Родственные узы - Элла Рэйн

— Лорд Трибоний должен скоро вернуться, и все-таки, давайте я хоть запишу то, о чем Вы с ним желаете пообщаться, — предложила я, — чтобы не сидеть без дела.

— Ну, хорошо, — вздохнула она и, достав из сумочки носовой платок, приложила к глазам. — Меня зовут леди Петунья Огили. Мой муж, финансист Жан Огили, пропал в той же гостинице и в то же самое время, когда там погибла делегация наших ученых. Помните, это случилось полгода назад, в Королевстве Вулканов? Жан уехал по каким-то делам, сказал мне, что его отправила Канцелярия финансов, но когда супруг не вернулся, я обратилась к его начальству, и выяснилось, что в никакую командировку его не отправляли, более того, он взял отпуск по семейным обстоятельствам и больше на службе не появлялся. Так как я обратилась через неделю после отъезда Жана, а отпуск он взял на месяц, мне предложили или подождать его возвращения, или сразу обратиться в Тайную канцелярию. Я была потрясена их лжи — мне так показалось в тот момент — и стала требовать объяснений, упирая на то, что Жан остановился в той самой гостинице, где поселили делегацию наших ученых, вследствие чего мой супруг погиб, как и они. Но Канцелярия финансов отрицает данный факт, чтобы не платить мне пенсию по потере кормильца, хотя я в ней и не нуждаюсь. Начальник отдела, в котором служил Жан, внимательно выслушал меня и вызвал руководителя службы безопасности, поручив последнему разобраться в данной ситуации. Можно стакан воды?

— Да, конечно, — кувшин с водой стоял на моем столе, и налив в стакан, я подала леди, — не торопитесь, пейте спокойно.

Я записывала основные моменты ее рассказа, а леди, отпив воды и держа стакан в руке, продолжила.

— Руководитель службы безопасности предложил мне перейти в его кабинет, где, внимательно выслушав меня, все записал и дал мне прочитать, я согласилась, что все записано слово в слово. А затем лорд сделал копию с письма Жана, в котором он написал, что поселился в той же гостинице, что и наша делегация, и сказал, что со мной свяжутся, как только что-то выяснится. И через три недели меня пригласили в Канцелярию финансов, в кабинете руководителя службы безопасности сидели три лорда — он сам и двое из Тайной канцелярии. Оказалось, что мой супруг, покинув империю, действительно отправился в Королевство Вулканов, но в гостинице, где разместили ученых империи, останавливаться не мог. Она была вся забронирована под делегатов научной конференции со всех стран, и служащие гостиницы не опознали Жана Огили на рисунках, что им были показаны. А далее представитель Тайной канцелярии сказал, что число покойных совпало с числом ученых и их охраны, все они опознаны, лишнего трупа не было. След моего супруга затерялся в Королевстве Вулканов сразу после того, как он прошел контроль у спецслужб. Ни одна гостиница в столице Королевства не подтвердила, что он останавливался у них. Таким образом я оказалась соломенной вдовой. Мое заявление в Тайной канцелярии приняли и пообещали держать меня в курсе, до сего дня я так ничего и не знаю. Мне нужна помощь, потому я здесь.

— Леди Огили, а кто Вам посоветовал обратиться к нам? — поинтересовалась я.

— Да знаете, — она замялась и покраснела, — я сидела на лавочке в парке несколько дней назад, и рядом присел мужчина средних лет. Мы разговорились о погоде, а потом он спросил, как давно я ношу траур. Лорд был так участлив, что я не выдержала и рассказала мою историю, а он посоветовал мне обратиться в агентство «Мы бодрствуем всегда», сказал, что много лестного слышал о вас. Дома я обдумала это предложение и нашла его здравым.

— Тогда давайте я задам несколько вопросов, — предложила я, — чтобы мое руководство имело возможность, прочитав свиток, получить полное представление об этом деле.

Леди согласилась и, приготовившись отвечать, достала из сумочки свой паспорт и документ о заключении брака между Петуньей Дорман и Жаном Огили, случившегося десять месяцев назад.

— Расскажите о своей жизни до встречи с лордом Огили, — попросила я.

— Я родилась в семье финансиста Петра Дормана, единственный ребенок, отец был немолод, когда женился на маме, а когда она — мне было три года — решила с ним развестись, то получила небольшую компенсацию. Как я совсем недавно выяснила, разбирая бумаги отца, она еще долго судилась с ним в надежде получить половину его состояния. Отец больше не женился и служил в Финансовой канцелярии до выхода на пенсию, это произошло пять лет назад. Я окончила Академию Сильфиды и, вернувшись в столицу, тихо жила в нашем городском доме, вела все дела по хозяйству, занимаясь рукоделием и читая книги. Изредка посещала театры и музеи, я, как и отец, домоседка.

— А балы Вы посещали? — уточнила я, вспомнив целую пачку предложений, поступивших в мое отсутствие в наш дом.

— Нет, что Вы, — немного печально улыбнулась леди, — меня по какой-то причине не приглашали. Я как-то решила выяснить у отца, с чем это связано, а он рассердился и спросил, неужели я стремлюсь покинуть его и выскочить замуж за любителя чужих состояний. Мне даже пришлось его успокаивать и пообещать больше не задавать такие вопросы.

— Леди, Вы вышли замуж меньше года назад, а где Вы познакомились с будущим супругом, если Вашему отцу так не нравилась идея замужества его единственной дочери?

— Он умер год назад, оставив мне состояние, но завещание составлено таким странным способом — а выяснилось это только семь месяцев назад, — что у меня ощущение, будто отец чего-то опасался, — пояснила леди Петунья. — А с Жаном мы познакомились на улице. Я шла из магазина тканей, и набежали тучи, собирался дождь, и я заспешила, поскользнулась на ровном месте, и меня подхватил незнакомый мужчина. Он проводил меня до дома, только переступили порог дома, как начался ливень, и я предложила ему выпить чаю и переждать непогоду, так мы познакомились.

— А рисунок супруга Вы с собой не захватили? — спрашивала я, и в голове всплывал еще ряд вопросов, которые ждали своей очереди.

— Конечно, принесла. Я же хочу, чтобы агентство выяснило правду, — пояснила леди и, достав из сумочки свиток, подала мне. — Он потрясающе красив, не правда ли?

Я взяла свиток и развернула, на меня смотрел красивый молодой мужчина, и, разглядывая его черты, я точно знала — он жив и здоров.

— Леди Петунья, а на сколько лет супруг младше Вас? — уточнила я, приготовившись задать все вопросы, какими бы неприличными они ни казались.

— На пятнадцать лет, но ведь это не имеет значения, — вырвалось у нее, — мы полюбили друг друга, и это самое главное. Жан так хотел детей, но у меня их не может быть, застудилась в детстве.

— Давайте вернемся к завещанию Вашего отца, — предложила я. — Для начала, у какого юриста оно хранится, и если можно, подробнее об основных положениях. Я правильно понимаю, что отец оставил Вас состоятельной женщиной?

— Не просто состоятельной, а очень богатой, — покраснев, призналась леди Петунья и назвала имя юриста, именно он вел дела лорда Тримеера. — Скажу честно, я не очень хорошо разбираюсь в юридических тонкостях, Вам лучше побеседовать об этом с моим юристом. Знаю только, что Жан был рассержен и несколько раз повторил, что мой покойный отец — самодур и не хотел, чтобы я была счастлива.