Русские навсегда - Виктор Косенков

Через некоторое время окошко растворилось.

– Гриня! Как ты там? Что случилось?

– Ничего не случилось. Я исчезну на время. Но ты меня со счетов не сбрасывай.

– Понял. Серьезное что-то?

– Просто надо уехать.

– Понял. Что-нибудь еще хочешь? Что я могу для тебя сделать?

– Мне нужны пароли к люмьерам. На имя «likchar».

– Это же наш домен.

– Я знаю. Потому и прошу. И потом надо будет замаскировать мою работу как атаку хакеров. Неизвестных, естественно.

Некоторое время Тимофей молчал.

– Ну хорошо, – ответил он наконец. – Я сделаю. Пароли уже у тебя в ящике.

– Не посылай на мой. Извини, не предупредил. Скидывай на анонимный мой, помнишь?

– Да. Сделано. Когда будешь ломать?

– Прям сейчас и буду. Поможешь?

– Я сделаю, как ты хочешь. Береги себя.

– Спасибо. Удачи.

Окошко закрылось ставенками.

Гриша обернулся к Сергею и пальцами показал: «ОК!»

Буквально через минуту на экране ноутбука появился рабочий макет страницы фирмы, предпочитающей получить дешево и сердито.

– Знакомая картина, – обрадовался Сергей. – Вот тут, ниже, еще чуть-чуть… Да. Вот этот телефон. Значит, смотри. Меняем секретаршу на прямой телефон «Сделай ЭТО с собакой». Отсюда номер возьми… Теперь директорский меняем на «Сделай ЭТО с соседом». Это ему понравится. У него клиентура нервная, он мне сам жаловался. Пусть расслабятся. И еще, Гриша, я точно знаю, что в этих же каталогах у них лежит макет плаката, бумажная реклама. Какие-то горящие туры…

Гриша пробежался по каталогам. Ткнул пальцем в монитор.

– Да. – Сережа присмотрелся. – Кажется, оно. Открой-ка…

На картинке жаркий, сухой ветер сдувал песчинки с красавицы топлесс. На заднем фоне пальмы, песок и солнечный пляж… Где-то там тепло, женщины и солнце.

Гриша вздохнул и посмотрел на Сергея.

– Да, – протянул тот. – Однако в промерзшей Москве это смотрится как издевательство. Тем хуже… Давай-ка мы тут номерок подправим. Но… не эти…

Сергей задумался, а потом щелкнул пальцами.

– Гришка, нам нужен какой-нибудь андеграунд мрачный. Такой, чтобы преследовался законом, как распространение порнографии… В Сети должно быть! Для видеофонов что-нибудь, чтобы позвонил и сразу – получите! А?!

Гриша пожал плечами и буквально в несколько щелчков мыши нашел искомое. Вглядевшись в изображение, Сергей сморщился.

– А ты опасный человек, старик. С такими-то фантазиями. Да… уж… Прям думаю, не слишком ли? Может, попроще что-нибудь? Старое доброе садомазо? Нет?

Гриша помотал головой. Не слишком, мол, в самый раз.

Они переправили номер на плакате.

– Гламурненько, – пришел к выводу Сергей. – Вполне. Ближайшая рекламная кампания обещает быть по-настоящему горячей. Закрывай все, к черту. И оформи им отсылку буклета в типографию и на распространение. Система заказов тоже должна быть где-то тут.

Он вздохнул и сел на скамейку, не замечая холода.

«Я все-таки неправильный человек, – думал Сергей, улыбаясь. – Наверное, очень неправильный. Плохой и испорченный. Таких, как я, надо убивать. Определять генное уродство в детстве и убивать. Потому, что я чувствую радость. И удовольствие. Прямо тут, сейчас. В этот момент. Если принимать болтовню всяких умников всерьез, то я не должен ощущать ничего, кроме опустошенности и тоски. Должен страдать и мучиться. Но нет. Я радуюсь. Я отомстил. И я доволен. Вот и все. То, чего так не хватало! Мелочь. Глупость. Геморрой и нервы для директора фирмы, которая меня кинула. Утраченная прибыль. Моя. И их. Порченая репутация. У них. Чувство удовлетворения. У меня. Скандал, судебные разбирательства. У них. Удовольствие, радость, полнота чувств. У меня. Несмотря на всю эту страшную канитель. Несмотря на то что завтра меня, может быть, уже не станет. Наплевать. Теперь наплевать. То, чего так не хватало!»

– Гришка! – заорал он. – Гришка! Мы сделали! Мы их сделали! Вот так!

Он дернул что-то невидимое на себя и чмокнул губами.

– Понимаешь, Гриша?! Родной!

Сергей вскочил и, расставив руки, закружился по тротуару. Прохожие осторожно обходили их стороной.

Гриша покрутил пальцем у виска.

Но Столярову было все равно. Он чувствовал жизнь. Чувствовал свое право на жизнь!

К тротуару подрулил джип.

– Вы че,…пссс… сдвинулись тут? Или…хррр… греетесь? – поинтересовался Сопливый, выбираясь из машины.

– Принес? – обрадованно подскочил к нему Сережа.

– Ну, всяко…хррр… – Мужичок несколько растерялся. От прежних загнанных, затюканных лохов не осталось и следа. Перед ним стояли веселые и… и почему-то опасные мужики. -…сссурп……хррр…

– Показывай!

– Че, тут?

– Ну давай в машине, елки-метелки! Замерзли ждать тебя. Чего долго так? – Сергей вдруг понял, что давит на Сопливого.

– Ну так……хррр……пссс… далеко ведь. Дело-то…сссурп… такое…

– Нормальное дело! Мы уже думали плюнуть и пойти в другое место, где проценты меньше. Давай, короче.

В машине было тепло, но вонять меньше не стало.

– Блин. – Сергей чихнул. – Ну и ароматизаторы. У тебя сопли из-за них, я думаю.

– Чего?…хррр… Круто, а пахнет чем? – Сопливый вдруг широко и весело улыбнулся. И Сергей почувствовал даже симпатию к этому проходимцу.

– Да какой-то байдой. Блин, как в Багдаде на базаре.

Гриша сделал жест рукой, словно вильнул хвостом.

– Ага, – подхватил Сергей. – Как в Багдаде на базаре в рыбный день.

– Вот бля……хрр… накололи, сволочи. Продали мне эту дрянь. Козлы!…ссурп……хррр……пссс… За лоха меня держат. Ароматы весеннего леса……хлюп…

Сопливый покопался под приборной панелью. Что-то там дернул, в руке остались провода, вниз посыпались искры. Протяжно загудел вентилятор.

– Сволочи… То-то я думаю, чего братва у меня в машине корчится… И ведь,…хлюп……сссурп… не сказал никто! Молчат!…ххррр…

Он вытащил чемоданчик и протянул его Грише. Тот открыл, сноровисто пересчитал деньги и кинул на переднее сиденье прозрачную коробочку с карточками.

– Когда будете потерянными объявлять?

Сергей пожал плечами.

– А когда надо?

– Ну… хррр… недельку бы подождать. Нам надо…пссс… еще там… Подготовиться…пссс……фшшш… опять же банкомат такой найти, чтоб позволял с имиджами работать. Таких мало осталось…хррр…