Первозданная. Вихрь пророчеств - Олег Авраменко

– Думаешь, я лукавлю с тобой?

– Нет, конечно. Но другие могут схитрить, найти какую-нибудь лазейку, чтобы заставить меня делать то, чего я не хочу.

– Никто не заставит, если ты сам не согласишься, – уверенно произнесла Шайна. – Разумеется, некоторые сестры будут оказывать на тебя давление с тем, чтобы ты принимал активное участие в государственных делах. Но ты легко сможешь отделаться от них, просто сказав, что впереди у тебя много времени, еще успеешь заняться политикой, а пока хочешь пожить в свое удовольствие, не обременяя себя лишними обязанностями и связанной с ними ответственностью. Да и в конце концов, ты же не собираешься все время сидеть сиднем в Тахрине. Наверное, захочешь попутешествовать, увидеть те страны, где еще не бывал. Ивронах, Коннахт, Лойгир, Алпайн, Тир на н-Гал, все Южные Королевства и окружающие острова и конечно же Тир Минеган.

– На Минеган я пока не хочу, – сказал Бренан. – И не только из-за старейших. Там будет Гвен, а я… Сейчас мне тяжело даже думать о ней, не то что видеть.

Шайна молча обняла брата, положив голову ему на плечо. Она хотела было сказать, что хорошо понимает его чувства, но не решилась. А ведь действительно понимала их, поскольку сама в свое время оказалась в похожей ситуации. Два года назад Гвен порвала с ней из-за того, что стала ведьмачкой; а теперь, по злой иронии судьбы, бросает ее брата, потому что снова стала ведьмой…

Чутье подсказало Шайне, что к ним приближается человек. Она подняла голову и обратила взгляд на тропинку. Через минуту до ее ушей донесся скрип снега под чьими-то подошвами, а вскоре из-за деревьев вынырнула фигура брата Гвен, Лиама. В отличие от Бренана с Шайной, одетых достаточно легко для сегодняшнего морозного утра, он был в подбитом мехом плаще и шерстяной шапке, потому что не мог согревать себя чарами.

Поздоровавшись с ними, Лиам устроился на скамье рядом с Бренаном и сказал:

– Так и думал, что вы будете здесь. Я вам не помешаю?

– Нисколько, – безразлично пожал плечами Бренан. – Наверное, тоже пришел уговаривать?

– Зависит от того, захочешь ли ты меня слушать. Если нет, помолчу. Для меня это очень непростая ситуация, ведь я лично заинтересован, чтобы ты не отказывался от короны. И как раз поэтому не хочу, чтобы у тебя сложилось впечатление, будто я думаю только о собственной выгоде.

– А о какой именно? – спросил Бренан. – О браке с Шован или о лакомом куске ведьминских владений?

– О Шован! Честное слово, – с искренним пылом ответил Лиам, – я и сам этого не ожидал! Твердил себе, что просто помогаю сестричке, отплачивая ей за все добро, которое она мне сделала. Но сегодня понял, что Гвен тут ни при чем. Я действительно хочу жениться на Шован, и мне наплевать на земли и деньги.

– Зато ее отцу не наплевать, – с пониманием кивнул Бренан. – Ты уже виделся с ним?

– Да, только что, когда был у Гвен. Граф заверил нас, что последние события ничего не меняют, и для него большая честь породниться с ведьмой. Ему и в голову не приходило, что ты можешь вообще отказаться от короны, он только спрашивал, не планируешь ли ты в связи с новыми обстоятельствами повременить, а пока поддержать лорда Ригвара. Гвен ответила, что ты еще не определился, но при любом твоем решении я не пострадаю, потому что она собирается переписать на меня Кыл Морганах.

– А это возможно? – удивился Бренан. – Разве теперь он не должен вернуться в собственность Тир Минегана?

– Необязательно, – сказала Шайна. – В позапрошлом году все права на Кыл Морганах были бесповоротно переданы Гвен, и с тех пор Сестринство не имеет к нему никакого отношения. Другое дело, что теперь она ведьма и не может лично владеть никакой недвижимостью, но это вовсе не значит, что ее поместье вновь отойдет к Тир Минегану. Бригид говорит, что с точки зрения закона эта ситуация аналогична тем случаям, когда ведьмы получают наследство от кровных родственников. Обычно они переписывают земли и дома на Сестринство, но также имеют право подарить их кому угодно.

– Ага, понятно, – кивнул Бренан и снова посмотрел на Лиама. – Тогда я не понимаю твоей обеспокоенности, дружище. Или лорд Флойд считает Кыл Морганах слишком маленьким для своего будущего зятя?

Лиам покачал головой:

– Отнюдь. Это роскошное поместье, и оно сделает меня достаточно влиятельным катерлахским лордом. Но проблема в другом. Если сейчас ты все бросишь и сбежишь, граф останется в дураках. Ведь он публично поддержал тебя, объявил о намерении выдвинуть твою кандидатуру от Лимнахского княжества – а тут ты подсунешь ему такую свинью… Держу пари, что после этого он и слышать не захочет о моем браке с Шован.

– А я что говорю, – подхватила Шайна, – нельзя так резко и внезапно выходить из игры. В конце концов, это же серьезная игра, королевская, и ставки в ней очень высоки. Возьми на день-другой паузу для раздумий, потом встреться с высшими лордами, уже высказавшимися в твою поддержку, и вежливо спроси их совета. Скажи, что без Гвен не чувствуешь себя готовым немедленно занять трон и предпочел бы уступить очередь лорду Ригвару. Я уверена, они одобрят твое решение… за исключением разве что графа Тирогенского. Большинство из них, хоть и согласились отдать за тебя голоса, в то же время считают, что ты еще слишком молод и у тебя совсем нет опыта в государственных делах.

– Так будет лучше всего, – поспешно поддержал ее Лиам. – Ты сохранишь свое лицо, не обидев никого из вельмож, а я спокойно женюсь на Шован… Гм. Только еще не скоро повезу ее в Кыл Морганах. Пусть сначала там забудут мои холостяцкие проказы. – Он шаловливо усмехнулся. – Грехи молодости, так сказать.

Шайна решила, что не стоит давить на брата с двух сторон, поэтому, сославшись на неотложные дела, оставила его в обществе Лиама, а сама отправилась через парк в Королевское крыло. По дороге встретила нескольких вельмож и придворных, учтиво поздоровавшихся с ней и выразивших свои соболезнования по поводу смерти сестры Нерис вер Дырдри. А один из них, Эхан аб Тигернах, член Совета лордов от дворянского собрания Ридихенского княжества и сторонник графа Ярвийского, даже прошелся с ней с полсотни шагов, пытаясь выспросить, не изменились ли теперь намерения Бренана. Она уклончиво, но вполне правдиво ответила ему, что решение пока не принято, и лорд Эхан не стал ей дальше докучать.

В Королевском крыле Шайна поднялась на третий этаж, где располагалась правительственная канцелярия, и прошла в приемную королевского кабинета. В это время там было непривычно пусто – как объяснил секретарь, леди-регент отменила сегодняшние совещания с министрами и чиновниками, приказала отсылать восвояси всех обычных просителей, а пропускать к ней только тех посетителей, чье высокое положение не позволяло отказать им во встрече. Так, недавно у нее был разговор с Глиндиром аб Фейхином, графом Фиршамским, а сейчас с ней встречался старший сын покойного короля, Кивин аб Энгас.

Шайна догадывалась, что они обсуждают, поэтому решила не вмешиваться, а подождать в приемной. Но не успела устроиться в кресле у окна, как дверь кабинета отворилась и оттуда выглянула Гвен, тоже одетая в белое.