Путь меча - Владислав Шубин

– Вот еще пример. Все та же броня. Авторитетными тяжелыми шагами вы идете на своих врагов, внушая им страх и неизбежность поражения. И вдруг в вас попадает столь же весомый камень, пущенный из катапульты. Как вы думаете, что будет с телом в крепких нерушимых доспехах, в которые попадет камень весом более пятидесяти стоунов?

– Думаю, что ничего хорошего. – Помрачнел Федор. – Я так понимаю, что отодвигая поле от собственного тела, маг получает возможность безопасно рассеивать энергию удара, направляя ее по касательной или в случае с температурой просто находясь дальше точки удара?

– В основном верно. Вы очень тонко подметили суть. Только маги, как правило, ставят несколько специализированных слоев защиты, сколько хватает сил. Естественно стараются делать это без ущерба для атакующих заклинаний.

– А как же тогда маги используют эти самые атакующие заклинания? Я так понимаю, чтобы сделать свой ход им необходимо снимать защиту?

– И снова верно. Именно поэтому маги предпочитают действовать как минимум парами, так их эффективность как боевых единиц вырастает в разы. Пока один занят атакующими плетениями, второй держит щит и активирует общую защиту при малейшей угрозе. Естественно, чтобы сработаться, магам требуется значительное время. – Владелица лавки, принялась теребить локон своих волос. Что как видится, делала всегда, размышляя о чем-то интересном.

– Тогда что же можно ожидать от моей защиты?

– Чудес точно ожидать не стоит. Такая защита хороша от метательных предметов и ударов простым оружием. Те же рунные стрелы или мечи вроде ваших, легко сквозь нее пройдут. – Лиз улыбнулась.

– Воспринимайте ее как последний шанс. На тот случай, когда уже не сможете увернуться. Да, и не забывайте про импульс удара.

– Спасибо за урок Лиз. Вы мне все очень понятно объяснили. Приятно было пообщаться. – Улыбнулся в ответ Мальцев, хотя вопросов у него появилось едва ли не больше чем понимания.

– С вами тоже было приятно поговорить. Возвращайтесь завтра утром, думаю, успею закончить артефакт.

– Отлично. А что за анекдот вы упомянули про гномов?

– О. Вы, правда, не слышали? Анекдот про местного бродягу, повадившегося выпрашивать милостыню. На дороге он подбирал сухой навоз, стучал в дверь и просил кусочек черствого хлеба для «бутерброда». Хозяева в ужасе предлагали ему выбросить навоз и давали что-то поесть. Но вот однажды, постучав в дом, он нарвался на Наугладура. Тот, потрясенный, пробормотал: «Это есть никак нельзя. Знаешь что? Брось-ка это, и пойдем в хлев, там есть посвежее, еще тепленькое».

Попрощавшись с хозяйкой лавки, Мальцев с улыбкой до ушей вышел на улицу. Где его чуть не сбил с ног какой-то мужичок, одетый в разноцветные тряпки и смешную шапку, похожую на ночной колпак из меха, с помпончиком на конце. Падая, мужичок зацепился за рукав Федора, вырвав с мясом костяную пуговицу.

– Извините господин.

– Да ничего. – Со вздохом произнес парень, оглядев повреждения и помогая мужику подняться. На рубахе последнего зияла большая прореха, открывая давно не мытое тело.

– Эй ты! Сюда смотри! Тебе говорю, да!

К Мальцеву, неподалеку, в окружении четырех клевретов стоял какой-то пышно одетый товарищ, в куртке с гербом и кучей драгоценностей по всей тушке. Важно подняв подбородок, он опирался на украшенную великолепной резьбой костяную трость. Его свита заняла всю дорогу, создав затор.

– Ты кто такой?

Федор ненадолго опешил от такого вопроса.

– Ты сам-то кто?

– Перед тобой наследный барон Кобберг. – Прогнулся один из клевретов дворянчика, в кружевной рубашке с цветной вышивкой.

