Агрессия - Вячеслав Шалыгин

Странным было не только поведение «серого». Андрей не чувствовал той необъяснимой и едва уловимой, но вполне дружелюбной ауры, которая раньше сопровождала невидимого ангела-хранителя. Лунев не видел «серого», но всегда ощущал его приближение и присутствие. Сейчас же он не чувствовал ровным счетом ничего. «Серый» поменял правила игры? С чего вдруг?

«А может, это просто другой «серый»? – вдруг осенило Андрея. – Как определить? Ведь если б я хотя бы раз видел того «серого»… Все равно вряд ли смог бы отличить. Чем они могут отличаться? Ростом и телосложением? Этот высокий и худой. А тот? Как узнать?»

«Серый» остановился метрах в десяти от Андрея. Никаким дружелюбием от него по-прежнему не веяло. «Серый» поднял руку, указал на пакали и жестом приказал отдать артефакты. Андрей замешкался.

Тогда «серый» повторил свой жест. Теперь с большей амплитудой и резче, требовательно. Лунев сделал шаг в сторону «серого», но снова притормозил. «Серый» подался вперед, вкладывая в это телодвижение достаточно понятный смысл. Он сердился и даже угрожал. И это окончательно убедило Андрея, что перед ним совсем не тот «серый», который его оберегал. Вот только эта убежденность не подсказывала, что делать дальше. Не отдавать пакали – это понятно. А что тогда? Драться? Бежать? Бить в барабаны?

Из-за крайнего вагона электрички неожиданно вырулил Жора с инкассаторскими мешками в руках. Шел он точно на Андрея, но увидел его только когда до Лунева оставалось метров пять. Наверное, здесь и проходила граница маскировочной завесы-невидимки. Жора от неожиданности вздрогнул, но не остановился. Вскоре он очутился точно посередине между Андреем и «серым», лицом к Луневу.

Похоже, спасатель даже и не заметил «серого».

– Андрей! Ты откуда здесь?! А я все для себя решил! Я в полицию иду! Все до копеечки отдам!

– Жора, уйди! – Андрей сделал шаг навстречу спасателю и протянул руку, чтобы оттолкнуть его в сторону, но опоздал.

«Серый» быстро сместился вперед и в руке у него вдруг появился достаточно длинный продолговатый предмет. Андрей решил, что это табельное оружие «серых», которое легко размазывало тварей, тогда, в Дымере, но это оказался нож из неведомого материала. Видимо, «серый» решил действовать без шума и пыли. Он ударил Жору в спину, и клинок проткнул спасателя насквозь. Парень выронил мешки и попытался обернуться, но в этот момент ноги у него подкосились, и он начал заваливаться на рельсы.

И в ту же секунду слева затрещал «Хеклер» очнувшегося Финна. Пули глухо застучали по комбинезону «серого», а одна брякнула по гарде кинжала. В результате «серый» выпустил нож из руки, и он остался торчать в спине у несчастного Жоры.

Но безоружным «серый» оставался недолго. Непонятно откуда он достал еще один предмет, и на этот раз им оказалось стрелковое оружие, похожее на обычную эстафетную палочку.

«Серый», не целясь, выстрелил в Финна. Над путями взметнулось облако мелкого, смешанного с сажей щебня, и скороговорка «Хеклера» смолкла. Андрей не увидел, что стало с бойцом, но подозревал, что Финн отстрелялся. Больше ждать помощи Старому было не от кого.

Впрочем, уже в следующую секунду выяснилось, что это не так.

Пули не причинили «серому» вреда, но даром все-таки не пропали. Очень похоже, что именно из-за выстрелов Финна «серый» потерял контроль над маскировочной завесой, которая ввела в заблуждение не только Жору, но и группу Трофимова.

Как только исчезла невероятная маскировка, квестеры сориентировались в ситуации и на «серого» обрушился град пуль. На линии огня не было никого, кроме «серого» и Лунева, значит, стрелять можно было с чистой совестью. Вот они и начали поливать изо всех стволов. Даже из автомата Дока. Правда, делал это не сам ученый, а Симаков.

«Серый» развернулся и снова выстрелил. Ударная волна смела квестеров, как порыв ураганного ветра сметает опавшие листья. Все пятеро улетели метров на пятьдесят, затем упали и еще столько же прокатились по платформе кубарем.

«Серый» вновь резко развернулся и прицелился в Лунева. Третий выстрел должен был поставить точку в этой отчаянной схватке. Как бы признавая, что выбора не осталось, Андрей вытянул руки с пакалями перед собой и кивнул: «бери». «Серый» опустил оружие, протянул руку к пакалям, и…

В этот момент Андрей резко соединил пакали. Наугад. И не просто соединил, а треснул ими друг о друга с максимальной силой, чтобы уж наверняка. А что ему оставалось?..

Перемещение в новое место прошло, как и предыдущее, мгновенно и без спецэффектов. И не почувствовал Андрей ничего особенного. Ни тяжести, ни невесомости. Ничего. Он даже подумать ни о чем не успел. В момент соединения пакалей в голове царила полнейшая пустота. Все мысли пришли позже.

«Я не убился об стену, не рухнул в болото с крокодилами и не попал в еще какую-нибудь опасную для жизни местность. Это значит, я соединил артефакты правильно. Но как мне это удалось и что значит «правильно»? Я попал, куда должен был попасть? Серый ангел-хранитель в последний момент прилетел и отправил прямиком в подсознание подсказку, как следует соединить пакали?»

Андрей оглянулся. Если, по мнению «серого ангела-хранителя», он должен был попасть именно сюда, ситуация окончательно запутывалась. Андрей переместился не в Зону 29, как ему хотелось бы, а на борт какого-то судна.

Разглядеть что-то конкретное Лунев не сумел. В этом часовом поясе планеты уже наступила ночь. Все, что он смог увидеть – россыпи звезд на черном небе и невысокую, но плотную стену тумана в кабельтове от борта судна. А еще множество светящихся в воде геометрических фигур, медленно меняющих сочетания, как стекляшки в большом калейдоскопе. И не было никаких сомнений, что к этому «калейдоскопу» следует пристегнуть слово «аномальный». Здесь оно было вполне уместно.

* * *

Человек с пакалями исчез, но худощавый «серый» все-таки выстрелил. Оружие мгновенно поймало новую цель и выдало импульс повышенной мощности. Новой целью оказался маневровый тепловоз. Тот самый, с «обмороженным» машинистом в кабине. В результате прямого попадания сфокусированной ударной волны задняя часть укатившего почти к депо тепловоза поднялась над путями, локомотив медленно встал на передок, а затем с грохотом и скрежетом перевалился на крышу. При этом он не остановился, а так вот, на крыше, колесами вверх проехал по рельсам еще три десятка метров.

«Серый» спрятал оружие и наклонился, чтобы забрать свой нож, но вдруг резко выпрямился и попятился, оглядываясь на здание вокзала. Спустя секунду он развернулся, вмиг переместился к разлому и, не мешкая, нырнул в его черную кляксу.

В это же время со стороны вокзала на платформу вышел другой «серый». Худощавый разминулся с ним на доли секунды. Отчасти в этом ему помогли переломанные, но живые Трофимов и Финн, которые открыли огонь по второму «серому», видимо, решив, что к противнику идет подкрепление.

Второй «серый» не стал стрелять в ответ. Он мужественно дождался, когда у квестеров закончатся патроны (а произошло это почти одновременно и очень скоро), вытащил из тела Жоры серый кинжал и упаковал его в прозрачный мешок, словно вещественное доказательство. Только после этого второй «серый» тоже переместился к разлому.