Бояръ-Аниме. Одаренный: кадет - Тим Волков

— Что? — не понял я вопроса.

— Этот архитектор тут один заперт? Или есть другие такие же монстры?

— Нет, он один. Но… — я напряг память, вспоминая момент создания Стены.

Тогда Распутин был в сопровождении своей свиты, адептов. И они все оказались взаперти вместе со своим хозяином.

— Тут должны быть его люди — помощники. Возможно, вооружены.

— Много?

— Человек семь. Так что будьте на чеку.

— Как будто мы до этого тут все на раслабоне были! — проворчал Иосиф.

Мы прошли улочки, свернули в сторону многоэтажек — именно за ними, как нам казалось, находится источник звука. Я вновь проверил «янтарный генезис», который лежал у меня в нагрудном кармане. На месте. Стало немного легче.

— Где все люди? — не смогла сдержаться Катя.

И бросила Тамаре:

— Прикрой меня!

— Куда ты? — бросил я, видя, как девушка метнулась к одной из многоэтажек.

— Ну что за дисциплина?

— Мало я вас на дежурства отправлял! — проворчал Шмыгаль, подойдя за девушкой.

Я, отдав приказ все остановится, тоже пошел за Катей.

Любопытство ее было понятно, но так делать нельзя, придется провести серьезную беседу. Но помимо любопытства была и другая причина.

— Тут моя бабушка живет, — произнесла Катя, подходя к дому. — На первом этаже. Помоги.

Она вскарабкалась на подоконник, глянула через окно внутрь квартиры. И замерла.

Мне стало тоже любопытно. Я подтянулся, глянул. Стала понятна реакции Кати. Внутри были люди. Но они походили сейчас на манекены. Одна пожилая женщина, сильно похожая на Катю, замерла с чайным сервизом в руках. Вторая женщина застыла в позе, собираясь отпить чаю из чашки, не донеся ее до рта.

— Это соседка, Нина Павловна, — кивая на сидящую. — Почему они в таких позах?

Я просканировал людей с помощью Дара, прощупал наличие узлов и потоков. Довольно скоро все понял.

— Он погрузил их в анабиоз, — ошарашено произнес я.

— Что?

— Император, когда создавал Стену, позаботился и о жителях. Он понимал, что Архитектор будет пить из ни в чем неповинных людей их силу, чтобы использовать ее для разрушения преграды. И потому Император погрузил их всех в анабиоз. Они словно куклы, и каналы силы их закрыты. По этой же причине нет и света нигде. Город без силы.

— С ними все будет в порядке?

— Думаю, да, — ответил я, хотя сомневался.

Но нельзя было говорить иначе. Чтобы восстановить силы людей и вернуть их из анабиоза обратно в нормальную жизнь понадобятся силы, много сил.

— Пошли, нужно идти, — произнес я, помогая Кате спуститься вниз.

Она понуро пошла к общей группе.

— И больше так не делай, — начал я отчитывать девушку.

Катя остановилась, обернулась. И вдруг прильнула ко мне. Это было неожиданно, и я даже на время растерялся. Обнял девушку. Мы стояли так некоторое время, в полной тишине. Потом Катя шепнула:

— Пойдем.

Что это было я не знал. Слабость? Страх? Что-то еще? Но приставать с расспросами было некогда.

Мы подошли к общей группе. Шмыгаль поворчал для приличия, но быстро успокоился. Мы двинули дальше в путь.

А вот храм, где произошло высвобождение Архитектора из моего разума и завладение Распутиным. Здание было погружено во мрак. Но в отличие от других, от него исходило синеватое едва заметное свечение — остаточные эманации колоссальной силы, высвободившейся здесь.

Я показал всем знаками, чтобы были предельно внимательными.

Первым на разведку пустили голема. Он обошел здание, вернулся ни с чем. Пусто. Теперь нужно было выяснить что внутри.

Но зайти мы не успели. Две тени выскочили из входа, и я лишь крикнул «ложись!» как по нам принялись стрелять.

Это были адепты секты.

Пули звякнули по обшивке голема — он закрыл нас своим корпусом. Мы бросились в укрытие — урны и лавочки, — откуда начали вести ответный огонь.

— Саня! — крикнул Шмыгаль.

Я понял, что он хочет штурмовать храм и просит меня его прикрыть.

— Нет! — ответил я, кивая на големов.

Нельзя было рисковать. Пусть роботы сами сделают всю грязную работу. Шмыгаль нехотя кивнул, отдал команду к наступлению големов.

Роботы пошли вперед, осыпая врага свинцом. Кто-то вскрикнул, противник начал перегруппировку.

Зашипели языки воздействия — кто-то из адептов начал создавать конструкт. Волна силы ударила по голему, погружая его в вязкую субстанцию. Робот попытался высвободиться, но не смог. Микросхему начали искриться и взрываться, голем дернулся и завалился на бок.

Черт!

Я сделал ответный конструкт, метнул его в противников. Волна наткнулась на что-то вязкое, похожее на болотную тину. Эманации дрянной силы тут были повсюду. Можно только представить, что сейчас из себя представляют адепты — длительное воздействие такой силы пагубно влияет на людей, словно радиация.

Еще один конструкт, теперь уже с поправкой на имеющийся астральный мусор. Я слепил плазменный шар, швырнул его в адептов. Шар прожег воздух, с гулким хлопком лопнул, окропляя всех не тушимым огнем и на время освещая округу. В отблесках света я мельком увидел лица адептов. И невольно вздрогнул. Жуткая сила исказила их плоть, превратив в уродов. Было похоже, будто их переживал сам Архитектор и выплюнул, посчитав не съедобными.

Вскрикнула Катя, увидев такое безобразие.

Удар пришелся точно в цель, адепты заверещали, начали палить во все стороны.

— Голема! Пускай голема! — крикнул я Шмыгалю.

Робот двинул на толпу. Его осыпали огнем, но сталь оказалась прочней. Голем принялся выкашивать неприятеля.

— А-ах!

А это уже вскрикнули с нашей стороны.

Я оглянулся. Поддерживая блок, отступил.

— Иосифа ранили! — крикнула Катя.

И рванула к нему. Помог Бульмяк. Вместе они оттащили парня к кустам, где оказали ему первую помощь.

Я вновь ударил по противнику Даром. Вкладывая в него всю ярость и злость. Огненные шары полетели один за одним, выжигая местность. Крики боли противника потонули в гуле огня. Големы довершили начатое, ударив плотным огнем на звуки.

Убедившись, что на улице нет опасности, я подскочил к Иосифу.

— Как состояние?

— Нормально, — выдохнул тот.

— В ногу попало, — ответил Бульмяк. — Жить будет.

— Понял. Катя, останься с ним.

— Да я дальше пойду, с вами! Тут царапина! — начал храбриться Иосиф, но я категорично запретил.