Сильмариллион - Джон Рональд Руэл Толкин

Эарендиль не нашел ни Туора, ни Идриль; и к берегам Валиноране приблизился он в этом плавании, побежденный тенями и чарами, отброшенныйвраждебными ветрами; и вот наконец, истосковавшись по Эльвинг, он повернулдомой, к берегам Белерианда. Сердце велело ему торопиться, ибо сны навеялистрах; и ветра, с которыми он так яростно прежде сражался, несли его теперьназад, стремительные как мысль.

Когда Маэдрос впервые услышал о том, что Эльвинг спаслась и,владея Сильмарилем, живет в устье Сириона, он сдержал себя, памятуя освершенном в Дориафе. Но потом сознанье того, что клятва не исполнена, вновьстало мучить его и братьев, и, сойдя со своих скитальческих троп, они отправилив Гавань посланья дружественные, но повелительные. Однако Эльвинг и ее сородичине могли отдать Сильмариля, который добыл Берен и носила Лутиэн и из-закоторого был убит Диор Прекрасный; менее всего могли они сделать это, покавождь их Эарендиль был в Море, ибо верили, что в Сильмариле заключено исцелениеи благословение, снисходящее на их жилища и корабли. И так случилась последняяи самая жестокая резня меж эльфами; была то третья великая беда, причиненнаяпроклятой клятвой.

Ибо уцелевшие сыновья Феанора внезапно напали на изгнанниковиз Гондолина и беглецов из Дориафа и перебили их. Многие сородичи сыновейФеанора в той битве сражались на их стороне, другие же взбунтовались и погибли,защищая Эльвинг от своих же вождей — таковы были страданье и смятенье в те днив душах Эльдаров; однако Маэдрос и Маглор победили, хоть и они одни остались вживых из сынов Феанора, ибо Амрод и Амрас были убиты. Слишком поздно пришли напомощь эльфам Сириона корабли Цирдана и верховного короля Гиль-Галада; сгинулии Эльвинг, и ее сыновья. Те поселенцы, кто уцелел в битве, присоединились кГиль-Галаду и с ним приплыли на Балар; и рассказывали они, что Эльронд и Эльросвзяты в плен, Эльвинг же с Сильмарилем на груди бросилась в море.

Так Маэдрос и Маглор не завладели камнем; но он не сгинул. ИбоУльмо вынес Эльвинг из волн и обратил в большую белую птицу, а Сильмариль сиялзвездой у нее на груди, когда летела она над водой, разыскивая возлюбленногосвоего Эарендиля. Эарендиль же в ночи, стоя у штурвала своего корабля, узрел еебелым облачком над морем, бледным пламенем на крылах бури. И рассказывают песнио том, как пала она из воздуха на палубу Вингилота, лишась чувств, полумертваяот стремительного полета, и Эарендиль прижал ее к своей груди; утром же он визумленье узрел свою жену в ее истинном облике, спавшую рядом с ним, и ееволосы рассыпались по его лицу.

Велика была скорбь Эарендиля и Эльвинг о разорении гаванейСириона и пленении сыновей; опасались они что, те будут убиты; но так неслучилось. Ибо Маглор пожалел Эльронда и Эльроса и обращался с ними ласково, имеж ними возникла приязнь, как ни странно это казалось; но душа Маглора былаизмучена и иссушена тяготой страшной клятвы.

Для Эарендиля, однако, не осталось надежд в Средиземье, и вотчаянье он вновь повернул прочь и не возвратился домой, но поплыл опять вВалинор, и с ним была Эльвинг. Часто стоял он теперь на носу Вингилота, а начеле его сиял Сильмариль, и сияние становилось тем ярче, чем далее плыли они назапад. И говорят мудрецы, что именно мощью священного этого алмаза они наконецприплыли в воды, что не знали иных кораблей, кроме кораблей тэлери; онидостигли Зачарованных Островов и избежали их чар, они приплыли в ЗатененныеМоря и избегли их теней, они узрели Тол Эрессэа, Одинокий Остров, но неостановились; и вот они бросили якорь в заливе Эльдамар, и тэлери увидаликорабль, приплывший с востока, и изумились, узрев издалека свет Сильмариля — абыл он велик. Так Эарендиль первым из живых людей приплыл к бессмертнымберегам; и он обратился к Эльвинг и прочим своим спутникам — были то триморехода, проплывшие с ним все моря, звали их Фалатар, Эреллонт и Аэрандир. Исказал им Эарендиль:

— Никто, кроме меня, не ступит на эту землю, ибо нанего падет гнев валаров. Лишь я приму эту опасность во имя Двух Племен.

