Дикарь - Марина Суржевская

— Ты совсем обнаглел, Хенсли, — принес мне ветер ответ. И я не выдержал. Десять шагов или сколько их там, в этом дворе. Между нами. Прошел, прижал, толкнулся. В ее нежные губы, сладкие от шоколада. Заглушил языком протест, не позволил вырваться. Или она и не пыталась? Не знаю… я лишь понимал, что со мной что-то происходит, мучительное и прекрасное, дикое и сладкое… Что вот эта вот рыжая-наглая-ранимая забралась мне под кожу и трогает тонкими пальчиками то, что осталось от души… И, кажется, еще немного — и я уже не смогу без этих прикосновений…

— Не надо, — она шепнула это мне в губы. — Нет…

Почему нельзя? Я не понимал…

— Шерх, перестань! Шерх! Здесь Линк…

— Она играет, — выдохнул я. — За домом. С этим облезлым щенком и глухой курицей. Или кто там притащился? А мы… быстро.

— Ты точно учился на факультете самовлюбленных болванов, — буркнула Софи. От слов стало щекотно губам. И тяжело в паху.

— Нет, — не думая возразил я. — Я был боевым магом. Лучшим в Академии.

Ее губы сводили меня с ума. И мысли о том, где я хочу их почувствовать. Тяжело втянул воздух, пытаясь думать. Да к жротам мысли… Снова прижал рыжую к стене, погладил ее шею, тронул сквозь ткань грудь. Я ненавижу ее одежду…

— И что же с тобой случилось? Ты был у Багровой Скалы, так?

— Да.

София откидывает голову, и я трогаю языком ее шею. И чувствую женские пальцы на своем затылке. Они перебирают волосы, поглаживают. Мне кажется, я взорвусь, если не возьму рыжую прямо сейчас. Я теряю от нее голову, и это даже не смешно…

— Гордон тоже там был?

— Да… Но не совсем…

Я замираю. О чем она спрашивает? Какого жрота она это спрашивает?

Поднимаю голову и всматриваюсь в глаза Софии…

* * *

Зачем только спросила?

Хенсли прервал поцелуй, стоило упомянуть его брата. И когда посмотрел мне в глаза, не осталось ничего от того Шерха, что так жадно терзал мне губы минуту назад. Что заставлял меня плавиться и терять остатки здравого смысла. Но вопрос сорвался с губ, и все изменилось. Миг — и передо мной дикарь с волчьим взглядом и сжатыми губами.

— Это Гордон велел тебе спросить? Волнуется, братец? — его лицо исказилось, а ладонь вдруг впечаталась в стену возле моей головы, словно заключая в клетку. Я вздрогнула.

— Гордон ничего такого мне не велел…

— Откуда ты знаешь про Скалу? — процедил Шерх. Внутри темных глаз блеснула злость. — Откуда? Отвечай!

— Я просто догадалась…

Он вдруг вдавил меня в стену дома.

— Хенсли, отпусти меня, слышишь? Я сейчас заору!

— Хочешь напугать Линк? — оскалился он. — Валяй.

Я закрыла рот. Нет, пугать ребенка я точно не хочу!

— Что ты знаешь про Скалу? — повторил Шерх, настойчиво обхватив мой подбородок. Если останется синяк, я дикаря прибью! — Говори!

— Ничего не знаю! Я просто сопоставила факты, идиот! — рявкнула я. — Твоим печатям семь лет, ты сам сказал мне! В тот год было лишь одно грандиозное событие…

— Врешь! Это сказал Гордон, так? Что ещё ты знаешь?

— Ничего я не знаю! — дернулась, пытаясь вырваться. — И отпусти меня! Да что с тобой? Я просто спросила про Багровую Скалу!

— И про моего брата, — вкрадчиво добавил Шерх. Его глаза казались двумя темными колодцами. Бездонными. Ведущими на Иную Сторону Мира. — Гордон рассказал тебе? Правду?

— Нет! — выкрикнула я. — Да я даже не знала о тебе, понял? Ты просто сумасшедший!

— Да, — выдохнул он, глядя мне в глаза. Потом опустил взгляд на мои губы. И как-то медленно положил руку на мою талию и притянул к себе. — Сумасшедший. Так и есть.

Он наклонил голову и замер. Я чувствовала его дыхание на своих губах, и внутри разливалось тягучее и мучительное желание, от которого я никак не могла избавиться. Да что со мной?!

— Слушай, Хенсли, — неуверенно начала я. — То, что было в поле, и потом… это все… неправильно…

Он напрягся так ощутимо, что мне стало не по себе. И снова замкнулся, я видела это.

— Послушай, — я нервно облизала губы. — Я не знаю, что происходит. Я не понимаю. Я растеряна. И не вполне уверена, что…

— Я понял.

Он резко отстранился и засунул руки в карманы, не глядя на меня. Я же сжала кулаки, не зная, как объяснить. Довольно трудно объяснить то, что я и сама не понимала.

Не знаю, чем бы это закончилось, если бы не глухой удар, а потом вопль Линк:

— Софи-и-и!

Я подпрыгнула и побежала на голос девочки, уже умирая от ужаса. Что с ней? Она упала? Поранилась? Сильно? О Духи…

Малышка обнаружилась возле зарослей ежевики и кучи листьев — живая и невредимая.

— Линк, что с тобой!

— Он упал с неба! — глаза повернувшейся ко мне крошки сияли от ужаса и восторга. — Прямо с неба! Прямо ко мне! О-о-о…

— Кто упал? — не поняла я.

— Дракон, — мрачно сказал за моей спиной Шерх. Я и не слышала его шагов. А Хенсли стоял рядом и хмуро взирал на кучу возле кустов. — Вернее, драконий детеныш, насколько я вижу.

— Что? — изумилась я. И в это время то, что я приняла за непонятную кучу, шевельнулось, повернулось и вытянуло длинную шею, на конце которой была узкая морда с желтыми глазами.

Я прижала ладонь ко рту, не веря тому, что вижу. Это действительно был дракон! еще совсем маленький, размер с собаку, но дракон! Линк бесстрашно присела рядом с ним, протягивая ладошку к морде.

— Линк, стой! — прохрипела я. — Это же дракон! У них бывает огонь! Из пасти!

— Это пятнистый узколистый летун, — хмыкнул Хенсли. — Они не плюются огнем. Софи, что-то мне подсказывает, что ты была плохой ученицей. Я бы даже сказал, совсем паршивой.

— Я не специализировалась на драконах, — стало слегка обидно.

— Их классификацию проходят на первом курсе. А разновидности печатают даже в детских книжках. — Шерх присел рядом с Линк и внимательно осмотрел слабо ворочающуюся тушу. Удивительно, но когда дракон не двигался, рассмотреть его было почти невозможно, он становился частью пейзажа, и, пройди я мимо, могла не заметить. Хенсли задумчиво приподнял узкую морду летуна. Желтые глаза оказались затянуты мутной пленкой, зверь принюхивался, словно не видел нас и пытался по запаху определить опасность.

— Он совсем маленький, не больше месяца. Вероятно, пытался совершить первый полет и не смог. Крыло сломано, видите?

— И что с ним будет? — я тоже присела рядом, изумленно рассматривая это создание. Все же редко удается увидеть дракона так близко. Дикие живут в горах, и к ним лучше не приближаться, а те, которых обучают драконоведы — на вес золота.