Герои умирают дважды - Даниил Аксенов

Когда скачешь на лошади, очень трудно думать. Кто-то сказал, что великие мысли исходят от сердца, но если твои ощущения сконцентрированы на подпрыгивающем заде, то это все меняет.

«Паромщик и Лябу связаны, это факт. — Размышления Антипова все-таки мчались в такт галопу под аккомпанемент ветра, свистящего в ушах. — Но как? Тем, что оба исчезли? Или тем, что я не видел, как они появлялись? И при чем здесь кольцо? Почему его нельзя снимать? Может, отталкиваться от кольца? Все-таки Кеаль — нехороший тип, мог бы объяснить, нашел время загадки загадывать. Или… он это сделал с какой-то целью?»

Виктор был все-таки очень умным человеком, который к тому же постоянно тренировал свой ум. Возможно, если бы дорога до замка была длиннее, то наш герой вступил бы па правильный путь в своих рассуждениях. Но, увы, замок находился слишком близко.

Антипов подлетел к турнирному полю в тревоге. Вдруг опоздал? Он соскочил с лошади, не заботясь даже о том, чтобы ее привязать или отдать кому-то поводья.

«Успел я или нет?» — Теперь в голове Виктора билась только одна мысль.

Он начал пробираться к огороженной арене, расталкивая толпу простолюдинов. Один крестьянин замешкался — не увидел, кто за ним. Антипов силой развернул его и спросил:

— Меня звали? Ан-Орреанта?

— Э… а… — ответил перепуганный крестьянин.

Виктор отпустил его и подошел к ограде.

— Господин ан-Орреант! — выкрикивал глашатай. — Господин ан-Орреант!

— Здесь! — закричал Антипов и перелез на арену. Он успел в последние секунды.

— Опаздываете, господин ан-Орреант! — Судья попался тот же самый, лысый, который подсуживал Женару.

— Извиняюсь, — сухо бросил Виктор. Он отошел к выдавальщику оружия и, к удивлению присутствующих, начал спешно сбрасывать с себя доспехи. Оставшись в светлой рубахе и коричневых штанах, Антипов взял затупленный турнирный меч и быстро пошел на центр арены — нельзя заставлять публику ждать, она разнервничается и еще, чего доброго, изменит свои симпатии. Толпа ведь непостоянна.

Виктор был уверен в себе, собираясь показать искусство сражения в стиле рапириста. Он очень надеялся, что этот вид состязаний выведет его в безусловные лидеры.

— К бою! — прокричал судья, быстро отходя в сторону. В своей ярко-желтой накидке этот крепыш казался откатывающимся детским мячиком.

Ан-Приа, с которым Антипов уже встречался два раза в предыдущих состязаниях, был весьма посредственным бойцом. Трудно понять, что он делал на турнире, на что рассчитывал. Скорее на то же, что и многие другие: на авось. Вдруг ему повезет и он дойдет до полуфинала или даже финала? Это будет достижение, его скромный ранг в среде местных дворян вырастет. Конечно, у ан-Приа был бы кое-какой шанс, не окажись сильный боец ан-Орреант волею жеребьевки его первым противником.

Услышав сигнал судьи, Виктор сразу пошел в атаку. Он не собирался затягивать этот бой. Изящно уйдя в сторону с линии атаки, он резко отвел меч ан-Приа, чтобы нанести один-единственный укол в туловище. Антипов даже сначала не понял, что означал раздавшийся хруст. Воин продолжал движение, но увидев, что произошло, оступился и на долю секунды замер, пораженно разглядывая эфес турнирного меча, точнее, уже огрызка меча. Ан-Приа тоже поначалу мало что понял. Он пытался развернуться, чтобы предотвратить немедленный проигрыш, и остервенело наобум взмахнул мечом. Это движение оружием, такое безобидное в обычной ситуации, неожиданно достигло своей цели. По касательной меч ан-Приа коснулся рубахи Виктора. Оба противника в растерянности остановились.

— Бой выигрывает ан-Приа! — Судья был первым, кто пришел в себя.

Трибуны удивленно молчали.

Антипов медленно поднес огрызок меча к глазам и сквозь зубы выругался.

— Меч надпилен! — сказал он. — Взгляните. Я требую начать все заново.

Будь на месте этого судьи другой, и будь ан-Приа чуть более благороден, может быть, все обошлось бы. Но судья являлся человеком Женара, а ан-Приа был так огорчен предыдущими быстрыми проигрышами, что хватался за соломину.

— Истинный воин должен быть готов к любому повороту событий, — пыжась от радости, сказал судья. — Турнир служит для того, чтобы выявлять искомую готовность!

Ан-Приа энергично поддакивал.

— Требую расследования и пересмотра боя, — ответил Виктор. Он уже понял, что проиграл: в двусмысленных вопросах последнее слово остается за судьей, а тот нашел хорошее объяснение своему решению.

Сверкая орденом, подошел распорядитель турнира и сразу вник в ситуацию. Он пообещал, что выдавальщик будет допрошен и наказан, но мнения судьи не стал оспаривать ввиду нежелания ан-Приа что-либо менять. Если бы меч поломался без злополучного случайного удара по касательной, то бой был бы остановлен, Виктору вручили бы другой меч, и события пошли бы совсем иной дорогой.

Антипов махнул рукой и направился надевать свои доспехи. Он был весьма раздосадован. Подумать только — единственный бой, в котором у него была полная уверенность, и вот тебе. Насмешка судьбы. Виктор все-таки корил себя за то, что немедленно не отреагировал и не отпрыгнул в сторону. Увы, он не был таким опытным, каким ему хотелось быть.

Проходя мимо трибун, Антипов заметил мелькнувшую фиолетовую шляпу ан-Котеа.

«Как, наверное, радуется этот мерзавец! — подумал Виктор. — Это ведь он все подстроил. Какой шустрый! Он наверняка не собирался портить меч после скандала с копьем. Но быстро сообразил, что если я опаздываю, то могу не успеть проверить меч. Моментально подкупил или договорился с выдавальщиком, нашел кого-то, кто тонко и быстро испортит меч, или подбросил уже готовый… Очень расторопно! У него просто талант делать гадости».

Антипов не испытывал особой злости к Женару. Скорее, даже восхищался чистотой и скоростью проделанной работы. Тут ан-Котеа явно превзошел самого себя. Виктор уважал таких противников.

Наш герой был расстроен, но, будучи в таком состоянии, не сдавался, а думал над тем, как взять реванш, пусть и в другой области. Он забрал лошадь и пошел к замку. Досматривать эту часть турнира уже не имело смысла — нужно позаботиться об иных вещах, если уж подвернулась свободная минута.