Песнь для Близнецов - Евгения Белякова

Рик сжал ее руку в своей.

– Думаю… нет, я чувствую – значит.

– А что?

– Не знаю. Ты мне скажи.

Тео вздохнула.

– Я сама пока не знаю. Потому и растерялась.

– Понимаю. – Серьезно ответил бард.

– Давай пока…

– Оставим все как есть? – спросил Рик. – Пока ты не разберешься в себе?

– Вроде того.

Бард посмотрел куда-то наверх, изображая задумчивость. Он улыбался.

– Думаю, можно. – Ответил он. – Только не жди слишком долго, учитывая разницу в продолжительности жизни, я вполне могу состариться и умереть, пока ты…

Тео запустила пальцы ему в волосы, мимолетно удивившись их мягкости, притянула к себе и легонько поцеловала в губы.

– Это что-то вроде… награды за будущее долготерпение? – Рик лукаво прищурился.

– Нет, балда. За то, что в будущем ты воздержишься от шуточек про ковыряние в носу.

Они засмеялись.

– Я серьезно, – добавила Тео. – Пожалуйста, говори мне только правду.

Она приподнялась на подушках, подвинулась, освобождая место для Рика. Он устроился рядом, обняв ее за плечи.

– Пра-а-авду? – протянул он и Тео поняла, что невероятно рада снова слышать эти шутливые нотки, задиристый тон и ожидать колкости с минуты на минуту. Словно вернулись старые добрые деньки, только… все было куда лучше, чем раньше. – Правду… что ж, вот тебе первая: тут пыльно, как в архивах Садовников, и дует от окна, пахнет каким-то старьем и я не я буду, если не выволоку тебя завтра же прогуляться на свежий воздух.

– Тебе же надо быть в Ордене.

– Я куда более свободен, чем многие братья. Привилегия положения. Займу Винеса каким-нибудь придуманным заговором и улизну.

– Но тебе понадобится Дерек, чтобы перенести сюда.

– Ты, кажется, не слишком-то жаждешь моего общества, раз ищешь отговорки? – фыркнул бард.

– Это факты, Рыжий. Ты хоть знаешь, что находишься за несколько сотен миль от столицы?

– Сотен ми-и-иль? – Он присвистнул. – Тогда действительно нужен маг. Но я знаю волшебное слово.

– «Пожалуйста»?

– Нет.

– А какое?

– «Уньо Лито» тысяча шестьсот девяносто второго года.

– Это семь слов, – засмеялась Тео.

– Достаточно будет показать бутылку и сказать «Дарю».

– Да ладно тебе. Дерек не такой пьянчуга, чтоб подмазываться к нему вином, пускай и хорошим.

– Хорошим? Хорошим? Ты где была последние тридцать лет? Это лучшее вино того года, да и, пожалуй, десятилетия. А Дерек, между прочим, большой ценитель и коллекционирует редкие вина.

– Впервые слышу.

– Выходит, мужская дружба открывает тайные пороки, а вот тебе не повезло.

– Зато я знаю, что он терпеть не может паштет.

– Знать, что человек вожделеет куда выгоднее, чем то, что он ненавидит, ты не находишь?

Дерек, подходя к спальне Тео, опасался услышать разъяренные вопли, презрительные остроты, но ожидал, учитывая его природный оптимизм, напротив – вздохи и нежный шепоток. Остановившись под дверью, он с минуту слушал, как магичка с бардом обсуждают его тайные пристрастия, потом пожал плечами. В реальности все оказалось несколько по-иному, чем он себе представлял, но куда более естественно. Он собирался сказать, что ему уже пора в Башню, и он намеревается закинуть Рика по дороге в Орден, но развернулся и ушел. Выйдя на кухню, махнул рукой Ольсену, чтобы привлечь его внимание. Маг, сидя в старом кресле у печки, вышивал на наволочке пчел.

– Я, пожалуй, пойду. – Сказал Дерек. – Они там… э-э-э… курлыкают. Сможешь открыть Дверь Рику в столицу?

– Угу, – не поднимая головы от шитья, отозвался Ольсен.

Дерек улыбнулся и, прищелкнув пальцами, создал портал. Не сразу в Башню – каждый раз он перемещался через случайно выбранные точки. Хмыкнул и исчез.

Тео чувствовала себя преотлично. Еще днем она с трудом переворачивалась с боку на бок – все время преследовало ощущение, что она падает в бездонную пропасть. В голове время от времени оглушительно били колокола, во рту было сухо и хотелось уснуть мертвым сном. А теперь она ворочается в кровати, и ей хочется встать и побежать – неважно куда. Неужто все это – результат того, что она сняла с души груз недоговоренности? Конечно, барды вовсю распевали о целительной силе любви, но она пока не готова была примерить к себе это слово. Однако – ей было легко и радостно, ничего не болело… Об этом говорил Ольсен?

«Нет, – вспомнила она, – он говорил о том, чтобы подумать. „Поварить котелком“. Ну вот… я думаю. А о чем надо думать? О Рике? Пока мы вроде разобрались… Он все-таки уникальный человек. Если б мне женщина, к которой у меня чувства, сказала „Подожди незнамо сколько времени, пока я решу, чего хочу“, я б ее придушила. Ну, легонько. А он согласился на такие условия безо всякой задней мысли. Это и есть любовь? Умение ждать, сколько потребуется? Или это просто терпение? В таком случае, у меня его маловато. Но странно – я головой понимаю, что поступаю не слишком-то красиво, если посмотреть на ситуацию со стороны, но никакое чувство вины меня не гложет. Это, наверное, потому что он так… легко все воспринял. Удивительная личность. Бард, шпион, жрец двух религий… кстати, о религиях – еще и посланец Близнецов…»

Тут по спине у Тео пробежали мурашки. Посланец Близнецов. Как она могла забыть? Вдруг ее внутреннему взору открылось что-то… какая-то смутная догадка. Нет, она не сомневалась в искренности чувств барда, и знала, что приказ богов был поводом для него приблизиться к «врагу», а вот любовь – если это была она, – родилась куда раньше… Нет, что-то было такое, особенное в этой мысли о Близнецах. Она все никак не могла нащупать…

Вигель и Тель сказали ему, чтобы он сопровождал ее. И помогал во всем. Но в чем «всем»? Когда Рика чуть не убил Охотник и ему явились боги, Тео даже половины не знала того, что знает сейчас. И планов у нее никаких не было. Неужели боги предвидят каждое ее действие? Но это невозможно. Люди не марионетки, разве что…

Понимание оказалось довольно болезненным. Затылок заломило, будто к нему приложили кусок льда, а сердце забилось быстрее.

– Ох, Рик… – прошептала Тео в темноту. – Твои Близнецы, пожалуй, самые Серые из всех Серых, когда-либо существовавших в нашем мире.

Она знала, что предопределения не существует. Но зато есть связь – причина и следствие, поступок и ответственность. Ей ли не знать, когда она сама пользовалась этими связями, ткала нити реальности, сплетая их таким образом, чтобы события выстраивались в нерушимую цепочку…

– Демоны меня дери. – Снова вслух прошептала она. – Вот значит как…

Знание это ничего не меняло в ее решении. А вот в решимости – да.