Наемник - Алекс Орлов

— Иди… посмотри, что я нашел. Сите. — сдавленным голосом позвал напарник.

— Да ты с ума сошел, — ответил Сите, однако тоже положил винтовку и заглянул вниз.

Хлопнул приглушенный выстрел, и Сите свалился в воду. Затем раздался зше один выстрел, и тело Дэйва будто нехотя сползло с настила.

Удо и Жак посидели еще несколько секунд, затем выбрались наверх и столкнули в воду оставшиеся винтовки.

— Слышишь? — спросил Галлауз.

— Что?

— Стрельба какая началась?

— Прикрытие добивают, — пояснил Рене. Затем огляделся, поправил ранец и сказал: — Это уже не наше дело, Удо. Сейчас мы играем сами за себя.

— Разумеется, — согласился Галлауз, и они пошли дальше. 86 Тяжелые ботинки упорно тянули на дно, и Одри прилагала немалые усилия, чтобы держаться на поверхности. Когда она очень уставала, приходилось хвататься за неровные грани свай и отдыхать, прислушиваясь к грохоту боя.

Время от времени наверху пробегали люди, и Одри с некоторой завистью провожала взглядом их неясные тени — ведь под ними была металлическая мостовая, а под ее ногами только толща мутной воды. Силы были на исходе.

«Нет, я доплыву. Я обязательно доплыву», — говорила себе Одри и, отталкиваясь от очередной сваи, плыла к центру, туда, где проскочившие под городом торпеды снесли несколько опор.

Это было единственное место, где можно было выбраться наверх. В других местах технические лестницы висели слишком высоко и опускались вниз только со смотровых площадок — это было условием безопасности.

Наконец после долгой и изнурительной борьбы Одри добралась до пролома, куда обрушилась целая улица.

Возле уходившего под воду полотна мостовой плавали обломки мебели, мусор и несколько трупов. Ленокс безразлично скользнула взглядом по их пожелтевшим лицам и узнала только одного — управляющего фортом.

Цепляясь за ячейки, Одри стала карабкаться наверх и неожиданно услышала голос:

— Одну минуту, мисс, сейчас я помогу вам.

Вниз спустили толстую веревку. Одри крепко за нее ухватилась, и ее в одну секунду подняли наверх.

Как оказалось, возле пролома была собрана спасательная команда, которая оказывала помощь тем, кого извлекали из разрушенных построек.

— Вы видели внизу тела, мисс? — спросил у Одри ее спаситель и протянул ей одеяло.

— Да, кажется, я узнала управляющего, но другие мне незнакомы, — ответила она и, отстранив одеяло, пошла прочь.

— Куда же вы, мисс? Вы совсем промокли!

— Мне нужно вернуться назад, — соврала девушка и, зайдя за угол, побежала бегом.

На улицах городка царила паника и все куда-то спешили, поэтому вид бегущей Одри не вызывал ни у кого удивления.

Пробегая мимо общежития, она даже не взглянула в сторону окна пилота Колгейта. Все это было частью ее работы, а теперь работа была закончена.

Вышедший на улицу владелец ресторанчика посмотрел вслед Одри и сказал:

— Ты смотри, намокла бедняжка — вся фигура как на показ…

— Разве это фигура? — усмехнулась девушка из бара. — Вот у меня фигура так фигура.

— Да ты, Шелли, у нас вообще вне конкуренции.

Они ушли, вернувшись к своим кухонным делам, а Одри продолжала свой бег, и до спасительной бухты ей оставалось совсем немного.

Ленокс была уверена, что на стоянке самолетов будет охрана, однако она не предполагала, что охранники будут сидеть в секрете.

— Стой! — скомандовал строгий голос, едва Одри выбежала на мостик. — Стой, я сказал!

Девушка остановилась. До самолета Колгейта оставалось десять метров, а блокировочный замок открывался прямо в кабине. У Одри возникло желание сорваться и побежать, однако рисковать она не стала.

— В чем дело? Я Одри Ленокс — командир взвода!

— А что вы здесь делаете, мэм?

— Я должна срочно поднять самолет! Нам нужны разведданные. Если не веришь, свяжись с Ландером. Надеюсь, его слова тебе будет достаточно?

— Вполне.

— Свяжись с ним, Бертран, может, она и вправду выполняет его приказ, — сказал второй полицейский, появившийся из-за хозяйственного бокса.

«Хорошо, что не побежала», — подумала Одри и, шагнув к Бертрану, сказала:

— Давай рацию, я ему все объясню.

— Нет, мэм, я сделаю это сам, — отказался Бертран, однако его внимание было уже отвлечено и, ударив полицейского по голени, Одри выхватила из его руки пистолет.

Один выстрел, и Бертран сложился пополам. Его напарник вовремя спрятался за угол и посланные в него пули пропали даром.

Пробежав по мостку, Одри рывком подняла колпак кабины и перевалилась внутрь. В крыло самолета ударила пуля.

Одри выглянула наружу и сделала три ответных выстрела. Затем захлопнула колпак и, достав из кармана ключ, вставила его в блокиратор. Один поворот — и машина свободна.

Окинув взглядом приборы, Одри мгновенно сориентировалась и в несколько секунд запустила двигатель.

В самолет снова попала пуля. Ленокс прибавила газу, и самолет слегка задел плоскостью соседнюю машину.

Определив длину свободного пространства, Одри поняла, что для полноценного разбега его будет маловато, однако выруливать на специальную дорожку времени не было — от причалов к стоянке уже бежали люди.

Решив проверить свою удачу, Ленокс дала полный газ, и взревевший «Е-105» начал разбег. Появившиеся на мостках солдаты открыли по самолету огонь, но Одри была уверена, что уйдет.

Стремительно приближалась сетчатая ограда, однако самолет все еще не отрывался от воды. На какой-то миг Одри показалось, что она обречена, но тут машина оставила бухту и резко пошла вверх. Последовал сильный удар, и задевшая ограду лыжа оказалась вырвана вместе со стойкой. Машина резко накренилась, но Одри сумела ее удержать и продолжила набирать высоту.

Как только самолет поднялся в небо, по нему стали стрелять все кому не лень. И в тот момент, когда Одри решила, что все уже позади, она почувствовала резкий запах гари.

Ее машина горела и летела, оставляя за собой длинный шлейф черного дыма. Вскоре двигатель стал работать с перебоями, и машина начала терять высоту.

Тем не менее она еще слушалась пилота, и Одри прилагала все усилия, чтобы как можно мягче посадить самолет на воду.

Корабли Марсалесов были практически под ней, и оставалось только выжить и засвидетельствовать новым хозяевам свое почтение.

«Лишь бы они не начали стрелять… Лишь бы они не стреляли…» — думала Одри, судорожно вцепившись в штурвал.