Беру тебя в долг - Екатерина Кариди

Он хотел сказать, что ей придется еще некоторое время потерпеть его. И лучше, наверное, ей будет лечь спать, а он подежурит в кресле.

Потому что все это было затеяно не зря.

То, что сейчас делал король, называлось охотой на живца. Это когда ягненка оставляют в ловушке в лесу и ждут, когда явится крупный зверь, чтобы его задрать. Только сейчас ягненком была Мара, а ждал он того, кто явится по ее душу.

И если главный ловчий попадется, пощады не будет. Но теперь он вынужден бездействовать и ждать, пока кто-то тайно покушается на жизнь безумно дорогой для него женщины.

Когда Родхар думал об этом, в сердце вскипала ярость. Он готов был подгонять события, молился, чтобы Белмар не свернул с намеченной цели, и не затаился. Чтобы проявил себя сейчас. Но надо было ждать! Потому что спугни его, потом он затаится, станет осторожнее и отследить его будет труднее.

А из донесений дознавателя складывалась картина действий и план заговора.

Король на охоте. Его нет в замке.

У главных ворот будет провокация. Это оттянет стражу и людей Хойта. Часть стражи подкуплена, защита у девчонки останется минимальной. Поскольку никто не ждет удара, похищение пройдет гладко. А что будет дальше с Марой Хантц? Предполагалось, что король об этом никогда не узнает.

Поэтому Родхар вернулся тайно.

В собственный замок проник через один из подземных ходов. И сразу встретился с главой дознавателей. А тот за этот день поработал хорошо. Стражу полностью заменил под благовидным предлогом на преданных людей. И во всех уязвимых местах приказал установить ловушки.

Одну из этих ловушек король проверил лично. Успел увернуться только благодаря хорошей реакции и тому, что он был осведомлен заранее. Зубья решетки скользнули мимо, всего лишь оцарапав его, и разорвали рукав.

Пустяк.

Но этот пустяк неожиданно сблизил их. Стер между ними грань.

И все смешалось. Забылось, что где-то рядом опасность. Здесь и сейчас были только они вдвоем. Ее полуоткрытые губы и ожидание в глазах.

* * *

Наверное, ей все-таки лучше было отказаться и уйти сразу. А теперь Мара замерла, ноги словно приросли к полу, и не шевельнуться, и не отвести глаз.

Глаза… У него темные глаза, и в них хочется утонуть.

Где-то там далеко на краю сознания предостерегающе мелькнуло:

«Опомнись! Это же Родхар Айслинг!»

Но сейчас ей было все равно, что он король. И что он почти женат. Он медленно протянул ей руку, ладонью вверх, и она эту руку приняла. А дальше воздух в легких просто исчез. И они как-то оказались рядом.

Слишком близко его грудь. И шумное дыхание, кажется вливается прямо в нее.

«Нельзя!» — кричал разум.

Но ведь он уже целовал ее.

Пусть это повторится. Пусть он поцелует ее еще раз.

Нельзя. Но ведь немного можно…

Стук в дверь ворвался внезапно.

У него судорожно дернулись руки обнять ее. На долгую секунду они оба замерли, возвращаясь в реальность. Наконец он выпустил ее и откликнулся:

— Да!

Из-за двери послышалось приглушенное:

— Сир, началось.

— Иду, — резко бросил король.

Потом повернулся к ней:

— Прошу прощения, леди, я вынужден вас оставить. Ложитесь спать.

Зацепил лежавший на кресле темно-зеленый дублет, на ходу надел его и вышел, оставив ее одну. Ключ снова провернулся в замке. А ей хотелось кричать ему вслед:

«Стой! Тебе же нельзя. Откроется рана…»

Но ведь он не услышит. Он Родхар Айслинг, Ледяной Клинок, и он не остановится перед опасностью. Она все еще смотрела на дверь, потом отвернулась. Так глупо. Жаль, что так все оборвалось, тревожно за него и хотелось плакать.

«Ложитесь спать» — сказал он ей.

Мара посмотрела в сторону кровати. И да, наверное, так и надо было поступить. Но она все равно бы не смогла сейчас заснуть. Долго рассматривала свои ладони и хмурилась, потом ушла в ванную. Увидела там брошенную им одежду. Этот испачканный кровью разорванный рукав.

И снова взвилась тревога. Ох, как это было трудно, сидеть взаперти сейчас! Она вдруг поняла, что ей надо успокоиться. Найти себе дело. Хоть какое-то, неважно.

У нее есть нитки и игла, а штопать она умела не только раны.

Подхватила дублет, быстро смыла кровь, потом уселась в кресле и стала аккуратно зашивать прореху. А когда закончила, просто сидела, держа дублет на коленях. Почему-то страшно было его выпустить.

* * *

Когда Родхара вызвали, перед воротами как раз началась стычка. Но к этому они были готовы, пока стража занималась беспорядками на площали у главных ворот замка, четверых из людей Хойта выставили тайно следить за часовней, в которой хранился Ледяной Клинок Айслинг. Они должны были отрезать пути отступления тому, кто полезет в ход. А сам Родхар с остальными засел в засаде в покоях королевы.

Король ждал, исходясь нервами от напряжения. А мысли метались.

Было что-то мистическое в том, как Мара безошибочно нашла потайной ход. И волк. Все это неспроста! А если ее охраняет тотем рода? Что тогда? Что это значит для него тогда?!

В тот момент он не успел додумать.

Потому что началось.

И да, попалась дичь в капкан!

Заговорщики нарвались на ловушку в ходе. Бросили раненого и попытались прорваться обратно, но в часовне их уже ждали. А место там на выходе узкое, не развернешься. Был короткий ожесточенный бой, шестерых наемников взяли.

Но Белмара с ними не было. И может быть, главный королевский ловчий вышел бы сухим из воды, если бы глава дознавателей не подстраховался. И не поставил своих людей еще и на подступах к часовне. Там его и взяли.