Житие мое - Ирина Сыромятникова

Я неожиданно обнаружил, что знаю об отчиме даже меньше, чем о своем покойном отце. В принципе для черного это нормально, но раздражает – только созрею, чтобы что-то разузнать, как обязательно какая-то фигня происходит. Вон с Харликом так и не поговорил…

Поглощенный своими мыслями, я вошел в ворота и застыл с наиглупейшим видом, должно быть, именно так чувствует себя леопард, по ошибке попавший в рай для антилоп. В сквере за воротами суетились люди (наверное, готовились к празднику), и они все были белые, абсолютно все – и ученики, и их преподаватели, и те немногие родители, которые решили провести Новый год с детьми, но не стали забирать их домой. Вообще-то для образовательных учреждений рекомендуется соотношение пятьдесят на пятьдесят, но то ли остальные воспитанники разъехались на каникулы, то ли администрация не смогла наскрести обычных детей в нужной пропорции, так или иначе, даже привратник, встречающий гостей в украшенном блестками мундире и в фуражке с большим розовым бантом, был из белых. Офигеть… Это даже не сливки, это рафинированное молоко.

Надо сказать, этот момент своего общения с Лючиком я не проработал. В университете все белые были взрослыми, а дома они были свои. Это совсем не то что толпа незнакомой малышни с неизвестной степенью вменяемости. Как мне себя с ними вести? Чую, не обойдется без истерик! Сделав два глубоких вдоха и напустив в голос столько меда, сколько способна была выдержать луженая студенческая глотка, я подошел к привратнику:

– Здравствуйте. Как мне найти Лючиано Тамирони?

Хорошо хоть фамилию вспомнил, и то только потому, что Джо мне письма писал.

Привратник посмотрел на меня со смесью растерянности и подозрения. Так бывает, когда догадка еще не дошла до сознания, но уже пугает. Мило. А я ведь еще ничего не сделал.

– Томас!!! – раздался ликующий вопль, и в ту же секунду у меня на спине повис Лючик. А весу-то в нем немало.

– Здорово, братец! – отозвался я, когда сумел восстановить равновесие. – Вот приехал. Не опоздал?

– В самый раз! Пойдем я тебя со всеми познакомлю! – И уже ошалевшему привратнику: – Это мой брат! Он приехал ко мне на праздники.

И Лючик поволок меня пугать народ:

– Это мисс Астра, учитель ботаники. Мой брат приехал на праздники!.. Мистер Танат, по математике. Брат, на праздники!.. Одноклассники. Брат!

И везде, где мы проходили, за нами оставался шлейф потрясенной тишины.

– Слышь, ты это… что им про меня говорил-то?

– Что ты самый лучший черный маг в Краухарде!

Гм… Хочется надеяться, за праздничным столом никто не поперхнется. Но скверик и гости быстро остались позади, а Лючик тянул меня дальше:

– Сейчас мы скажем директрисе, что ты приехал, а потом я покажу тебе свою комнату!

Что ж, у гостей будет время прийти в себя и решить, куда бежать. А, какое мне дело до их инфаркта!

Но без эксцессов все равно не обошлось. Мы уже четверть часа находились в поиске неуловимой директрисы (я подозревал, что она бегает за нами, но отставая на один поворот), когда из глубины парка появился немолодой седоволосый белый, с большой вероятностью – маг, в немного старомодном сюртуке с платочком в кармашке. Он брел в глубокой задумчивости, не глядя по сторонам, и явно не на праздник.

Поведение Лючика разительно изменилось: он перестал прыгать, чинно взял меня под руку и вполголоса пробормотал:

– Завуч, мистер Фокс.

Что ж, робость перед руководством была мне понятна – даже я, бесстрашный черный маг, этим грешил. Взять, например, Сатала… Тьфу, тьфу, тьфу!

Мы, как воспитанные люди, подошли к седому джентльмену и вежливо поздоровались.

– Мистер Фокс, – Лючик был сама благовоспитанность, – это мой брат, Томас. Я вам про него рассказывал. Он приехал праздновать с нами Новый год.

Мистер Фокс изволил нас заметить. Реакция была странной: при взгляде на меня его глаза округлились, а лицо исказила гримаса почти мистического ужаса, словно ему навстречу вышел говорящий гоул. Пусть это длилось всего лишь секунду и было скрыто курчавой белой бородой, но слова из песни не выкинешь. Дедуля выглядел так, что краше в гроб кладут.

Мне даже совестно стало.

– Приятно познакомиться! – Я протянул ему руку, но завуч посмотрел на нее, как на живую кобру.

Ну вот и он, обморок. А предполагалось, что главной проблемой будут дети!

Впрочем, нет – стоило мне заговорить, как мистер Фокс опомнился и с некоторым усилием овладел собой. Короче, протянутую мной руку он все-таки принял.

– Томас… э-э? – вопросительно улыбнулся он.

– Тангор! Томас Тангор. – Я старался не трясти его слишком сильно.

– А-а?..

– У нас одна мать.

– Понятно…

Бледность потихоньку сходила с лица мистера Фокса.

– Премного о вас наслышан.

– Я польщен!

– Вы бывали раньше в Михандрове?

– Увы, нет.

– И как вам наш город?

– Мило.

Он уставился на меня так, словно заподозрил в грязной шутке. А что я должен был говорить? «Неплохая деревенька, но борделей маловато»? Мудро решив игнорировать непонятное, мистер Фокс окончательно пришел в себя и даже немного приосанился.

– Полагаю, вы не останетесь на банкет? – светским тоном поинтересовался он.

– Что, в харчах недостача? – практично уточнил я.

– При чем же тут это…

А-а! Должно быть, он видел пьяных черных магов.

– Не беспокойтесь, я не склонен злоупотреблять спиртным!

По крайней мере, в такой компании.

– А его на столе и не будет, – с некоторым злорадством сообщил завуч.

– Тем более. – Всегда хотел узнать, чем развлекаются белые. – Я могу рассказать анекдот.

– Не надо, – очень серьезно попросил мистер Фокс.

– Не буду, – покладисто согласился я.

Тут Лючик счел возможным вмешаться.

– Томас будет на празднике, – с некоторым нажимом заявил он. – Я говорил о нем с миссис Хемуль, и она согласилась.

– Она просто не думала, что он все-таки приедет, – снисходительно улыбнулся Фокс.

Нехарактерно мерзкий для белого тип. Что он себе позволяет при ребенке?

– Вы владеете телепатией? – с трепетом в голосе переспросил я, ловя его взгляд, – белых это очень нервирует. – Или у вас настолько близкие отношения?

– Кто это распускает обо мне грязные слухи? – жизнерадостно пропел мелодичный женский голос. Местная директриса была молода, симпатична и притом являлась белым магом, о чем однозначно свидетельствовала брошка в виде ромашки из горного хрусталя, кажется, символ какой-то из школ целителей. Судя по напряженному взгляду, ее уже известили о событии и она прибежала всех спасать.