Лорды гор. Любовь и корона - Ирмата Арьяр

– Со мной? – перепугалась Эбигайл.

– Увы, с вами, дитя. Идемте.

Девушка покорно последовала за священником в исповедальную кабинку.

А мужчина в коричневом плаще развернулся к принцессе, и ее сердечко екнуло: капюшон был надвинут низко, но темноту ткани разбавляла прядь лунных волос, лучом пролившихся на его плечо.

– Я рад, что вы приняли к сведению мои слова, ваше высочество, – улыбнулся Рамасха, подойдя к ней и сдвинув капюшон так, чтобы девушка могла его опознать.

– Я удивлена, принц. Разве вы почитаете Безымянного бога?

– Нет, но я люблю бывать в храмах разных конфессий. Маг в любом храме может укрепить свою силу. Ведь корни религий – в древнейших верованиях, единых для всех людей. А ствол у них один – магическое пламя, данное айрами людям. Не секрет, что многие из жрецов Безымянного – потомки магов, даже если они это отрицают. Если они соблюдают изначальные правила, магия в них пробуждается. Но я ждал вас не для того, чтобы дискутировать на тему религии.

Летта затаила дыхание. Он ждал!

И он говорит с ней на такие возвышенные темы, значит, не считает ее ребенком или, как это ни обидно, безмозглой эйхо, неспособной что-то понять. Значит, относится с уважением, хотя она ничем его не заслужила. До сих пор стыдно, какой истеричкой он увидел ее в Гардарунте.

Рамасха, поймав сияющий взгляд фиалковых глаз принцессы, внезапно смутился.

– Вы не подумайте, миледи… я не… не посмел бы настаивать на вашем внимании, но… я боюсь за вашу жизнь. Слишком хорошо я знаю отца. Он беспощаден.

– Это я уже поняла, – прошептала девушка.

– Я больше не могу смотреть, как он губит жизни, одну за другой. Он верховный маг, от состояния его души и силы зависит магия каждого из нас. А она загрязнена. Вам, еще не узнавшей настоящий Север, покажется странным, но ласхи – чисты и светлы. В наши длинные полярные ночи только чистота и свет души может спасти наши жизни. Но мы задыхаемся… впрочем, для вас наши проблемы слишком далеки. Но мне показалось, что вы уже и сами сумели многое понять. Ваше поведение сегодня… Я далек от того, чтобы думать, что вы дерзили императору от непонимания, кто перед вами. Мне показалось, вы решились на бунт от отчаяния. Я прав?

– Да, вы правы, – прошептала Летта, отчаянно краснея. Она уловила сомнение принца: уж не дурочка ли она, чтобы не понимать опасности? Это было до слез обидно. Но он же понял, что ею двигало! Какой же он мудрый и как добр к ней. Она вздохнула, млея от одного его присутствия. – Мы, люди, лишенные магии, имеем свое понятие о чести и достоинстве. Но для Алэра я пустое место, и самое печальное, он не стесняется это демонстрировать. Я понимала, что делаю. Но я лучше умру, чем позволю обращаться с собой как с ничтожеством.

– Но вас все еще прельщает корона?

– Нет. Я послушная дочь и повиновалась отцу, принимая его выбор. Но мне хватало малой короны принцессы Гардарунта. Я не мечтала о власти императрицы, да ее и не будет. Моя роль сводится к рождению ребенка. Зачем вы спрашиваете?

– Я должен был убедиться, что не ошибаюсь. Я ждал вас, чтобы предложить бегство. В моих силах открыть вам снежный переход к границе Гардарунта.

Это уже было. Яррен тоже предлагал переход. И сейчас она спросила о том же, что и тогда:

– А мои люди? Она останутся и примут на себя весь гнев императора?

– Девушек мы тоже выведем. Но сразу всех – маловероятно. Яррен точно не уйдет, пока не убедится в вашей и их безопасности. Но за него вы можете не волноваться. У него достаточно высокий статус, чтобы император сохранил ему жизнь. Да и бежать он может самостоятельно, как и Кандар. Горцы знают тропы духов.

– А что будет с вами, принц, когда император узнает о вашем участии в моем бегстве? Он же казнит вас!

Рамасха улыбнулся так тепло, что Летту затопило нежностью… и навернулись на глаза слезы. От понимания нереальности ее мечты, от невозможности прикоснуться к нему.

– За меня тоже не стоит волноваться, принцесса. Я последую примеру моего брата Рагара. Уйду в Белогорье. У меня сложились неплохие отношения с вейриэнами, они меня примут.

– И тогда Алэр снова развяжет войну?

– Возможно. В прошлый раз он воевал за любимую женщину. Думал, что можно поставить горы на колени и принудить ее вернуться. Но прекрасная Найла предпочла умереть. В этот раз… война бессмысленна. Его цель – огненное благословение вашего ребенка. Трудно представить, чтобы он смог добиться этого силой от короля Лэйрина.

Летта растерянно теребила в руках край длинного рукава платья.

– Вы первый наследник, принц. И вы готовы из-за меня лишиться будущей императорской короны? Потерять власть, родину и друзей? Кем вы станете в Белых горах? Одним из сотен вейриэнов? Приживальщиком в доме какого-нибудь надменного горного лорда? Вы, блистательный Снежный принц?

– Или одним из Семерки вершителей мира. Это куда больше, чем корона Севера.

– Каких вершителей?

– Вы не слышали о них? Это долгий разговор, леди Виолетта, мы сможем к нему вернуться в более подходящее время. Вам нужно решать сейчас, немедленно, вашу судьбу. Мы уйдем прямо отсюда, так легче запутать след.

– Нет. Я не могу спасти свою жизнь и поставить под удар вашу и… других. Сотен и тысяч, если начнется война. И… как же моя эйхо? Кто о ней позаботится? Из нее ваши маги сделают безмозглое существо, а она… не умеет говорить, но умеет чувствовать.

«…И я люблю вас, мой волшебный принц. Я умру без вас, а высшие вейриэны, как я слышала, дают обет безбрачия. Так какая разница?».

– Эйхо – это, конечно, важно, – задумчиво кивнул принц.

Летта низко склонила голову: ей показалось, он смотрит на нее с осуждением. Но она ни за что не примет от него такую жертву. Любовь дает, но не отнимает. Любовь обогащает, но не просит милостыни.

– Вы, как никто другой можете меня понять, ваше высочество, – ее голос тоже потускнел, словно вылинял от сдерживаемых слез. – Мы – члены правящих семей, мы не можем делать, что хотим, и жить, как хотим. Мы отвечаем не только за себя перед Богом или… перед той высшей силой, что одарила нас происхождением, магией, иным даром… Но я хотела бы оттянуть как можно дальше заключение брака. Хотя бы для того, чтобы мой брат Лэйрин стал сильнее и смог меня защитить.

Рамасха кивнул:

– Я понял вас. Что ж, мы с Ярреном подготовились и к такому ответу, он предупреждал, что вы не согласитесь бежать. Не знаю, на что вы надеетесь, но попробую вам помочь. У нас уже нет времени, потому запомните главное. Ритуал будет на древнем языке, требуйте перевод, если не поймете. Не соглашайтесь назвать жениха повелителем, тем самым вы перед богами, точнее, перед алтарем и средоточием магии, отдадите ему власть над вами. Не говорите «да» трижды. Не соглашайтесь ступить внутрь алтарного круга – это ритуально отсечет вас от прежней жизни и родственных связей и отдаст тому, кто ступит в круг вместе с вами. Запомнили?