Дикарь - Марина Суржевская

— Только сегодня, — со смешком произнес он. Голос стал задумчивым: — Честно говоря, я думал, что ничего не выйдет, Софи.

— В смысле? — я перевернулась на бок, посмотрела в его лицо.

— То, чем мы занимались, — усмехнулся он, откидываясь на спину и положив руки за голову. Я облизнулась. Расслабленный. Удовлетворенный. Красивый. Мне нравился такой дикарь.

— Раньше я и надеяться не мог на подобное, — он закрыл глаза. — Не понимаю, что происходит.

Я скосила глаза на черный рисунок, что темнел на его груди. Я успела изучить эти печати. Их было шесть — на руках, ногах, спине и груди. Сейчас мне казалось странным, что я сразу не догадалась. Конечно, места тонких слоев, там, где физическое тело соприкасается с Духом. Все эти места заблокировали, не позволяя Шерху выпускать магию. И теперь она билась внутри, причиняя мужчине неимоверную боль. Я уже видела, что происходит с ним от этой боли. Потеря себя, агония, почти смерть…

Снова опустила глаза. Нет, жалость это не то, чего хочет мой дикарь. Совсем не то. И с каких это пор я стала мысленно называть его «моим»?

— Шерх? — позвала я.

— Нет, — сказал он.

Я привстала на локте.

— Что нет?

— Все, что ты сейчас скажешь. Нет, ты никуда не пойдешь. Нет, тебе не надо проведать Линк, потому что я послал следилку. Нет… все остальное. Мне надо отдохнуть.

— Ты послал что? — открыла я рот, слегка ошалевшая от такого ответа. Хенсли открыл глаза и посмотрел на меня.

— София, чем ты занималась на лекциях? Смотрела на студентов и считала мух? Следилка — это фантом, его создают, чтобы наблюдать за детьми. Маленькое облачко, не способное ни на что, кроме как подать сигнал тревоги, если ребенок покинет заданный квадрат. В нашем случае — кровать.

Я изумленно похлопала глазами и вспомнила:

— Фантомный сгусток для наблюдения!

— Точно, — зевнул Χенсли. — Следилка.

— И когда ты его послал?

— Когда услышал, что ты идешь.

Я приподняла брови. Ух ты, значит, не сомневался, что я останусь?

— Сомневался, — ответил на мой вопрос Шерх. — еще как сомневался. Но я рад, что ты осталась, Софи.

Он тоже повернулся на бок, и теперь мы лежали рядом, глядя друг другу в глаза. Голые, горячие… Влажные. Кажется, я опять покраснела.

— Похоже, ты как раз был хорошим учеником, — буркнула я, смутившись. Лежать вот так, в ворохе шкур, когда тело так сладко саднит и болит от удовольствия, оказалось даже интимнее, чем делать то… что мы делали.

— Лучшим, — тихо сказал Хенсли, и его глаза потемнели.

— Я не буду спрашивать, если не хочешь, — торопливо сказала я, испугавшись, что он снова закроется от меня.

— Может, я хочу, чтобы спросила? — хмыкнул он, накручивая на палец прядку моих волос. — Ладно. Я был лучшим в Академии, мне пророчили блестящее будущее. Самый сильный дар во всем королевстве, так говорили обо мне. — Он задумчиво улыбнулся, но горечи в глазах я не увидела. — Это делало меня порядочным говнюком, надо сказать.

— Хочешь сказать, что-то изменилось? — не удержалась я, и Шерх рассмеялся. Я отвела взгляд, потому что мне слишком нравилось видеть его таким. Расслабленным и смеющимся. Помогите мне Духи. Кажется… кажется, я влюбляюсь… Или уже?!

— Конечно, изменилось. Стало гораздо хуже, — хмыкнул он. — А тогда я был юн, и мир лежал у моих ног…

— Что случилось?

— Выплеск на пределе возможного, — Хенсли произнес это спокойно, словно говорил не о себе. — Я был самоуверен, Софи… Слишком самоуверен. Даже такая плохая ученица, как ты, — он щелкнул меня по носу, — должна знать, что нельзя выплескивать все силу. Внутри остается пустой резерв, а когда он наполняется, маг уже не может управлять силой… Она становится хаотичной, стихийной, связи с физическим телом рвутся… Дальше только запечатывание.

— Неужели это нельзя исправить? — в отчаянии я закусила губу.

— Никому не удавалось, — пожал плечами Шерх. — Разве только…

— Что? — вскинулась я.

— Первое время я настойчиво искал любые упоминания о восстановлении резерва. Я был совсем молод и верил в чудеса, Софи. — он качнул головой, смеясь над собой. — Как ты знаешь, в Лангранж-Холле огромная библиотека, и я перетряс ее всю. И нашел несколько упоминаний о магах, которым удалось вернуть свою силу к управляемому состоянию. Но это были лишь россказни. Лишь сказки… Как они это сделали — оставалось тайной. Даже если было правдой. Единственное, что мне удалось выяснить и даже испробовать на себе, это то… что помогает магия, оставшаяся от эйлинов.

— Что? — изумилась я. Шерх покосился на меня.

— Осколки. Гейзеры. Духи, живущие в домах и предметах… Разве ты не задумывалась, откуда все это?

Я открыла рот и… закрыла. Задумывалась. Конечно, задумывалась. Я читала о временах, когда магии в нашем мире не было, и всегда жалела тех несчастных, которым не посчастливилось жить в такую ужасную эпоху. Я не мыслила мира без магов, без того, что они делали.

— Я думаю, что эйлины и магия связаны, София.

— Постой, — я подпрыгнула и села на коленки. — Но тогда… может быть… Если найти…

— Не может! — резко сказал Шерх, и глаза его вновь потемнели. — Ничего не может. Эйлины — проклятие нашего мира. Они исчадия Ямы! Жаль, что мне не удалось отправить в Бездну их всех! Только ради такой возможности я готов был выжить! Выжить, чтобы отомстить этим тварям!

— Выжить, чтобы вновь отправится на Багровую Скалу? — медленно произнесла я. — Это твоя цель, Шерх? Для этого ты держался семь лет?

— Да! — он сжал кулаки, и я с ужасом увидела, как стремительно уходит нега из темных глаз, как напрягаются расслабленные мышцы, а лицо искажается от ненависти. И стало страшно. А еще холодно.

— Значит, ты живешь ради мести, Шерх? — тихо спросила я.

— Если бы мне представилась такая возможность, — он разжал кулаки и снова откинулся на спину, бездумно глядя в потолок. — Я слишком много потерял из-за эйлинов. Я все потерял из-за них. И единственное, чего хочу — чтобы Духи дали мне ещё одну возможность поквитаться.

Я затихла, ощущая, как горько стало внутри. Больно. Но я лишь отвернулась, свесила ноги с кровати. Пора уходить.

— Мне жаль, что ты все потерял. Правда… И кстати, можно тебя попросить? Я хочу устроить праздник для Линк. Не знаю точно, когда она родилась, но думаю, начало лета — хорошая дата. И пригласить детей из Дейлиша.

Шерх молчал, и я посмотрела на него через плечо. Он рассматривал мою спину и хмурился.

— Если ты против, я попрошу Марту и устрою праздник в ее кофейне. Мне не хотелось бы, чтобы в разгар праздника ты явился с ружьем и всех напугал.

— Думаешь, я сделаю так? — его глаза блестели, и понять, о чем Χенсли думает, не удавалось. Я пожала плечами.