Каждое лето - Виктория Виннер

Думаю, я всегда любила вот такие моменты своей жизни именно за то, что в голову лезли абсолютно бредовые, пустые мысли, которые никогда не придут на ум в повседневной жизни.

В тот момент, когда я пыталась вспомнить всех своих родственников, чтобы вычислить, кого ненавидеть за доставшийся мне ген соломы на голове, позади раздался треск.

— Что-то вы быстро? Всё-таки на джиу ездили?

В ответ тишина.

— Сок несёте? Я бы тоже…

Я обернулась и замерла, не веря своим глазам.

— Я… я… — Деймин переминался с ноги на ногу на тропинке, ведущий к «Тайне». — Извини, я уже собирался уходить. Не ожидал здесь кого-то увидеть. Не ожидал увидеть тебя.

И мужчина развернулся, намереваясь уйти, но я остановила, не успев оценить свои действия, поддавшись только желаниям.

— Да нет! Здесь же не приватизировано. К тому же, скоро подойдут Семана и Джон, они будут рады с тобой повидаться.

Дей остановился, но в мою сторону не повернулся, явно что-то обдумывая.

А я затаила дыхание. До дрожи во всём теле мне хотелось, чтобы он присел рядом. Так близко, чтобы я могла ощутить его неповторимый запах, жар его тела, чтобы могла рассмотреть каждую морщинку на таком родном лице и сосчитать их, выясняя, сколько новых набежало за прошедший год.

А с другой стороны, хотелось, чтобы он ушёл. Раз и навсегда. Перестал бередить мои и без того незаживающие раны.

Но Ратсел развернулся и направился к понтону, рассматривая землю под своими ногами.

А я любовалась. Любовалась его уверенной хищной походкой, смуглой кожей, так отлично контрастирующей со светлыми брюками и футболкой, любовалась просвечивающимися под тонкой тканью очертаниями мышц, длинными пальцами, то и дело сжимающимися в кулаки. Я беззастенчиво разглядывала Деймина. Мне уже давно нечего и не за чем скрывать. Этот мужчина и так знает, как я на него реагирую.

Но, продолжаем лицемерить.

Я смущённо улыбнулась и подвинулась правее, освобождая Дею больше места. И получила желаемое. В нос ударил любимый запах, левая сторона туловища полыхнула жаром, внутри всё затрепетало, порождая надежду, которую я поспешила спрятать под замком из лжи самой себе. Я буду врать, что мне не больно.

— Привет, — вспомнил о хороших манерах Ратсел. — С Днём рождения.

— Привет, — и я как будто совсем не удивилась тому, что Дей помнит о моём празднике. — Спасибо.

Я подтянула ноги к туловищу, усаживаясь поудобнее, и положила руки, сцепленные в замок, и подбородок на колени, продолжая смотреть куда угодно, только не на Деймина.

Такой неловкости в его обществе я не испытывала с того дня, как он делился со мной магией, буквально в нескольких сотнях метров от этого места.

— Как дела? — Дей не блистал оригинальностью.

— Хорошо, а у тебя? — ответный пустой ход.

— Тоже неплохо.

И снова тишина. И только птичка продолжала радостно петь, разряжая атмосферу.

— А сколько лет ирвинги живут?

Деймин недоумённо посмотрел на меня, но ответил:

— Лет пять-восемь. В зависимости от погодных условий…

— Значит не она, — задумчиво протянула полушёпотом, заставляя мужчину засомневаться в своей адекватности. — Дей?

— М-м-м? — осторожно отозвался, опасаясь очередного вопроса из области животноводства.

— Как ты меня нашёл? — знаю, что если не спрошу, буду жалеть.

Деймин, кажется, отчего-то смутился и ответил, отвернувшись к озеру.

— Я не искал, я приехал на выходные в свой дом, где вы были у меня с Валом. И захотел посмотреть на «Тайну».

Теперь смутилась я.

— Да нет. Я не про сейчас. Конечно, я понимаю, что не искал. Зачем тебе, да и я бы… — я заткнулась, прикрыв глаза. Сделала пару глубоких вдохов и продолжила. — Я про гаутрайнскую тюрьму.

Ратсел почему-то обрадовался и весело сообщил:

— Тогда я тоже не искал.

Такого ответа я, определённо, не ожидала. Не хочет же он сказать, что просто проходил мимо, когда меня скручивали в крендель, заталкивая в крохотный полицейский джиу.

— Не поняла, — я уставилась на Деймина большими глазами, ожидая объяснений.

— Я тебя не искал. Я знал, где ты, и целенаправленно пришёл забрать.

Я нахмурилась. Неужели он постоянно следил за мной даже тогда, когда я была в другом государстве с Капителлом? В принципе, это было бы логично, учитывая, что Ратсел знал о моих «играх» с даром.

— Я же говорил, что следил за тобой со времён Роситы, — продолжил Деймин, подтверждая возникшую у меня догадку. — И о том, что ты нацелилась на Капителла, тоже знал. Правда, не мог понять, чем тебе не угодил Генар. Он, конечно, подраспустил своих министров, но за всем действительно сложно уследить.

И Дей вопросительно уставился на меня, не планируя продолжать рассказ, не получив ответа.

А я задумалась, насколько далеко Ратсел зашёл в своей слежке? Может ли быть такое, что за мной наблюдали, когда я переодевалась в своей квартире? Видел ли Дей, как я объедаюсь пиццей и рыдаю под глупые фильмы? Знает ли теперь, что пересматривала запись репортажа о нём и его женитьбе, наверное, сотню раз?

— Вия, почему именно Генар? — вырвал меня из раздумий волнующий голос.

— Мне надо было в Гаутрайн, — промямлила, надеясь отделаться неполным ответом.

Но Деймин даже выражения лица не поменял и продолжал вопросительно глядеть на меня.

Я закатила глаза.

— Хотела гаутайнский редокус достать. Для папы.

Продолжает смотреть, ожидая подробностей. Ну что за несносный тип? Упёртый же, гад! Ему бы преподом в Академии работать и экзамены принимать.

— Отец очень любил сигары, а после обширного инфаркта врачи запретили. А этот цветок в засушенном виде можно курить даже сердечникам…

Я виновато посмотрела на Деймина из-под ресниц, понимая, что из-за такой ерунды могла вляпаться в очень серьёзные неприятности. Да почему могла? Я и вляпалась!

А Ратсел нахмурился и заговорил примирительным тоном.

— Прости, я не знал. Как отец сейчас?

Я пожала плечами, отрывая от искусственной доски понтона крохотный кусочек, чтобы чем-то занять руки.

— Вроде привык. Так что там дальше? — перевела тему, на интересующий меня вопрос, не желая говорить о родителях.

Я всю жизнь буду чувствовать вину за то, что оттеснила их, отдалилась, зарылась в собственном горе и не думала о том, что причиняю боль самым близким людям. Да, я виню себя в болезни отца.

Деймин улыбнулся одним уголком своих идеальных губ.

— Капителл вернулся один…