Агрессия - Вячеслав Шалыгин

Ретростайл ньюспортал «Советский Челябинск»/www.RSNP-sovchel.ru/05.07.2016.

13. Зона разлома 31 (Кыштымская), 14.07.2016.

Скаут не удержался на ногах и завалился на Ольгу, а следом потянул в партер и Муху. Все трое рухнули примерно с метровой высоты, поскольку в «аду» они появились на краю какой – то неглубокой, но широкой канавы. Перекаленный грунт под ногами осыпался, и троица растянулась на горячем дне. И очень удачно, что растянулась именно здесь, а не десятью метрами дальше по канаве, если смотреть вправо. В этом странном «аду» падение плашмя на горячую землю было не худшим вариантом приземления. Можно было еще и плюхнуться в лужу расплавленного металла. Именно эта неприятность поджидала гостей в десяти метрах правее.

Скаут первым поднял голову и осмотрелся. «Ад» выглядел убедительно. Спекшийся и растрескавшийся грунт, древесная зола и непонятные, тлеющие почти без дыма кочки, раскаленные острые камни и темный песок, местами оплавленный до стеклянных комочков – это была здешняя твердь. «Адский» небосвод просматривался плохо из-за плотной красновато-серой дымки, которую там и тут подпитывали едва заметные струйки дымов и неведомо каких испарений. Из-за этих же дымов, испарений и смога было очень трудно дышать.

Но самое удивительное творилось с местной жидкой стихией – назвать ее водной не поворачивался язык. Жидкостями здесь притворялись всевозможные вещества, которым полагалось быть твердыми даже в адской жаре. Кроме лужиц расплавленного стекла, это были металлы. Причем разные, но непременно благородные или хотя бы дорогостоящие.

Лужа, рядом с которой завалились сталкеры, выглядела как смешанное с медью золото. Хотя, скорее всего, красноватый оттенок металлу придавал местный дневной свет, сочащийся сквозь фильтр багровой дымки. А вот золотистый цвет обеспечивало… само золото.

Скаут проворно встал на четвереньки, подполз к луже, на миг замер, а затем закашлялся и сел на колени, прикрывая нос и рот рукавом.

– Это… золото! Настоящее! Только не горячее!

– Но жидкое, как ртуть, – рядом уселся Муха. – Помнишь, Колян рассказывал… про Урал. Зона… не помню номер.

– Значит, не вранье? – Скаут утер пот со лба. – Жара, как в сауне, даже ноздри обжигает. И кислорода маловато.

– Это верно, – Муха зачарованно смотрел на лужу золота. – Сколько ж тут… литров… двести? А килограммов… тонны три? Или больше?

– Вы лучше… по сторонам… смотрите, – Ольга поднялась на ноги и окинула взглядом окрестности. – Видели, в кого Пушкарев превратился?

– Скаут обернулся и кивнул:

– Я успел заметить.

– А я сразу все понял, – не отрывая взгляда от лужи, сказал Муха. – Взгляд у него изменился. После отсидки в яме это уже не полковник был. Тварь скопировала Пушкарева.

– Раз она такая ловкая и талантливая, могла и сюда за нами прыгнуть.

– Ну да, скопировать кого-нибудь и прыгнуть вместо него. – Скаут хмыкнул. – Муха, ты не тварь?

– А в рог? – скривился Муха. – Могла и прыгнуть. Но пока ее нет поблизости, голову греть незачем. И без того напечет.

– Я вырубаюсь, – признался Скаут. – Засыпаю, как рыба на берегу. Надо искать, где тут можно отдышаться. Ольга, ты не видишь?

– Кругом тот же пейзаж, – Ольга, похоже, чувствовала себя на этой огненной территории вполне комфортно. – Угли, золотые лужи, горячие камни.

Красота.

– В топку такую красоту. – Скаут попытался подняться, наступил на камень, нога у него соскользнула, и ботинок звучно шлепнул по краю золотой лужи.

Брызги разлетелись недалеко, но ботинок и правая штанина оказались заляпаны золотом основательно. Скаут в ужасе отпрыгнул и попытался вытереть налипшее золото о песок, словно это было собачье дерьмо, а не благородный металл. Сразу сделать это не удалось, но чуть позже Скаут понял, что спешить некуда и успокоился. Жидкий металл вовсе не собирался прожигать обувь и одежду. Постепенно он просто стек на землю, не оставив на ткани никаких следов.

– Горячо, – Муха усмехнулся и медленно погрузил в лужу палец. – Как чай, градусов шестьдесят. Терпимо. Даже приятно.

– Выражение «купаться в золоте» обретает здесь новый смысл, – заметила Ольга.

Муха вынул палец из лужи, поднял кверху и уставился на него, блаженно щурясь. Потом вытер густую жидкость о штаны и оглянулся, явно в поисках какой-нибудь тары. Даже останься после катастрофы на этой территории какие-нибудь емкости, их наверняка уже давно подобрали местные старатели, и Муха понимал это преотлично. Он удрученно вздохнул, потянулся за флягой, но передумал. В этом местечке вода наверняка была гораздо ценнее золота. А ведь еще год назад все было наоборот. Вокруг Кыштыма плескалось множество довольно крупных озер. Нормальных озер. С водой.

– Валим, пока не задохнулись, – вновь закашлявшись, сказал Скаут. – Ольга, хоть где-то есть просвет?

– Не-а, – Ольга загадочно усмехнулась.

– Ну да, – пробурчал Скаут. – Откуда в аду просветы?

– Верно. Я всегда знала, что рано или поздно попаду именно в ад, но никак не думала, что спущусь сюда живьем и ради Старого.

– Ничего, прорвемся, – прохрипел Муха. – И не из таких ловушек выбирались. Сталкер он и в Африке сталкер.

– Ну да, – вновь буркнул Скаут. – Афросталкер.

– Туда, – Ольга вдруг махнула рукой. – Просвета нет, но дыма поменьше. Можете еще идти?

– Я… уже… не могу, – Скаут сел на колени. – Это… угарный газ так действует, да?

– Это твой страх так действует, – Ольга помогла товарищу подняться. – Идем. Не думай о плохом, дыши медленно. Мы выберемся.

– Может… опять по артефакту врежем, чтоб… помог выбраться? – предложил Скаут и сквозь ткань дырявой куртки нащупал пакаль во внутреннем кармане.

– Чем врежем? – спросил Муха. – Машины нет, а пулей… ты опять будешь держать? А если промажем?

– И не факт, что переместимся куда-нибудь в более приятное местечко, – добавила Ольга. – Допустим, в Заполярье. Думаешь, при минус сорока проживем дольше, чем при таком же плюсе?

– Хотя б не задохнемся.

– Не задохнемся. Замерзнем. В чем разница?

Скаут не ответил. Уже просто не мог. И идти он не мог, как ни старался. Да и Ольга, при всей уверенности в собственных силах и комфортном моральном состоянии, начинала спотыкаться. Муха шел ровно, но от его прыти не осталось и следа. Он снова погрузился в состояние «тормоза». Наверное, рефлекторно перешел в кислородо– и энергосберегающий режим.

Сталкеры все-таки сумели добраться до места, где было мало дыма и не так першило в глотке от испарений (этим местом оказалась наезженная грунтовая дорога), но отдышаться у них не получилось и тут. С кислородом на горячей территории было катастрофически плохо везде.

Скаут в конце концов потерял сознание, Ольга тоже «поплыла», а потому только Муха успел разглядеть приближение потенциальной опасности. Он оттащил друзей с дороги, чтобы они не попали под колеса нескольких бронемашин, и даже попытался замаскировать группу, но в последний момент тоже «спекся».