Обладатель-тридесятник - Юрий Иванович

– Иван Фёдорович, ты нам доверяешь?

– Несомненно!

– И мы уже как бы союзники с тобой?

– Ну да!..

– И ты готов с нами поделиться искренне новинками, как и мы с тобой?

– Так… это… вроде и делюсь…

– Ну тогда поведай нам, как тебе удалось у нас из-под носа утащить эту самую подкову с толстенной цепью?

Пришлось срочно, для сооружения подходящего ответа, требовать подсказки у своих фантомов, и делать в это время продолжительную паузу. А чтобы она тянулась слишком долго, бормотать разную околесицу:

– Да чисто случайно получилось… Я и сам не ожидал… И представить себе не мог, что из этого нечто получится… – к тому моменту уже придумал и сказал почти полную правду. – Просто бессчётное количество раз посылал туда один и тот же фантом. Он погибал и погибал, но однажды всё-таки прорвался внутрь…

– И это был фантом без полного сознания? – быстро вставил вопрос Леон.

– Конечно! Иной бы и не прорвался сквозь океан боли и реки мучений. Ну вот… И в один из моментов попытка прорыва удалась. Дух оказался внутри, материализовался, отыскал эту подкову… да так с нею там и застрял. Вырваться назад никак не получалось. И только в тот момент, когда мы все втроём разрушили «слепую зону» и попали внутрь, я на встречном движении убрал оттуда фантом, у которого хомутом на шее висел тяжеленный артефакт.

Пётр на это завистливо помотал головой:

– Однако! Везунчик ты… Ну и фантомы у тебя… слишком уж особенные… Не одолжишь парочку на развод?

– Нет, самому не хватает…

– Хм! А как ты из них таюрти делаешь – тоже не расскажешь?

Иван с недоумением посмотрел на Апостола:

– А про таюрти вы как узнали?

– Просто размышляли логически. Иначе ты с Тузом Пик никак бы не справился. Ну а непосредственно о духах-убийцах среди полусотников давненько легенды витают. И есть все основания считать, что один из нас, который обосновался в Китае, как раз обладает помощниками, которые воздействуют на живую плоть, нанося удары оттуда.

– В Китае? А кто же он по национальности?

Пётр и это скрывать не стал:

– Да уж никак не китаец! Хотя внешне сходство неподдельное, да и соседи его считают урождённым одной из провинций Поднебесной. Но мы-то знаем, что родился он в Северодвинске и когда-то у него была очень известная уже в позднее время фамилия Моргунов.

Пришлось подсчитывать, в какие годы в советском прокате появились фильмы с участием Вицина, Никулина и Моргунова, а потом делать поправку на «позднее время». Само собой, что скрывать своё недоверие Загралов не стал:

– Сколько тогда этому «мандарину» лет? – на это отозвался колдующий возле артефакта Леон Свифт:

– Неприлично спрашивать об отсутствующих коллегах, особенно их возрастом интересоваться. Вот повезёт с ним пообщаться, у него и спросишь.

Из чего удалось сделать следующий вывод о наставниках:

– Значит, вы с ним в нормальных отношениях и часто видитесь?

– Ну… не то чтобы часто, но случается, – почему-то развеселился импресарио. И, переглянувшись со своим другом, дал пояснения: – Мы стараемся с ним редко встречаться по одной простой причине: не хотим умереть раньше времени…

– Что, настолько коварен и вероломен?

– Скорей наоборот… Не только сам пьёт как… как… как бегемот! Но ещё и других заставляет пить не меньше. Ха-ха-ха! По характеру он – разгульный Стенька Разин. Правда, буйствует он и уходит в загул только с нами… И знаешь, по какой причине? Утверждает, что с нами иначе нельзя, потому что мы оба – беспросветные, неисправимые пьяницы.

Теперь уже засмеялись оба старика пятидесятника. И, судя по тому, как они весело и радостно возмущались таким поклёпом в свой адрес, в утверждениях китайца из Северодвинска имелось очень много истины. Прочувствовав это и некую родственность душ с обладателем-мандарином, Иван заинтересовался ещё больше:

– Слушайте! Так если он дядька нормальный, то, может, мы его тоже в наше сообщество реформаторов пригласим? Посильная помощь станет совсем нелишней. И чем больше нас соберётся, тем легче каждому будет работать в одном выбранном направлении. Тогда властные определения не смогут пересечься и останутся в нужной количественной категории. А? Попробуете его пригласить в Россию?

Наставники даже не переглядывались между собой, просто минуту думали, морща лбы, а потом Апостол высказался:

– Во-первых, мы ещё сами не дали согласия на участие в твоих авантюрах. Мы пока рассматриваем, прикидываем и просчитываем. Ну а во-вторых: как говорится, спрос не ударит в нос. Будем с ним на связи, предложим проехаться в Москву, может, добрый дядюшка Гон Джу и откликнется. Хотя… – он сделал паузу, скорбно вздохнул и признался: – Мне даже страшно становится, как представлю, что он соглашается и срочно прилетает. С моим нынешним здоровьем, я новую нашу встречу не переживу… Ха! Ты только представь, до какой степени мы упились, когда оба с ним стали приставать к Диане! Заигрывали с ней, словно только что познакомились. А дело было так…

И он стал рассказывать перипетии последнего «чаепития» по-китайски. При этом оба приятеля часто срывались на смех, Лучезар с Куртом улыбались до ушей, и даже Диана позволила себе несколько раз рассмеяться своим уникальным, завораживающим смехом.

А Иван уцепился в оговорку «…моим нынешним здоровьем» и начал интенсивно размышлять:

«Всё-таки старики от меня многое до сих пор скрывают. И скорей всего тот факт, что они проводят каким-то образом омоложение своего тела… Вполне возможно, что и таким радикальным способом, который я применил для омоложения Сталны Сестри. Не удивлюсь, если для этого Леон Свифт потратит все свои силы, а потом сутки пробудет без сознания. И в данный момент друзья-приятели скорей всего готовятся именно к такой процедуре. И раз все фантомы знаменитого импресарио исчезнут, они готовят дела и подгадывают самый удобный для этого период сроком в неделю. А то и больше…»

Разговор, перешедший в весёлый, беспредметный трёп, продолжался, но это не мешало проводить исследование так скоропостижно уходящего в чужие руки артефакта. А уехали гости только часа через два, со всей непреклонностью отказавшись от предложенного ужина.

Не было сделано ни одного утверждения, что принцип действия иномирского устройства стал понятен и его удастся скопировать вообще когда-нибудь в обозримом будущем, но надежды на положительное решение вопроса оставались у всех. И уже перед самым сном в спальне увеличившейся семьи Загралова собрались все ещё раз, для повторения Ялято в составе семи человек. Для женщин подобное действо показалось даже предпочтительнее, чем раньше. Разве что Сестри пошутила, что не помешало бы ещё одно запасное тело создать, «…чтоб уж всем и для каждой!»

А вот Иван остался недоволен. Что-то ему не нравилось в таком составе. Сам себя убеждал и одёргивал, что дело не в ревности, а вот до конца разобраться в своих подспудных мыслях не получалось.