Играть, чтобы жить. Книга 4. Инферно - Дмитрий Рус

Одна из девушек бросилась к саркофагу, ловко, словно обезьянка, засунула руку в небольшую трещину и торжественно вытащила драгоценный кристалл. Поклонившись, протянула его Тавору. Тот милостиво принял дар, довольно оглядел камушек на свет и спрятал в инвентарь. На шее у подонка переливалось целое ожерелье из Кристаллов Божественной Крови.

— Редкое зрелище… — прокомментировал Тавор. — Обычно сердце бьется раз в сутки, а вот сегодня уже во второй раз. Беспокоится что-то наш живчик, ворочается!

Безумец засмеялся истеричным пугающим смехом, окружающий его гарем старательно заулыбался.

— Ждите, мамаша! Мне нужно отправить вашему сынуле парочку пикантных фотографий. Придется подниматься в донжон — ибо пока сидишь в этом клятом склепе, время снаружи практически не движется: здесь пройдет год, а на поверхности — меньше получаса! Хронос законсервировался надежно. Предполагаю, что хотел восстановиться до возвращения Титанов, да вот что-то пошло не так… Ну все, не скучайте тут без меня!

Хлопок портала, облегченные вздохи девушек гарема и чуть расслабившиеся фигуры стражи из неписей.

Экстренное заседание штаба проходило буквально на бегу. Проклятый Тавор прислал свой список требований уже через сорок секунд после похищения. Скриншот испуганной мамы, жмущейся к стене в каком-то мрачном каземате. Требование приобрести свиток одиночного портального перехода по прилагаемой ссылке. Линк вел на приватный аукцион, цена лота заставила в ярости скрипнуть зубами — три миллиона золотом.

Сумма подъемная, но опустошающая нашу казну на две трети. Неужели все-таки пригрели крысу на груди? Вычислю ведь, рано или поздно вычислю! Покарать придется так, чтоб мысли ни у кого больше не возникло: жрать с двух рук и барабанить на сторону! Называйте меня палачом, но я сделаю это — с превеликим удовольствием!

Ну и последнее, главное требование безумца. Через десять минут после получения письма я должен был активировать свиток и перенестись в неизвестную локацию. На этом инструкции заканчивались и начинались угрозы. Если в указанный срок условия не будут выполнены, то я получу следующий комплект фотографий, и он мне вряд ли придется по душе…

Я торопливо шагал по арсеналу, выхватывая давно присмотренные предметы, собирая просчитанный на калькуляторе комплект выживальщика. Хиты, хиты, броня, самолечение, регенерация, снова хиты… Вместе с навешиваемыми на меня бафами — получалось девятнадцать тысяч единиц жизни. Не уверен, что оно мне пригодится, но я при любом раскладе хотел получить лишние секунды на принятие решения.

Семенящие рядом офицеры заваливали меня потоком информации:

— В Замке веден план «Блокада», противник не обнаружен, попыток нарушить охраняемый периметр не замечено!

Я согласно кивнул — Бэрримор также не засек присутствия чужаков. Вполне вероятно, что акция проведена хорошо подготовленным одиночкой. О методиках подмены сигнатуры личности меня в свое время предупреждал Оркус, но этот факт шел в таком плотном информационном потоке, что выделить его как ключевую опасность я не сумел.

Меры противодействия существовали, хоть и несколько примитивные, требовавшие механической наработки. Вычислить чужака помогали сложные распальцовки приветствий а-ля ниггер, введение внутрикланового жаргона и целой системы знаков и жестов. Доводить их нужно до автоматизма, вставляя в беседу на рефлексах и точно так же фиксируя корректный отзыв. Оркус уверял, что с нашей абсолютной памятью проблем не будет: пару месяцев тренировок — и задача противника по внедрению агента усложнится на порядок.

Я с трудом представлял себе «подмену» сорвавшегося, но идея тайного языка жестов мне в любом случае пришлась по вкусу.

— Согласно перекличке, в Замке никто больше не пропал!

И это было ожидаемой, но все-таки радостной новостью. Лазутчик не стал рисковать либо не имел убедительных аргументов для того, чтобы заставить еще кого-то добровольно присоединиться к портальной группе.

— Похищенная не отвечает на запросы в чате, что, в принципе, объяснимо десятком причин. А вот почему она до сих пор не воспользовалась умением «Блаженной смерти» — непонятно.

Оркус тронул меня за рукав, привлекая внимание:

— Есть инфа от Неназываемого?

Я покачал головой:

— Павший рвет и мечет — его маркер на матери заблокирован, и он не может обнаружить пленницу. Правда, слепых для него мест в Друмире хватает: Светлые храмы и намоленные места, боги и их аватары, фонящие артефакты и прочая непонятная хрень. Таких пятен едва ли с полпроцента на общемировой карте, но если перевести их в квадратные километры — на проверку потребуются десятилетия…

— Значит, никакой помощи не будет?

— Ну почему? Неназываемый в позе низкого старта, внимательно присматривает за моей тушкой. На мне ведь места живого не осталось — весь в печатях Высших Сил. Павший утверждает, что такой фон экранировать невозможно, учует меня даже внутри солнечной короны. Ну а дальше — примчится кавалерия в виде Верховного Бога, и кто не спрятался — я не виноват!

— А если как тогда, на алтаре у Руаты? Ты ведь рассказывал, что Неназываемому потребовалось пять минут на продавливание купола, за это время многое можно сделать!

Я отмахнулся:

— Вот поэтому я и накручиваю хиты вокруг своей тушки, плюс с тех пор мы все заметно подросли — что боги, что их Первожрец. Инструментов в руках стало значительно больше, а их мощь ощутимо возросла.

Из секретного хранилища вернулся Дурин. В руках кряхтящего казначея покоилось огромное яйцо Василиска.

— Принимай, командир! Где бы ты ни был — вылупишь, и всем сразу станет очень тесно и не до тебя!

Отличная мысль!

Хвала Друмиру — громадина яйца послушно проваливается в горловину сумки, однако внештатные двести кило ощутимо давят на спину.

— Баф на силу!

Присутствующие клерик с энчатером синхронно кивают, пару секунд совещаются, выбирая наилучшую схему непересекающихся благословений, а затем накрывают меня огнями заклинаний. Колени вновь выпрямляются, груз больше не плющит спину, мышцы наливаются сталью — так гораздо лучше.

Следующим отрапортовал Младкор:

— Силы клана готовы переместиться по координатам Портального Маяка. Артефакт не забыл?

Я молча хлопнул по карману.

— Отлично, как только будет возможность — устанавливай и проводи активацию, там всего пара минут черчения и ритуалистики.

Кто мне даст только эти пару минут…

Но, не зная, в какую игру мне предложит сыграть Тавор, я щедро распихивал по рукавам крапленые карты, магнитные кубики, запасные ферзи и левые костяшки домино. Что-нибудь да пригодится.

— Через семнадцать минут начнут спадать первые бафы. До окончания срока ультиматума двести секунд.

Оркус заглядывает в глаза: