Смерть наудачу - Владимир Михальчук

Вокруг гремело так, что казалось, будто я попал в утробу гигантского барабана. Темнота кружилась перед глазами с пугающей скоростью. Отовсюду струились флюиды страшной боли. Язык не двигался, за отекшими губами не чувствовались зубы. В ушах отдавался едва ощутимый, слабый, но одновременно громогласный перестук испуганного сердца.

Я умер?

Легкие распирало от горячего воздуха. То и дело постреливало в ребрах. Позвоночник прожигало от шеи и до самого… нижнего окончания. В боках ломило, на груди лежало что-то очень тяжелое – не поднять.

Глаза, наверное, разъехались к вискам. По затылку кто-то очень плохой тюкнул меня топором. Лоб, казалось, расплющился, все лицо превратилось в сплошной кровоподтек.

Очень – невероятно! – хотелось умереть и не чувствовать ядреного букета нестерпимой муки, которая отдавалась в каждой клетке организма.

Мне взорвали голову, а потом заботливо собрали из мелких кусочков?

Память возвращалась столь же неспешно, как и желание жить.

Может, лучше сдохнуть? Наверняка на Страшном судилище намного приятнее, чем здесь – на холодном и влажном от крови магасфальте.

– Ваши големы потеряли уважение в глазах мэрии, уважаемый Хольбус.

«Уважаемый»? Ха! Владельца избившего меня голема не слишком-то жаловали. Какое счастье! Паршивые големы…

– Я… м-нэ-э-э… сожалею, светлейший господин Дамнтудэс. Агрегаты требуют некоторой доработки.

– Доработки требуют ваши мозги! Какой кандидат в крематорий распорядился поставить на дверях безмозглого голема?!

– Я… м-нэ-э-м-да… это я приказал, сиятельный господин Мэр. Големы – лучшие охранники, нечувствительны к магии и невероятно сильны в ближнем бою…

– А также нечувствительны к любому проблеску ума в своих пустых башках! Сиятельного посла, приглашенного для встречи со мной, не пропускают на Конвент, да еще избивают!

– Я… м-н-м-н… господин Мэр, прошу меня простить и миловать. Тотчас распоряжусь сменить големов боевыми оборотнями Второго охранного полка.

– Мы с вами попозже поговорим, – сказали таким тоном, что если бы эти слова были предназначены мне – я бы задрожал. – Внесите бедолаг внутрь, Хольбус. Чтобы привели их в порядок и не смели трогать – это мои гости! И попытайтесь не показываться мне на глаза до окончания Конвента! Позже отчитаетесь. Посмотрим, что с вами делать дальше…

– Точнейше так! – рявкнули служебное согласие. Громко стукнули каблуками.

Меня подняли и куда-то понесли. Вскоре горячий воздух улицы сменился приятной прохладой. Запахло дорогими одеколонами, духами и освежителями дыхания. Никто не разговаривал, но судя по ароматам, здесь явно присутствовали дамы.

Я кое-как приоткрыл один глаз. И тут же пожалел об этом. Лоб моментально покрылся предательской испариной.

Зал был до отказа набит полицейскими и солдатами – страшный сон любого преступника! Или частного детектива…

Древние оборотни-ветераны, от пят и до бровей увешанные медалями «За отвагу», «За героизм» и «Двадцать лет победы в Тридцать второй» (у меня тоже имелись такие побрякушки – целых две). Подтянутые птицоборотни в черной форме Департамента отлова летающих бестий. Едва заметные куницы-перевертыши – дознаватели и работники Секретной службы. Полнейший набор высших офицерских чинов Управления полиции. Парадные мундиры, плащи, камзолы, фраки и многое другое. Словом, целая куча весьма невеселого народа.

– Вот. – Меня свалили на пол. – Перенесите этого в фойе Конвента.

– Позвольте, глубокоуважаемый Хольбус! Вы почему сами его принесли? Как же големы?

– Распоряжение самого Мэра! – сказал Тот-Кого-Распекал-Дамнтудэс-Собственной-Персоной. – И смотрите мне – чтобы ни один волосок не упал с хвоста этого славного оборотня! Он гость нашего любимого Мэра!

– Этот? – небрежно хмыкнули очень знакомым женским голосом. – Да это же мой бывший…

– Меня не интересует, кто это! – рявкнул Хольбус. – Если бы Мэр сказал, чтобы присматривали за Князем Хаоса – вы бы и с него пылинки сдували. Ясно? Р-разойтись! А я тем временем принесу другого гостя. И вызовите четырех бойцов из спецотдела охраны. Пусть заменят големов на посту. Пропускать только по аккредитационным пропускам и официальным разрешениям мэрии. Вольно!

Надо мной появилось прелестное личико Юласии. Небольшая, но очень упругая и замечательной формы грудь заколебалась у меня перед носом; скрытая за выпуклой преградой кителя, но все же вполне заметная. О-хо-хо, какую красоту я утратил после развода!

– Ты что натворил? – зашипела госпожа инспектор, хватая меня за шиворот.

Я безвольно поник, не в силах собраться. Кажется, у меня уже входило в привычку: находиться в беспомощном состоянии в руках своей жены, пусть и бывшей. Впрочем, так случается с большинством мужчин.

– Какого ты здесь делаешь? – снова прошептали мне в ухо. – А ну, катись отсюдова! Это частное мероприятие только для высших слоев валибурского общества.

Я сделал невероятное усилие и зашевелил растрескавшимися губами. В организме бешено шла естественная регенерация клеток – все зверски болело и жгло.

– Поручение Дамнтудэса…

– Вот как? – пробормотала Юласия, поднимаясь и задумчиво глядя на меня. – Далеко пошел, паршивец…

Я ликовал и всячески старался выглядеть наиболее важной шишкой. В лежачем положении и с разбитой рожей изобразить это было довольно трудно.

Какие-то полицейские в звании хват-генералов подхватили меня в четыре руки. Затащили в туалетную комнату и там привели в порядок: отмыли, натерли специальной дрянью, обезболивающей и ускоряющей регенерацию, выгладили одежду.

Надо отметить, сортир Конвента напоминал военный штаб. Здесь роилось множество одетых в штатское агентов Секретной службы. В углах размещались огромные кучи разнообразного оружия: от магарбалетов и «Карателей» до миниатюрных пси-взрывателей и даже магобомб. В двух кабинках располагались мозгомпьютерные серверы, над писсуарами мерцали голографические проекции всех комнат здания. Светились датчики мобильных ПОСО, которыми, к моему удивлению, был напичкан едва не каждый метр этажа. Не приходилось сомневаться: все на Конвенте охранялось по максимуму – серьезное мероприятие.