Императоры иллюзий - Сергей Лукьяненко

Девушка задумчиво посмотрела на свою витрину.

– Вам вряд ли понравится то, что мы называем «галактическоймодой». Возьмете этот?

Кей накинул на плечи тонкий бежевый плащ простого кроя.Вопросительно посмотрел на девушку.

– Очень идет, но чуть большеват. Я сейчас посмотрю…

– Не надо. Вы торгуете оружием?

Девушка молчала, изучающе разглядывая Кея. Потом перевелавзгляд на Томми.

– У нас нет лицензии.

– Этого я не спрашивал.

– Я могу уступить вам свой «Конвой».

Кей тихо засмеялся. Сказал, поймав растерянную улыбку:

– У меня какой-то затяжной роман с этой игрушкой. Спасибо. Явозьму.

Кредитки, которую Мэйдж Кузнецоф «забыл» в кармане куртки,хватило, чтобы расплатиться.

Девушка достала из сумочки «Конвой», продемонстрировалачерез стекло, что индикатор заряда стоит на максимуме, вынула обойму, завернулаее вместе с пистолетом в бумагу и подала Кею.

– Спасибо, – зажимая пакет под мышкой сказал Кей. – Пойдем,Томми.

В стеклянном вестибюле порта – последнем клочке света переддождливой тьмой, воняло дешевым горелым наркотиком. Трое молодых парней,куривших у полуоткрытой двери, прекратили разговор при их появлении.

Дач неторопливо застегнул плащ, развернул сверток, зарядил«Конвой» и опустил его в карман.

– Видел, как дождь кипит на лазерном луче, Томми? Этокрасиво.

Они вышли из здания. Кей, положив руку на плечо юноши, тихозасмеялся.

– Ты чего?

– Помнишь, как я нашел тебя на Каилисе? Такая же ночь.

– Дурак, – Томми остановился, натягивая капюшон. – Я чуть непомер от страха.

– Брось, ты прекрасно себя вел, – засунув руки в карманы Кейогляделся. Он походил на хищную птицу, пытающуюся найти добычу. – Все неслучайно, Томми. Мир не знает совпадений. После идеального курса я в это верю.

– О чем ты?

– Ночь, Томми. Ночь и дождь. Пойдем брать флаер?

– Нет, продолжим водолечение… – почти зло отозвался юноша.Они зашагали по мокрому асфальту вдоль стеклянной стены космопорта.

– Мне, почему-то, кажется, что теперь все будет хорошо, –продолжил Кей, – Что я смогу задать вопрос – каким бы ни был ответ.

– Откуда оптимизм?

– Догадайся с трех раз.

– Ночь и дождь?

Над флаерной площадкой было включено слабенькое отражающееполе – еще один штрих упрямо развивающейся планеты. Струи дождя, искрящиеся всвете фонарей, изгибались, куполом опадая на землю. Сквозь зыбкий занавесчеловеческая фигурка, сидящая на полутораметрой высоты бетонном заборчике,казалась бесплотной, нарисованной.

– Ночь и дождь, – эхом повторил Кей, ступая сквозь шторудождя.

Артур Кертис поднял глаза от планшетки электронной игры,лежавшей на его коленях. Улыбнулся – робко и смущенно, как напроказничавшийребенок.

– Если бы ты знал, Кей, как мне надоел этот возраст.

Кей Дач, который ненавидел детей, кивнул. Подошел к ограде.

– Поймаешь?

– Я хоть раз тебя уронил?

Артур спрыгнул. Прижался лицом к плечу Кея.

– Если хочется, плачь, – прошептал Кей.

Кертис-младший помотал головой. Ответил – так же тихо, чтобыне услышал застывший в паре шагов Томми:

– Не бросай меня. А то я свихнусь. Честно.