Инфернальная музыка - Алан Дин Фостер

Неоднократно доводилось Джон-Тому выслушивать моряцкие байки о великих водоворотах посреди глубокого океана, но о таком, как этот, – никогда. Он был идеально круглым – настоящий вулкан вверх тормашками.

Когда суденышко приблизилось к его краю, чудовище обрело голос под стать своему облику: низкий, басовый рокот. То был зов бездны.

Уже понимая, что все безнадежно, Джон-Том и Найк из последних сил налегли на штурвал. Тот не сдвинулся ни на дюйм. Под пронзительный вопль Хека, в отчаянии цепляющегося за леер, судно ринулось вниз. Его завертело, помчало по колоссальной зеленой стене, его то поднимала, то снова низвергала водяная карусель.

Джон-Том, почти лежа на палубе, видел все до самого дна. Водоворот обнажил самое ложе океана, там мрачно поблескивали донные пески.

Принцессы рыдали в голос и старались утешить друг друга, а солдаты угрюмо прощались.

Рыбы и прочие морские твари, угодившие в объятия стихии, носились в воронке по спирали. Время от времени появлялся мусор: остовы затонувших кораблей, фрагменты разрушенных зданий, куски отполированной лавы, похожие на огромные черные головы с ожерелья колосса, массивные стволы деревьев, обкорнанные до самых толстых сучьев.

Кто-то настойчиво теребил Джон-Тома за рубашку. Он опустил голову – на него смотрел Найк. Взор мангуста пронизывал.

– Чаропевец, довольно говорить о том, что может, а чего не может произойти. Самое время заняться волшебством.

– Да… да, конечно.

Джон-Том заковылял к трапу, чтобы забрать дуару из надежного укрытия.

К растущему крену левого борта прибавилось вихляние. Пришлось что было сил вцепиться в снасти, чтобы не полететь в воду. Ансибетта взвизгнула, Сешенше от ужаса зашипела. Их несло с сумасшедшей скоростью. Кружились головы, перед глазами мельтешили живность и обломки…

У Джон-Тома взбунтовались внутренности. Впрочем, в этом он не был одинок – тошнота не видит различий между титулованными особами и простонародьем. Только Маджу, похоже, все было нипочем.

– Занятный способ отдать концы. – Выдр еще не растратил своей заразительной бодрости. Джон-Тому хотелось придушить его, однако чаропевец был способен лишь держаться за тросы и за свое самообладание. – Разбиться в лепешку о морское дно в компании с лучшим другом и полудюжиной настоящих принцесс, када они вдобавок соревнование устроили, кто кого переблюет. Ежели честно, я завсегда мечтал покинуть наш мир с некоторым шиком, вот так. – Он запрокинул голову и философически уставился в далекое – уже в сотнях футах – небо. – Это мне напоминает тот анекдот про учеников пекаря и его благоверную. Помнишь, там еще надо было дождаться, чтоб закваска поднялась?

Позеленевший от качки, Джон-Том так разозлился, что даже ответить не смог, однако это не отвратило Маджа от намерения дорассказать байку. Ничто не в силах его сломить, и если даже суждено умереть, он посмеется последним.

Однако некто посторонний оценил шутку.

Кругом все завибрировало от глубокого рева, схожего с грозным рокотом водоворота, и все же чуточку иного. В разнообразных модуляциях крылся намек на то, что издающая их персона более разумна, чем крутящаяся дырка в море.

– Что… что это?

Цветом лица Джон-Том уже напоминал гороховый суп.

Рядом Найк с трудом держался за поручень. Его мех скрывал любые перемены в окраске кожи, однако о самочувствии было легко судить по голосу.

– Не имею… понятия.

– Это очень похоже на… на… – Джон-Том заставил себя отвернуться от борта. – Мы правда немного замедлили ход, или мне только кажется?

– Просто мы падаем не слишком быстро, – обморочным голосом предположил мангуст.

– Нет. – Джон-Том обнаружил, что усилием воли можно слегка успокоить желудок. – Мы определенно перестали падать. И я знаю, что это за звук. Смех.

– Смех? – У лейтенанта надулись щеки. – Да кто здесь может смеяться, кроме бессердечного рока?

Джон-Том заковылял к выдру.

– Мадж… неплохая была хохма.

– Рад, че тебе понравилось. Как настроение? Впрочем, сейчас это не так уж и важно.

– Ты анекдот рассказал. И это вызвало отклик.

Чаропевец уже не был уверен, что шум доносится снаружи, а не раздается у него в ушах.

– Отклик? Я тока привел масенькую аналогию между нашим положением и дочерьми пекаря.

Снова оглушительно заухало. Джон-Том резко повернулся, диким взором окинул водную круговерть.

– Вот, опять! Это водоворот! Это наверняка водоворот!

«Е-мое, – подумал выдр, – бедолага сошел-таки с катушек под занавес».

– Чувак, водовороты не смеются. Ну, можа, булькают, ревут там…