точно, капитан, — отозвался Тран. — Уже иду.

Подождав, пока сержант и его люди скроются в соседней арке, капитан обернулся к дому лорда Мирама. Огромные ворота в стене, так напоминавшей крепостную, были закрыты.

— Плащи долой, — велел Корд стражникам, окружившим его. — Лейтенант, в случае моей гибели будьте готовы сменить меня. Вы знаете приказ. Он должен быть выполнен.

— Да, капитан, — отсалютовал бледный Легерро.

Корд откинул плащ за спину, открывая темно-синий мундир с золотым шитьем. Праздничный мундир, не оставлявший никаких сомнений в том, кто именно его владелец. Остальные стражники последовали примеру командира и превратились из толпы подозрительных лиц в отряд стражи.

— Оружие к бою! — велел Корд, раздувая ноздри и пытаясь уловить в городском смраде соленый запах моря. — За мной!

И бросился бегом к закрытым воротам особняка лорда Мирама. Он давно приметил и большие крепкие ручки из бронзы, и небрежную кладку столбов… Поэтому с разбега он подскочил, оттолкнулся ногой от кирпичной кладки, оперся сапогом на бронзовую ручку ворот, подпрыгнул, ухватился руками за верх створок, обитых жестью, и одним махом, словно птица, перемахнул через ворота.

Приземление вышло жестким. Упав на каменную дорожку у ворот, капитан согнул ноги, перекатился через плечо и тут же поднялся, готовясь отразить удары охранников. Но двое крепких детин в ливреях дома лорда Мирама, стоявшие на крыльце особняка, и глазом не успели моргнуть. Корд без лишних разговоров обернулся к воротам, отбросил засов и потянул на себя тяжелые створки. И лишь тогда опомнившиеся охранники заорали в полный голос.

Корд, успевший понять, что створки ему одному не распахнуть, ударом ноги сбил замок с калитки в воротах и обернулся, вытаскивая из ножен саблю. И вовремя — первый же удар железной дубинки подскочившего охранника едва не размозжил ему голову. Капитан успел отвести дубинку взмахом клинка, пригнулся, уворачиваясь от второй атаки, и в ответ полоснул клинком по ногам нападавших.

Первый охранник с воплем повалился на землю, пытаясь зажать руками распоротое бедро, а второй, отделавшийся царапиной, отскочил в сторону. Дубину он держал перед собой и не собирался отступать — мундир стражника ничуть не смутил его. Корд знал, что Мирама охраняют отбросы с городских окраин, на которых мундир стражника действует как красная тряпка на быка, и потому ничуть не удивился. Заслышав новые крики, он отступил, прижимаясь спиной к воротам, — из конюшни, примыкавшей к особняку Мирама, выскочили пятеро таких же крепких парней с дубинами в руках. Из распахнувшихся дверей особняка во двор вывалила толпа слуг, вооруженных всем, что попалось под руку.

Капитан даже не успел рта открыть, как ворота за его спиной дрогнули, разошлись, и Корда окружило плотное кольцо стражников с клинками наголо.

— Городская стража! — гаркнул во все горло Демистон. — Всем стоять! Оружие на землю!

Пятеро охранников, едва завидев мундиры, резво нырнули обратно в конюшню. Слуги, высыпавшие во двор, замялись. Кое-кто бросил оружие на землю, но Демистон заметил, что несколько подозрительных типов спрятались за спинами остальных, а потом бросились обратно в дом, надеясь затеряться в запутанных коридорах особняка.

Корд обернулся. Охранника, очутившегося в самом центре толпы стражников, уже уложили на землю со связанными руками. Раненый лежал рядом, пытаясь перетянуть бедро собственным ремнем.

— Пятеро у ворот, — бросил Корд лейтенанту, стоявшему рядом. — Раненого перевязать. Никого не впускать, никого не выпускать, при оказании сопротивления бить насмерть.

Легерро, на щеки которого уже вернулся румянец, кивнул и стал выкрикивать имена стражников, которым решил поручить охрану ворот.

— Остальные за мной! — крикнул капитан и с саблей наголо устремился к крыльцу особняка.

Два десятка стражников ворвались в особняк лорда Мирама, словно армия, штурмующая вражеский замок. Это ничуть не напоминало арест, зато больше походило на разбойничий налет — внезапный, ошеломительный, не дающий защитникам ни единого шанса. Этого Кейор Черный, возглавлявший штурмующий отряд, и добивался.

Вихрем отряд прокатился по вмиг опустевшим коридорам особняка. Корд знал, куда следует идти, и вел своих людей за собой, не позволяя им рассыпаться по сторонам. Тут никого не приходилось искать, напротив, требовалось нанести удар в самое сердце укрепления. Пусть мелочью занимаются другие, вылавливают их потом из подворотен Рива и выковыривают из щелей на окраинах. Корду были нужны только главари.

Дверь в обеденный зал, находившийся на втором этаже, была наглухо закрыта. Двое охранников с короткими мечами, дежурившие у нее, завидев толпу стражников, несущуюся на них, почли за лучшее немедленно покинуть пост.

— Назад! — крикнул Корд стражникам, привычно бросившимся в погоню за беглецами. — Ломать дверь!

Под натиском крепких плеч дверь слетела с петель, с грохотом опрокинувшись в зал, и капитан ступил в комнату в облаке пыли. Сжимая в руке обнаженную саблю, он сделал несколько шагов вперед и подождал, пока верная стража выстроится позади него.

Длинный обеденный стол, щедро уставленный едой и питьем, располагался как раз напротив двери, и Демистону были прекрасно видны лица всех, кто за ним сидел. Выпученные глаза, раскрасневшиеся щеки — на все это он взирал с наслаждением. Они все были здесь — десять мятежных лордов, ожидавших, пока другие сделают за них всю грязную работу.

Толстяк, в котором капитан узнал лорда Мирама, медленно поднялся с места. В наступившей тишине стало слышно, как седой старик захрипел, отчаянно хватая воздух распахнутым ртом.