Час «Д» - Юлия Фирсанова

Бросившись на колени рядом с Элькой, Гал протянул руку к ее шее, чтобы нащупать пульс. Но едва пальцы воина коснулись бледной кожи девушки, раздался беззвучный гром, новая вспышка янтарно-белого света, мужчину тряхнуло, и он как подкошенный рухнул на ковер рядом с Элькой, точно безутешный влюбленный.

– О демоны, – растерянно процедил Рогиро. – Теперь их уже четверо! И что прикажете делать мне?

Как раз этот момент и застала встревоженная Мирей, появившаяся перед зеркалом наблюдения.

– Замрите, не шевелитесь, сеорита! – грозно крикнул призрак, опасаясь, что еще секунда – и тел станет пять.

– Что случилось, Рогиро? – моментально замерев, испуганно спросила эльфийка.

– Мне кажется, ваши друзья, – кивок в сторону тел, – экспериментировали с этим предметом, – кивок в сторону занавешенного зеркала, – и что-то пошло не так, – констатировал призрак.

– Я должна осмотреть их, – решительно заявила Мирей, тряхнув головой.

– Поостерегитесь, сеорита, сеор Эсгал уже пытался это сделать, я не успел его остановить, и вот результат, – нахмурился Рогиро.

– Но что же делать? – не захотела смириться со своей беспомощностью жрица-целительница.

– Вызовите мага, пусть проверит, под воздействием каких чар находятся ваши друзья. Кажется, с сеором Форо он уже завершил беседу, – посоветовал призрак.

– Лукас! – повернувшись к зеркалу наблюдений, закричала Мирей неизвестно откуда взявшимся грозным командным голосом.

– В чем дело, мадемуазель? – поинтересовался маг, появляясь перед эльфийкой. Видно, ему пришло в голову, что медлить, когда всегда тактичная жрица кричит столь повелительно, не стоит.

– В них, – повернулась в сторону четырех тел Мирей, стараясь казаться спокойной и собранной, только сжимались до боли в кулачки тонкие руки. – Рогиро сказал, что это магия зеркала, и их нельзя трогать. Эсгал попробовал и теперь тоже лежит.

Нахмурившись, Лукас шагнул ближе к распростертым в беспамятстве коллегам и, протянув руки ладонями вперед, пробормотал что-то вроде этого: «Энлис медж инфлюэ» . С пальцев мага посыпались мелкие розовые искры, встряхнув кистями, мосье поводил руками над телами, потом повернулся к зеркалу и проделал ту же процедуру, только на сей раз искры сыпались серебристо-стеклянные.

– Магический фон почти в норме, – проведя сканирование местности, заключил Лукас, и, поймав скептический взгляд Рогиро, прибавил: – Настолько, насколько он вообще может быть нормальным здесь. Некоторое излучение, как предмет волшебный, дает зеркало и, что странно, мосье Эсгал. Все остальные находятся в состоянии слабого магического шока – последствие энергетического удара. Это не опасно, но приводить их в себя я пока не советую, целесообразнее подождать, скоро очнутся сами.

– Тогда я пока посмотрю, не пострадали ли они физически, – решила Мирей, бросила в кресло сумку, прислонила к стене посох и направилась к телам друзей.

– Интересно, – задался вопросом маг, пока жрица хлопотала над пребывающим в отключке Максом. – Почему все-таки пострадал мосье Эсгал? Неужели мадемуазель Элька каким-то образом вобрала в себя опасное излучение и поразила им воина, коснувшегося ее?

– Как ты можешь так спокойно рассуждать об этом? – негодующе прошипела целительница, становясь похожа на рассерженную желтоглазую кошку, не бьющую хвостом только за неимением оного. – Они же твои друзья!

– Конечно, но я не целитель, мадемуазель, и пока ничем помочь не могу, – примирительно ответил маг, складывая на груди руки. – Единственное, что мне по силам, так это попытаться выстроить гипотезу происшедшего. Кроме того, ничего поистине трагического не случилось. Наши друзья живы и относительно здоровы, а несколько синяков – не слишком большая плата за неумеренное любопытство.

Мирей, закончив осмотр «везунчика» Макса, на локтях которого и правда нашла только несколько новых синяков, вздохнула и поднялась с колен, чтобы перейти к вору, расположившемуся по соседству справа. На груди Рэнда продолжал скорбно попискивать сиротка Рэт. Подержав ладошки над грудью Фина и приласкав крыса, эльфийка переключилась на осмотр Эльки и Гала. Потом поднялась и честно сказала:

– У Макса и Эльки только небольшие ушибы, а Рэнд с Эсгалом и вовсе целы, хвала Ирилии!

– Ну вот видите, мадемуазель, – улыбнулся мосье Д’Агар.

– Тогда почему они до сих пор не очнулись? – все-таки продолжала беспокоиться Мирей. – Это магический шок? А если они вскоре не придут в себя, что нам делать? Может быть, надо прочесть какое-то заклинание?

– Кто не очнулся? – мотая тяжелой, словно похмельной головой, попытался подняться, но смог только встать на четвереньки Фин. Обезумевший от радости Рэт принялся носиться кругами вокруг хозяина.

– Ты и они, – механически ответила эльфийка, но тут же, сообразив, кто задавал вопрос, кинулась к вору с радостным криком: – Рэндик! Живой! Как твоя голова, не болит?

– Живой, – прислушавшись к своим ощущениям, чуть хрипловато признался вор, выпутываясь из объятий Мири, и спросил: – А что случилось-то?

– Мы хотели спросить об этом вас, сеор, – ехидно ответил Рогиро, – перестав волноваться за команду, он тут же принялся вымещать свое беспокойство за их жизни язвительностью.

– Да? – Рэнд сел на пол и всерьез задумался, собирая в памяти крошево последних событий. – В зеркало, кажись, смотрели, только ничего не видели. Потом Элька предложила подержать нас за руки, чтоб, дескать, ее сила подключилась к заклинанию и помогла хоть чего-нибудь показать. А дальше ничего не помню, только какой-то свет яркий, что насквозь даже мозги просвечивает. И все!

– Я тоже больше не помню, – подал слабый голос Шпильман, приподнимаясь на локтях.

Мирей, оставив в покое Рэнда, подлетела к другу и осторожно помогла ему встать. Держась за стенку, Макс устоял на ногах с первой попытки.

– Жаль, – по-настоящему разочарованно вздохнул Лукас, но тут же прибавил с более бодрыми интонациями: – Хотя не все еще потеряно. Кажется, я знаю способ увидеть то, что происходило недавно. Память места еще свежа, магический след силен. Можно попробовать!

– А с Элькой-то что? – озабоченно уточнил Макс, ухитрившийся не только встать, но и добраться до стула у стола почти без посторонней помощи, не считая бдительного контроля Мирей. При этом парень даже ничего не задел по пути и никуда не свалился.

– Предполагаю, мадемуазель, в силу своего дара хаотической магии, была ключевым проводником магического влияния, следовательно, ей и мосье Эсгалу досталась основная сила обратного удара, – высказал свою точку зрения Лукас. – Поэтому она до сих пор и не пришла в себя. Но у мосье Гала настолько велика сопротивляемость магии, что ему ничего более страшного, чем недолгое беспамятство, грозить не должно.

– Пожалуй, – согласился призрак, переместившись поближе к Эльке и вглядываясь в неподвижно застывшие строгие черты, так не похожие на обычно лукавую мордашку девушки.