Мастер побега - Дмитрий Володихин

…караульный поливает зал свинцом из ручного пулемета… лежат трое солдат… лежат посыльные… дежурный офицер целится в Толстого… Секретарша… длинную очередь… Толстый спотыкается о труп снайпера… Дежурный офицер… выстрел… пуля проходит над головой Толстого… Рэм палит в офицера.. Мимо… По двери, выронив оружие, сползает караульный… Толстый с пола садит из двух стволов… Мертвое тело дежурного офицера ложится на выгородку… Дверь распахивается… выскакивает один… второй… выстрел… выстрел… падает… Еще один… бежит по коридору… очередь… с разбегу лицом в бетонный пол… хряск… кто?.. переворачивается на спину… обгоревший… безумный взгляд… пистолет в руке… Фильш… умри, гнида срединная, дикарь!.. Толстый стреляет первым… Обещал же, что клюв оторву и в жопу засуну. Извини, выполнил не сразу…

Рэм врывается в зал.

Воронка Тела Кровь. Стоны. Горят обломки стола, расколотого взрывом натрое.

Дэк борется у края воронки, в дыму, с огромной секретаршей. Она не дает ему спрыгнуть вниз. Рослая, на полторы головы выше генерала, женщина берет его в стальной зажим и заставляет опуститься на колени. Он бьет ее локтем в солнечное сплетение – раз! два! три! Вскрикнув, она отпускает Дэка на мгновение, чтобы перехватить его руку и завести ее за спину. Мужчина вырывается и делает подсечку. Громадное тело рушится на пол. Дэк прыгает через него и подбирает с пола автомат. Женщина, извернувшись, хватает его за ногу, пытается выкрутить ее. В скулу ей упирается автоматное дуло. Но она упрямо проводит прием. Дэку, наверное, до ужаса больно, но он все же не давит на спусковой крючок, а со всей дури впечатывает казенную сторону автомата ей в переносицу. Его противница со стоном отлетает в сторону.

– Брось!

Рэм стоит в шаге от генерала, и теперь ему не мешает дым он видит спину и затылок Дэка очень хорошо.

Дэк застывает, но все еще сжимает автомат в правой руке.

– Брось, дубина, голову прострелю.

Генерал разжимает пальцы.

Толстый, последним добравшийся до зала, командует ему:

– А теперь, дружище, оттолкни-ка его ногой подальше. Не вздумай баловать.

Дэк сгибает было ногу, чтобы отпихнуть автомат, но вдруг с воплем переворачивается на живот.

– Не могу… Вот стерва!

Рэм делает шаг вперед и забирает автомат. Толстый командует:

– Девочка, наручники ему и кляп.

– Привет, ребята! – говорит Дэк. – Давно не виделись. По тебе, Толстый, я соскучился, а ты Рэм, как вижу, продался.

Секретарша, стерев кровь с лица рукавом, ловко защелкивает металлические дужки. Мастерица! Резким, злым движением она переворачивает Дэка на спину. Всей тяжестью садится ему на живот и запихивает кляп. А потом, глядя в глаза генералу, произносит:

– Запомни, если бы не автомат, я бы тебя победила Сила на силу, без оружия, я сломала бы тебя. Я выжала бы из тебя масло.

Толстый недовольно бросает:

– Молчать! Стрелять надо было, девочка, а не забавляться… Низом никто не ушел?

– Ни один человек, это точно. Дай его мне… потом.

– Уймись. Не твоего полета дичь. Перелом?

Секретарша ощупывает ногу Дэка и с сожалением отвечает:

– Нет, только вывих.

– Вправь. Иначе на себе потащишь. Рэм, осмотри трупы. Маловато их.

Толстый отходит к дыре в полу, помогает саперу подняться. Рэм бродит по залу, всматриваясь в лица Он переворачивает последний труп, лежащий спиной кверху, и докладывает:

– Вепря нет. Гэла Кетшефа нет.

Мгновение спустя он слышит щелчок и глухой стон.

– Порядок, командир. Будет бегать, как новенький…

– Молодец, девочка. Вынь кляп, он должен ответить на один вопрос. Оч-хорошо. Так. Дэк, где Вепрь с Гэлом?

Генерал молчит.

– Массаракш.

– Я займусь им? – с надеждой осведомляется женщина.

– Ни-ни.

Толстый медленно, со вкусом, закуривает. Пускает дым в потолок, шевелит губами, размышляя. А потом сообщает Дэку:

– Не надо, генерал. У меня достаточно взрывчатки, чтобы поднять на воздух полковую казарму. И я даю тебе слово не делать этого, если ты ответишь на мой вопрос. Ты меня знаешь.

Дэк молчит долго.

– Толстый, дай и мне.

Толстый вставляет генералу курево в рот. Позволяет затянуться. Вынимает.

– Не тяни.

– Они на Восточном оборонительном участке. Голоса делегировали Фильшу.

Рэм откликается:

– Такое могло быть. Сам понимаешь, скоро у них наступление.

Генерал морщится:

– Несколько дней назад ты бы сказал: «У нас наступление».

– Тари жива?

– Да.

– Дэк, ты помнишь, чем мы набили ров?

– Ах вот оно что… – и генерал замолкает.

– Что за ров, мужик?

– К операции не относится, Толстый. Потом расскажу и покажу… если захочешь.

– Тогда на хрен вечер воспоминаний! Кляп, девочка Толстый докуривает.

– Пора доделать дело. Как там у тебя? Цело оборудование? – спрашивает он у сапера.

Тот кивает в ответ, мол, у меня полный порядок, готов работать по плану. Молчун.

– Действуй.

Сапер выгружает содержимое своего рюкзака на пол и принимается с феноменальной быстротой собирать из отдельных блоков нечто единое. О! Никакой взрывчатки. Радиостанция. Верх миниатюрности, передний край науки и техники… времен последнего императора.

– Я – Вирус, я – Вирус! Орел, прием! Орел, прием! Бык, прием! Бык, прием! Я Вирус – ответьте!

Идет время. Тянется подлое, хитрое время… Тик-так, тик-так.

Повинуясь приказу Толстого, женщина отводит Дэка вниз, а Рэм осматривает зал, собирая документы.

– Есть контакт с Орлом! И Бык появился!

Толстый, мнится Рэму, облегченно переводит дыхание.

– Соколу и Быку передать команду по коду «ноль».

– Так точно, господин генерал! Орел, Орел, я – Вирус. Команда «Шторм». Как слышите, прием! Вас понял, Орел. Бык, я – Вирус. Команда «Шторм». Как слышите, прием! Вас понял, Бык.

И сапер, повернувшись к Толстому, бесстрастно сообщил:

– Команда по коду «ноль» Орлом и Быком принята Рэм принялся торопливо перезаряжать «принц». Он еще не осознал происшедшего. Он еще даже не испытал страха – страх запаздывал. Просто у Рэма дрожали руки. Он очень долго и очень неуклюже возился с патронами.

– Что это было, Толстый? Никак, ты дал сигнал к атаке двум твоим механизированным? Что, заранее передислоцировал, пока мы задницы о седла отбивали и в небе вензеля выписывали?