Охота на Велеса - Алекс Хелльвальд

Бр-р-р-р.

Оська взял лежащий рядом пульт и прибавил звук у телевизора.

— Новости Петербурга, — пояснил он и хмуро уставился в экран, пытаясь вникнуть в суть известий. — Случайно наткнулся, давай послушаем.

— …А теперь криминал, — заявил диктор. — За текущие сутки в Москве произошло несколько серьезных преступлений. Этой ночью неизвестные напали на майора ФСБ Коржикова Виктора Евгеньевича, который в ходе схватки с ними получил множественные пулевые ранения. Мужчина скончался в скорой помощи, не приходя в сознание.

Пока ведущий озвучивал информацию, в правом верхнем углу появилась фотография нашего знакомого московского "проводника" с траурной ленточкой.

— Вот это новости, — прокомментировала я, чуть не подавившись куском пирога.

Схватив бутылку с чаем, припала к горлышку и жадно отпила.

— Зачем полез тогда на тех бандюганов?

— Тоже не понимаю, — ответил мне не менее шокированный напарник. — Ни слова о задержании преступников. О нас — тоже.

— …В своей квартире на улице Промышленной найден труп Смирнова Иннокентия Павловича, ученого, предпринимателя, — тем временем продолжал информировать население журналист.

Появились кадры с видеозаписью из квартиры. "Пьяная" камера дрожала в руках оператора и выдавала резкую смену видов. На полу лежал покрытый простыней человек. Видео прервалось, и вновь возник диктор. А в правом верхнем углу экрана — прямоугольная фотография, будто взятая из паспорта.

— …По предварительной версии следствия он покончил жизнь самоубийством, асфиксия, — пояснил теледиктор.

— Мамочки… — просипела я. — Бре-е-е-д. Точно уже не может быть таких совпадений. Потому что этого типа я, кажется, тоже знаю.

— Откуда? — заинтересованно спросил Остап. — Ты не говорила. Про того мужика с дырой в башке — говорила, а про этого — нет.

— Этот субъект встречался с другим мужчиной в кафе в Риге. Они говорили о проекте "Велес" и о том, что Борзый заинтересован получить пусть и не сами документы, если профессор даст задний ход, то его изобретение. Я сейчас вспомнила его по фотографии. А видела во время одного из своих "сеансов ясновидения", — пояснила я Оське, перебирая в памяти мельчайшие нюансы, которые были мне доступны сейчас. — Выходит, речь шла обо мне.

Потрясение замедлило восприятие происходящего на экране. Теперь я понимала, почему обратила внимание на оговорку Запрудного о некоем Борзом. Правильно, я слышала имя раньше, просто не могла припомнить: где и когда? Впрочем, и про "Велес" я тоже слышала.

Наметилась устойчивая связь, пусть и первая в нашем побеге с преследованием. Надо запомнить мысль, обдумать по дороге в Питер, с Оськой догадкой поделиться.

Позже, все позже.

— …Переходим к криминальным новостям по стране, — объявил ведущий. — Приморский край.

На экране начался репортаж с местным полицейским чиновником.

— …К сожалению, пока выйти на след убийц не удалось, — сокрушенно признался полицейский. Просим откликнуться свидетелей, чтобы восстановить картину происшествия. Обращаться можно по телефону…

На экране возникли фотографии "джинсового" и лопоухого типа с татуировкой в виде розы.

— Эпическая сила, — выдохнула я, покрываясь холодным потом. — Серьезный мужик этот Борзый.

— Люди мрут, маразм крепчает, — посетовал Остап.

По телевизору стали передавать прогноз погоды, и, увы, в Санкт-Петербурге намечались кратковременные дожди с грозами.

— Что думаешь? — обратилась я к парню.

— Валить надо отсюда — это глобально. А что касаемо происходящего… Смотри, как интересно получается: Запрудный — ученый и этот, как его, Смирнов — ученый, оба почили. Осталось понять, кто такой Борзый.

— Думаешь, убийство?

— Пес его знает, — отмахнулся Оська. — Похоже на убийство. Сама посуди: ты рассказывала мне о Запрудном, сейчас о господине Иннокентии. Последний с кем-то разговаривал о "Велесе" и о документах или самом эксперименте — тебе. Ты весь разговор вспомнила? Есть еще чего-нибудь?

Я призадумалась, копаясь в памяти. Спустя некоторое время помотала головой.

— Ладно, не помнишь, так не помнишь, — вздохнул парень. — Но вот что странно, и тот и другой ученый говорили об интересе к проекту Борзого и оба умерли.

— Заметает следы? Борзый?

— Может, конкуренция? — прищурился Оська. — Некоего Борзого с еще кем-то.

— Ты хочешь сказать, что…

— Я хочу сказать, что двое ученых убиты. Откуда тогда взялся киллер? Ты мертвая Борзому без надобности, я так понимаю, иначе всей этой возни не было бы. Тогда кому нужна твоя смерть? Не сходится… Неизвестного нам Смирнова и Запрудного мог грохнуть и не Борзый, а мог и он. Твою… Валить нужно, Алин, и как можно дальше. Куда?

Я откинулась на спинку стула и брякнула:

— Хороший вопрос.

— Получается вообще ерунда, — нарушив воцарившуюся паузу, начал парень. — Если предположить… Повторюсь: предположить, что Борзый — одна сторона, Запрудный и Смирнов — другая, и еще кто-то пока неизвестный нам, пославший киллера — третья. Беготня по городам и весям и настойчивое втюхивание винтовки нам твоим папой складывается в весьма логичную картину. Дядя Боря боится не мифического Борзого, а того, кто прислал наемника.

— Но Виктор Евгеньевич… — вспомнила я. — На чьей он стороне?

— Коржиков… Ха. Знать бы, упокой его душу.

— Выходит, есть четвертая сторона, — предположила я, — и он спас нас тогда.

— Ой ли. Ты нас спасла.

— Бр-р-р-р-р. Запуталась. Давай собираться и звонить перевозчику. Пора нам…

Остап кивнул и отправился в душ, а я стала убирать со стола остатки пирогов и упаковывать их обратно в рюкзак — по дороге поедим.

После того как я приняла душ, Остап все хорошо проверил, вытер, что было можно. Ну, хоть кто-то следовал инструкциям моего отца. Я от всей этой круговерти едва не забыла про осторожность.

Таксист забирал нас с парковки возле гостиницы. Дорога предстояла дальняя, и я устроилась на заднем сидении с удобством. Остап держал в руках винтовку, не пожелав ее убрать в рюкзак. Он не доверял никому, я — тоже, потому была не против незачехленного оружия.