Принцесса и чудовище - Роман Афанасьев

— К чему? — удивилась Вэлла.

— К свадьбе, моя госпожа, — вздохнула графиня. — Рон!

Алхимик отошел в сторонку, к широкому столу из мореного дуба, и водрузил на пустую столешницу свой огромный саквояж. Не обращая внимания на окружающих, он начал вынимать из него многочисленные склянки разных цветов и загадочные свертки.

— Свадьба? — удивилась Вэлланор. — Прямо сейчас?

— Увы, моя госпожа. Все готово, осталось лишь приготовить вас.

Вэлла покачнулась и прижала пальцы к вискам.

— Это так… неожиданно, — призналась она.

— Мужчины, — фыркнула Эветта. — Они всегда так спешат.

— Что-то мне нехорошо, — слабо пробормотала Вэлланор.

— Перед свадьбой всем нехорошо, — кивнула Эветта. — А мне уж так плохо было…

— Правда? — с надеждой спросила Вэлла, словно былые страдания графини могли как-то облегчить ее судьбу.

— Слово чести, — улыбнулась Эветта. — Крепитесь и думайте о хорошем, моя госпожа. О том, что уже завтра вы проснетесь королевой Ривастана.

— Королева, — прошептала Вэлла, закрывая глаза.

«Пусть так. Да. Я сама этого хотела. Чем быстрее, тем лучше. Пусть лучше так — сразу и навсегда, чем мучиться в ожидании неизбежного. Мучаться? — спросила Вэлла сама себя. — Когда же это желание стать королевой обернулось для меня мукой?»

— Пора, — сказала графиня, придирчиво осматривая хрупкую фигурку будущей королевы. — Рон, ты готов?

Вэлланор открыла глаза и обернулась. Улыбающийся алхимик стоял у стола. Вся столешница была уставлена баночками, склянками, пузырьками, мешочками, плошками… У зеркала на раскладной подставке стояла пузатая масляная лампа, а над ней, прямо над огоньком, уже грелась жестянка с подозрительного вида жижей.

— Что ж, будем готовиться к свадьбе, — решительно заявила Эветта, и Вэлланор в ужасе вновь закрыла глаза.

* * *

Де Грилл поднялся к спальне короля, когда приготовления к церемонии бракосочетания уже шли полным ходом. По-хорошему, ему не следовало оставлять короля ни на минуту, но он не мог очутиться разом в двух местах. Ситуация требовала немедленного разрешения, и большую часть дня Эрмин провел, раздавая приказы надежным людям и лично контролируя выполнение самых важных распоряжений. Наконец все было готово. Сложный механизм плана действий застыл, как натянутая до предела струна, ожидая последнего приказа. Лавина событий была готова сойти с горы, сминая все на своем пути, оставалось лишь тронуть последний, самый маленький камешек…

К спальне советнику пришлось пробиваться едва ли не с боем. Замок, обычно погруженный в дрему, сегодня оживился донельзя. Он был полон людьми — взволнованными, взвинченными едва ли не до истерики. И весьма многочисленными. Армии слуг и придворных сновали по коридорам, мешая друг другу. Гости, каждый из которых считал себя ну очень важной персоной, пытались хоть как-то обратить на себя внимание. Королевские гвардейцы, впавшие в прострацию от такого количества незнакомых и потенциально опасных лиц, каменными статуями высились в коридорах, бледные до синевы от усилий сдержать свои человекоубийственные инстинкты.

Напряжение, царившее в замке, казалось, вот-вот примет настолько осязаемую форму, что его можно будет резать ножом.

Эрмин был возбужден не меньше прочих, но совсем по иным причинам. Сама свадьба не слишком занимала его. К счастью, этим вопросом занимались другие советники, стремящиеся угодить королю. А у Де Грилла была своя работа, которую он должен был выполнить на отлично.

Разогнав пеструю толпу прихлебателей, собравшихся у дверей спальни в ожидании короля, Эрмин решительно вошел в опочивальню, захлопнув за собой тяжелые створки. Гвардейцы, дежурившие внутри комнаты, встретили его настороженными взглядами, но, узнав советника, облегченно вздохнули. Им уже пришлось выставить из спальни двух графов и одного барона, желавших срочно увидеться с королем, и настроение это охранникам не улучшило.

Эрмин сразу прошел в глубь опочивальни. Там, за огромной кроватью, скрытой бархатным балдахином, собрались лучшие портные и цирюльники столицы. Окружив короля тесным кругом, они творили свое волшебство — готовили Его Величество к свадьбе.

Советник бесцеремонно вторгся в этот круг магов ножниц и колдунов припарок. Он велел им убираться и подкрепил свой приказ парой чувствительных пинков. Это не помогло — самоотверженные мастера красоты не желали покидать рабочее место, не закончив работу. Помогло только вмешательство короля. Лишь после его приказа слуги покинули опочивальню, шумно возмущаясь вмешательством мужлана-советника в сотворение шедевра моды и красоты.

Оставшись наконец наедине с королем, Де Грилл медленно опустился на край королевского ложа. Геордор, сидевший на высоком табурете без спинки, скосил на него глаза. Король был с ног до головы обернут белой тканью, уже замаранной гримом, лицо его было зелено от каких-то мазей, а в волосах торчала странная конструкция из десятка гребней, блестевших так, словно они были смазаны маслом.

— Ну, — буркнул король, не решаясь повернуться к советнику. — Что?

— Все готово, сир, — отрапортовал Де Грилл, борясь с желанием откинуться на спину, в мягкие перины, и заснуть на пару дней. — Осталось только отдать приказ.

Геордор вздохнул, осторожно пошевелился, стараясь не потревожить странные конструкции на голове.

— Моя свадьба, — печально произнес он, разглядывая себя в зеркало, стоявшее напротив. — А я-то надеялся, что все будет… торжественно. Значительно. В конце концов, это бывает не каждый день.

— Все будет значительно и торжественно, сир, — уверил его Эрмин. — Просто… немного раньше, чем мы планировали.

— Мне не себя жаль, а ее, — буркнул Геордор. — Совсем девчонка. И прямо с колес, с дороги, не выспавшись, не отдохнув… Ты видел, какая она тощая? Можно подумать, ее морили голодом. Надо было дать ей хоть немного прийти в себя.

— Мы выбрали самое лучшее время, — напомнил советник. — Очень жаль, что Вэлланор устала, но ей, по большому счету, придется просто стоять и смотреть. Надеюсь, она сможет это перенести.

— Ничего ты не понимаешь, — мрачно отозвался король. — Я-то уже проходил через это. Этот день для нее должен стать… незабываемым. Как все начнется, так и продолжится. Понимаешь, о чем я?

— Да, сир, — отозвался Де Грилл. — Супружеские отношения — это важно. Но если мы не сделаем того, что задумали, возможно, не будет вовсе никаких отношений. Понимаешь, о чем я?

— Да, Эрмин, — тихо произнес Вер Сеговар Третий после небольшой паузы. — Я понимаю.

— Они не ждали этого и не успели подготовиться, — так же тихо проговорил Эрмин. — Им приходится сейчас ломать свои планы и перестраивать их. Они уже задергались и начали делать ошибки. Мы опережаем их на пару ходов, Геор, но не больше. Если дать им еще пару дней, они успеют разработать новые планы.