Эльвинг, однако, отвечала:

— Стало быть, наши пути будут разделены навеки; но всегрозящие тебе опасности приму и я.

И она спрыгнула в белую пену и подбежала к нему; нопечалился Эарендиль, ибо опасался гнева Западных Владык на пришельца изСредиземья, что осмелился пересечь границу Амана. Там они простились со своимиспутниками и расстались с ними навеки.

Тогда Эарендиль молвил Эльвинг: "Жди меня здесь, иболишь один может явиться с посланием, которое суждено нести мне". И ондвинулся один в глубь края, и вошел в Калакирию, и она показалась емубезмолвной и пустынной, ибо, как некогда Моргот и Унголианта, так нынеЭарендиль появился во время празднества, и почти все эльфы ушли в Валимар, либособрались в чертогах Манвэ на Таниквэтиле, и лишь немногие остались нестистражу на стенах Тириона.

Были, однако, такие, что узрели его и свет, который он нес;и поспешили в Валимар. Эарендиль же взошел на зеленый холм Туну, но никого небыло там; он пришел на улицы Тириона и увидел, что они опустели, и тяжко сталоу него на сердце, ибо он опасался, что неведомая беда приключилась сБлагословенной Землей. Он шел опустевшими дорогами Тириона, и пыль оседала наего одежды, а была то алмазная пыль, и он весь сиял и блистал, подымаясь подлинным белоснежным лестницам. И он громко воззвал на многих наречьях людей иэльфов, но никто не ответил ему. И в отчаянии Эарендиль повернул к морю, но неуспел ступить на дорогу, ведущую к берегу, как некто, встав на вершине холма,обратился к нему громким голосом:

— Привет тебе, Эарендиль, славнейший из мореходов,долгожданный и пришедший нежданно, из отчаянья принесший надежду! Привет тебе,Эарендиль, несущий свет предсолнечный и предлунный! Величье Детей Земных,звезда во тьме, алмаз заката и сиянье рассвета!

То был голос Эонвэ, герольда Манвэ; он явился из Валимара ипризвал Эарендиля предстать пред Стихиями Арды. И Эарендиль пришел в чертогиВалимара, и никогда не ступал больше по смертным землям. Тогда собрались валарыи призвали из глубин моря Ульмо; и Эарендиль встал перед ними и передал импослание Двух Племен. Прощенья просил он нолдорам и сострадания их неисчислимымгорестям, милосердия людям и эльфам и помощи в их нужде. И мольба его не былаотринута.

Говорят эльфы, что, когда Эарендиль ушел за женой своей,Эльвинг, Мандос заговорил о его судьбе и молвил так: "Или Смертный ступитна Бессмертные Земли и останется жив?" И отвечал ему Ульмо:

— Для того он был рожден в мир. И скажи мне, разве онне Эарендиль, не сын Туора из рода Хадора, не сын Идриль, дочери Тургона изрода эльфа Финвэ?

Мандос возразил:

— Также и нолдор, по воле своей ушедший в изгнание, невправе вернуться сюда.

Умолкли они, и промолвил Манвэ:

— Право суда за мной. Опасность, которой осмелилсяподвергнуться Эарендиль из любви к Двум Племенам, не должна пасть ни на него,ни на жену его Эльвинг, которая осмелилась на то же из любви к нему; но никогдане ступать им боле по Внешним Землям, меж людей и эльфов. И решенье мое таково:Эарендилю и Эльвинг, а также сынам их будет дано право избрать, судьбу какогонарода они пожелают разделить.