Шуттовской рай - Роберт Линн Асприн

— Ставьте вон у той стенки! — командовал сержант-снабженец, хватая первым один из длинных из ящиков и манипулируя пультом управления на нем, пока ящик не опустился на ковер. Затем небрежно набрал комбинацию цифр, отпирающих замок, и крышка с шипением открылась.

— Угощайтесь! — заявил он, но тут же передумал. — Нет… отставить. Становитесь в очередь! Ясон! Я хочу, чтобы они расписывались за все, что взяли! Нам нужно точно знать, кто что берет, чтобы потом спросить с того, кто вернет неисправное оружие.

Как и следовало ожидать, в длинных плоских ящиках лежали винтовки и другое длинноствольное оружие, захваченное с собой при отлете с прежнего места службы на болотах. В квадратных ящиках хранились боеприпасы.

— Ну, полагаю, это решает проблему вооружения, — сказала Рембрандт, хмуро глядя на раздачу оружия, но не делая попыток возразить или помешать, в то время как легионеры расхватали ружья и разбрелись по залу, и каждый принялся протирать, осматривать и заряжать выбранное им оружие.

— Просто решил, что бы ни произошло, не повредит иметь под рукой несколько лишних средств убеждения, — подмигнул Гарри, затем лицо его стало серьезным. — Ладно, и что мы имеем на данный момент?

— Не много, — призналась старший лейтенант. — Пока не вычислим, где его держат, мы не можем начать действовать. Беда в том, что всем хочется находиться здесь. Нам едва удалось заставить дежурных охранников остаться на своих постах, пока мы здесь совещаемся… Да, кстати…

Она поднесла к губам наручный коммуникатор и нажала кнопку вызова.

— Мамочка слушает! — быстро раздалось в ответ.

— Говорит Рембрандт, Мамочка, — произнесла лейтенант. — Как ты там держишься?

— Скажу честно, если бы каждый мамочкин сынок или дочка в этой роте не требовали докладывать обстановку им лично каждые пятнадцать минут, то дышать было бы легче.

Лейтенант улыбнулась, несмотря на напряжение.

— Нужна помощь?

— О, не обращайте внимания на мое брюзжание. Я справляюсь — пока, во всяком случае. А вы продолжайте думать над тем, где наш капитан, и предоставьте мне укрощать этих волков.

— Хорошо, Мамочка. Только дай знать, если тебя слишком достанут. Рембрандт закончила.

Она снова занялась поэтажными планами.

— Ну, насколько я понимаю, наиболее вероятные места здесь и здесь. — Она указала пальцем на две точки. — Нам надо послать кого-нибудь и быстро проверить… Бренди?

— Здесь, лейтенант, — ответила старший сержант, выступая вперед.

— Как ты думаешь, мы можем…

— Прошу прощения!

В дверях стоял дворецкий командира.

— Что такое, Бикер?

— Я… я не хотел вторгаться, — произнес Бикер, и вид у него был непривычно смущенный, — и как вам известно, я не имею официального статуса в вашей организации, но в данной ситуации у нас общие интересы — а именно, благополучие моего шефа — и я, как мне кажется, располагаю некоторой информацией, необходимой вам при составлении ваших планов.

— Пусть вас не волнует ваш официальный статус в нашей роте, Бик, — ответила Рембрандт. Как и все в роте, она относилась к дворецкому с большим уважением, даже с большим, чем остальные, с тех пор, как он помогал ей при наборе актеров на замену легионерам.

— Что там у вас?

— Я… я могу сообщить вам, где держат мистера Шутта.

— Вы?

— Да. Могу с уверенностью сказать, что он сейчас находится в номере Максины Пруит — номер 4200. По крайней мере, пятнадцать минут назад он был там.

Рембрандт нахмурилась.

— Эй, Суси! Кажется, ты сказал, что номер пуст!

— Никто не подошел к телефону, когда я звонил, — ответил тот. — Но сам я туда не ходил.

— Понятно… Ладно. Бренди? Используй свой универсальный ключ, чтобы посмотреть…

— Извините меня… Возможно, я недостаточно ясно выразился, — перебил Бикер, немного резко. — Я сказал, что мой босс определенно содержится в этом номере. Никакой необходимости проверять это нет. Любая попытка проникнуть туда может поставить под угрозу жизнь мистера Шутта и того, кого туда пошлют.

Лейтенант вытянула губы трубочкой, потом бросила взгляд на Армстронга, который слегка пожал плечами.

— Ладно, Бикер, — наконец произнесла она. — Не то, чтобы я вам не верила, но не расскажете ли, почему вы так уверены в том, что он там?

Высокомерие дворецкого улетучилось, и он смущенно оглядел столпившихся вокруг легионеров.

— Это… ну, это секретный метод, который я разработал, чтобы облегчить себе задачу наблюдения за перемещениями моего босса. Я бы попросил, чтобы вы все хранили это в строжайшей тайне, как я всегда хранил в тайне те секреты, которые некоторые из вас иногда доверяли мне.

Он снова оглядел собравшихся, и те в ответ дружно закивали.

— Очень хорошо. Я взял на себя смелость вшить маленькие датчики в каждый предмет одежды босса, как гражданской, так и военной. Это дает мне возможность заранее узнавать о его приближении, чтобы быть готовым его приветствовать, и позволяет засечь его местонахождение в любой данный момент.

Армстронг ахнул.

— Вы вшили жучки в одежду капитана? — Пытаясь подавить приступ смеха и поверить в невероятное, он произнес это на всю комнату.

Бикер передернулся.

— Можно назвать и так, сэр. Я лично, предпочитаю считать это необходимым средством для обеспечения того исключительного обслуживания, которое оправдывает мою зарплату, каковую вы, вероятно, сочтете значительно превышающей обычный для представителя моей профессии оклад.

— Да называйте, как угодно! — сказала Рембрандт, роясь в разбросанных поэтажных планах. — Сухой осадок — ваша уверенность в том, что его держат в номере этой старой драконихи!

— Да, мэм, — ответил дворецкий. — Могу еще добавить, что у ее двери несет охрану довольно мускулистый джентльмен. Это, по крайней мере, легко может подтвердить любой, кто не поленится туда сходить.

Он бросил испепеляющий взгляд в сторону Суси, который виновато пожал плечами.

— Один охранник? Он мой! — заявила Бренди. — Надо же найти какое-то применение этому наряду «горничной Фифи», прежде чем я сброшу его навсегда.

— Помощь нужна, сержант? — предложила Супермалявка.

— С одним-то охранником? Имея возможность приблизиться к нему вплотную, не вызвав подозрений? — Амазонка в звании старшего сержанта согнула мощную правую руку, сжала кулак и широко улыбнулась. — Не думаю.

— Ладно, в таком случае, мы знаем район боевых действий! — заявила Рембрандт, изучая лист бумаги, который, наконец-то, нашелся. — Посмотрим… у нас имеется большая гостиная, и по бокам две спальни… одна дверь… К черту все это!