– Вас что не учили в детстве поведению в обществе? Плебей! – Вступил другой, в кожаном жакете, из под которого выглядывала белоснежная рубаха из дорогого на вид материала.

– Меня зовут Саргон. И в вашем обществе мне находиться не хочется, поэтому и этикет тут не нужен. Пропустите ка.

Парень грубо отодвинул загораживающего выход модника, проскальзывая за окружение и вытягивая за собой Эрина.

– Наглец! – Прошипел обиженный клеврет, хватаясь за шпагу. И тут же полетел на землю от смачной оплеухи.

Да, пощечины тоже порой действенное средство вразумления, если вкладываться в процесс. А Мальцев, уже начиная заводиться, вложил в удар много эмоций.

Ошарашено глядя на свою шестерку, сидящую на пятой точке, барончик завизжал, что-то гневное и попытался ударить Федора своей тростью. События снова вошли в привычную колею.

Следующие несколько минут, парень откровенно развлекался. С ленцой ускользая от богатырских ударов шпагами, он наносил в ответ резкие и точные удары тростью, отобранной у барона. Все действо сопровождалось свистом разрезаемого воздуха, смачными шлепками и азартными криками пацана, который с каждым удачным ударом подпрыгивал на месте и искренне радовался за него. Мальцев не мог отказать ему в удовольствии и откровенно издевался над незадачливой пятеркой благородных, отвешивая удары по наиболее чувствительным местам, но стараясь обходиться без членовредительства. В общем, можно сказать, что страдало преимущественно чувство достоинства благородных господ.

Своими действиями, он некоторое время спустя снискал одобрение и со стороны проходящего по улице народа, с восторгом неиспорченного зрителя смотревшего бесплатное представление. То и дело слышались крики болельщиков и советы отбить дворянам что-нибудь жизненно важное, от которых толпа взрывалась хохотом. Это еще сильнее заводило барона и ко.

Развлечение прервала стража, неприлично быстро прибыв на место экзекуции. К этому времени вся незадачливая пятерка в живописных позах расположилась на земле, баюкая многочисленные ушибы и шишки. Федор с сожалением отбросил в сторону сломанную пополам трость. Хорошее было правИло. Предчувствуя неприятности, парень отошел поближе к проходу в соседнюю улицу. К счастью, среди прибывшей группы был один из стражников сидевших вместе с ними в трактире.

– Яйца урга! Вот это зрелище! Парни! Вы только посмотрите, кто здесь отдыхает! Барон Кобберг, наше почтение! Господа Альдус, Трогус и Ливарус. Ха-ха! А кто это к нам спиной расположился? – Вопросил Геворн, перевернув ногой бесчувственное тело. – Ба! Это же гроза городских дуэлянтов. Милорд Фубус. Как же это вы так упали? – Хитро посмотрев на Мальцева, запричитал рыжий здоровяк.

– Не говорите, не говорите, сейчас угадаю. Милорд Фубус споткнулся об милорда Альдуса и упал на барона, случайно ударив милорда Трогуса своим благородным носом. Проходивший мимо милорд Ливарус, не заметил упавших и наступив на голову милорда Фубуса, упав в свою очередь на милордов Трогуса с Ливарусом, ткнув последнему в глаз пальцем. Не мудрено, да-с. Темно нынче по вечерам.

Толпа, ловившая каждое слово стражника, взвыла от восторга. При этом задние хлопали передних по спинам, требуя пересказать услышанное.

– Только вот ведь что непонятно. Почему тут разбросано оружие влиятельных господ? – Наморщив лоб, Геворн состроил простецкую рожу. – Я понял! Они решили отринуть мирскую суету и жестокую суть мироздания! В связи с чем, исторгли орудия смерти! – Пафосно воскликнул Геворн, воздев руки к небу. – Возрадуемся же братья, ибо царствие разума воссияет над скудными духом!