Пробужденный - Коллин Хоук

Доктор Хассан осторожно отдернул штору, и мы выглянули наружу. Там царил хаос. Мебель выглядела так, будто ее пропустили через дереводробилку. Подушки были разорваны в клочья; выпотрошенная набивка летала по крыше, словно тополиный пух. Однако сама буря унеслась бесследно, и на очистившемся небе снова засияли звезды.

– Уже можно выходить? – шепотом поинтересовалась я.

– Похоже на то. Постойте тут, я проверю.

Я с тревогой наблюдала в окно, как доктор Хассан выбирается на крышу. Когда он оперся на перила ограждения, они надломились и со стуком полетели во двор. Старый археолог застыл, оценивая погром, и через пару секунд я рискнула к нему присоединиться.

Дверь покосилась от многочисленных ударов, повсюду валялись щепки и обломки. Каждый сантиметр пола украшали глубокие борозды от когтей. Я нагнулась поднять растерзанную диванную подушку. Из нее тотчас же полетел пух, и я невольно представила на месте подушки собственный живот, а вместо набивки – кишки.

Следом пришла мысль об Амоне. Что с ним стало бы, если бы крокодемоны превратили меня в бифштекс? Смог бы он по-прежнему черпать силу из моих органов – или ему понадобился бы новый донор?

– Как вы думаете, с Амоном все в порядке? – тихо спросила я.

– Если бы Апофиз взял верх, мир уже погрузился бы в хаос.

– Как по мне, здесь и так хаос.

Доктор Хассан вздохнул.

– Не думаю, что у Темного хватило бы сил одолеть Амона. По крайней мере, сейчас. Но вы должны понимать, что даже если Амон победил, есть вероятность, что эту битву мы уже проиграли.

– Какая ирония! Великий визирь, призванный служить солнечному богу, первым распространяет упаднические настроения. Лично я намерена бороться до конца. Мы найдем братьев Амона и завершим церемонию. Я считаю, мы просто не имеем права думать по-другому.

Доктор Хассан бросил на меня быстрый взгляд и положил ладонь на сломанные перила.

– Боюсь, эта новость вас не порадует, Лили, но вы с Амоном должны знать все варианты. В легендах говорится, что наступят времена, когда небесные тела встанут в ряд, но не сумеют снова заточить Темного бога. И по всем признакам, этот момент настал.

– Погодите-ка. Вы хотите сказать, что эта ваша космическая церемония может не сработать, даже если Амон принесет себя в жертву?

Доктор Хассан кивнул.

– Так предсказывают легенды.

– Но мы не можем знать, что они говорят именно об этом разе.

– Никто в мире не может знать такого наверняка.

– Допустим. Так этот дурной знак, крокодемоны…

– Свидетельствует, что Темный собирает силы, вербует новых приспешников и уже достаточно укрепил свое присутствие в мире…

– Чтобы помешать Амону и его братьям исполнить задуманное.

– Похоже на то.

Я уперлась ладонями в колени и мрачно пробормотала:

– Фан-мать-его-тастично!

Я помогала доктору Хассану собрать обломки мебели в кучу, когда заметила в ночном небе яркую комету. Сперва она стремительно приближалась к нам, но потом замедлилась и скорректировала курс. Теперь я отчетливо различала золотые крылья.

– А ваши соседи могут его увидеть? – спросила я доктора Хассана.

Тот покачал головой.

– Дух великой птицы открывается только тем, кто в него верит.

Сокол завис над домом, и его сияющее тело, вспыхнув еще ярче, начало расплываться – пока не сменилось привычным силуэтом юноши. Тень крыльев мерцала в воздухе еще несколько секунд, пока Амон опускался на крышу. Едва его ступни коснулись исцарапанного дерева, как золотые перья рассыпались миллионом светящихся точек.

Ладони юноши были воздеты, как и при первом превращении. Однако вместо того, чтобы их опустить, он протянул ко мне руки и выдохнул:

– Лилия.

Я бросилась ему в объятия.

Амон коснулся губами моего лба и лишь тогда перевел взгляд на доктора Хассана.

– Что случилось?

– На нее напали демоны билоко.

Амон сжал мое запястье, и в основании шеи неуютно кольнуло.

– Они пришли вместе с бурей.

– Тогда они знают. – Амон мягко помассировал мне шею, и я почувствовала, как тело наполняется тягучим теплом.

– Этого я и боялся, – мрачно сказал доктор Хассан.

– Кто знает что? – пробормотала я.

– Темный знает, что Амон ослаблен и зависит от ваших сил, – пояснил археолог.

– И теперь они за мной вернутся? – спросила я, уткнувшись Амону в грудь.

– Я не допущу, чтобы тебе причинили вред, – ответил парень.

– Значит, вернутся, – я подняла голову и безошибочно угадала на его лице тревогу.

Амон не ответил – лишь молча продолжил потирать мне шею. От его прикосновений кровь обращалась в солнечный свет, который растекался по телу, вымывая боль и усталость.

– Лилия, – прошептал парень, снова соприкоснувшись со мной лбом. – Что я с тобой сделал?

– Эй, я в порядке. – ответила я, для привлечения внимания легко похлопав его по груди.

– Ты не в порядке, – Амон коснулся перебинтованной руки, и его глаза сузились.

– Просто маленький укус. Невеликое дело.

– Неправда. Твои ткани разорваны, а кости треснули в нескольких местах.

– Но-но! Я давала разрешение на использование рентгена? Послушай, Амон, это правда неважно. А что важно, так это…

Парень яростно встряхнул меня за плечи.

– Ты – важна! – И Амон, проигнорировав мои дальнейшие возражения, обернулся к доктору Хассану: – Надо немедленно найти братьев.

Археолог натянул шляпу.

– Бог звезд ближе. Следуйте за мной.

– Ей нужен целитель. Лучше сперва пробудить Амоза.

Доктор Хассан покачал головой и сделал нам знак следовать за ним. В доме он немедленно залез под кровать и вытащил большую походную сумку, в которую принялся заталкивать самые невообразимые вещи – какие-то археологические приспособления, спички, отрезы ткани и другие предметы, назначения которых я даже не могла представить.

– Воплощение лунного бога спит слишком далеко, – сказал доктор Хассан. – Поиски его последнего пристанища займут немало времени. Если мы сперва отправимся туда, нам придется потом вернуться и потерять целый день. А в случае повторного нападения твой брат сможет вернее защитить Лили.

Амон секунду обдумывал это предположение. Я видела, что на самом деле ему не нравится ни один из вариантов.

– Хорошо, – наконец ответил он. – Сначала разбудим Астена. Но прошу вас, доктор, поторопитесь.

– Разумеется.