Драконья доля - Надежда Кузьмина

Я внимательно слушала, но вслух отвечать робела. И из страха, что разозлю колдуна, и тот превратит меня во вторую бессловесную Аниль, и потому, что опасалась порвать тонкую нить возникшего интереса. Может, если маг увидит во мне не просто полезный предмет — бутыль с ценной кровью, а человека, то пожалеет?

Так что оставалось по мере сил изображать изумлённый безмолвный восторг, хотя часть речей пугала до дрожи. Лорда моя реакция, похоже, устраивала, подвоха он вроде бы не чувствовал. Может, слова о том, что он видит ложь — ложь сами по себе? Как подвернётся случай, попробую проверить.

Быстро стало ясно, что лорд Моранг мнил себя настолько выше и значительнее окружающих, что обычные люди были для него примерно как для крестьянина мыши в подполе. Пусть пищат, пока не мешают.

Ещё постепенно, из случайных оговорок после третьего бокала вина, прояснилось, почему колдун живёт отшельником в дикой глухомани: у него были неприятности с каким-то там Советом Магов. Попросту — он прятался в фамильном захолустье.

— Скоро я овладею магией истинной трансформации, и это будет настоящий прорыв! Какой смысл превращаться в кошку или тигра, если можно просто навсегда, по-настоящему, обернуться другим человеком? Тогда идиотам, которые объявили меня преступником и за мной гоняются, в жизни будет меня не отыскать! А я смогу начать всё заново. Сброшу, кстати, годков триста… — и хищно уставился на меня.

Аж мороз по позвоночнику пробрал.

Тиваль, к которому я приставала с вопросами о магии, однажды сказал, что слыхал, будто сильная кровь используется для приворотов, но те запрещены, а ещё в омолаживающих зельях. Вот сколько крови нужно, чтобы помолодеть на триста лет? И сколько, выходит, сейчас этому вельможному вурдалаку?

Столько, небось, в трёх таких, как я, не наберётся.

И, как собаки, меня абсолютно не стеснялись.

Я стала свидетельницей, как Аниль привела в кабинет пять молодых девчонок из деревни, и лорд выбрал двух из них на ночь. Да ещё поморщился:

— От здешних девок никакого толку, только кровать греть годятся.

Девчонки смирно стояли рядком, будто так и надо.

Правда, в другой раз пришёл староста деревни, рассказал, что двух коров из общего стада задрал неведомо кто с вот та-акими когтями. И маг кивнул:

— Отправляйся домой, я завтра разберусь.

Силы постепенно возвращались, хотя я старалась этого не показывать. Ведь способа сбежать пока не нашлось. А искать было надо, причём срочно. Сколько кровопусканий я смогу пережить? Да и в любом случае меня не отпустят — колдун наговорил слишком много, и наверняка это понимает.

Кстати, мне удалось проверить его слова насчёт лжи. Вышло случайно. Я кивала, слушая очередную тираду о том, как он утрёт нос Совету Магов, а сама с тоской вспоминала наши с Коном похождения в ночной Суре. Вот бы тоже схватить этого гада за холёную длань с перстнями, рвануть, и чтоб головой в стенку! Жаль, здесь моих боевых умений явно не хватит. И тут вдруг маг уставился на меня и спросил:

— Как тебя зовут?

Я, сбитая с толку, чуть не ляпнула крутившееся в голове «сестра Брюхильды». Но в последнюю секунду поправилась и пискнула:

— Хильда.

Ляпнула — и испугалась: сейчас за враньё голову открутит или огнём спалит.

А он несколько секунд на меня посмотрел — и кивнул. Мол, ладно.

Отдышавшись, задумалась. Может, этот интерес — хороший знак? Вдруг он во мне не просто безымянную дойную корову видеть начал? И, уходя, набралась смелости и попросилась завтра погулять снаружи, погреться на солнце. Мол, тогда быстрее поправлюсь. И напоролась на резкое:

— Ты жива, будь довольна.

Вот так.

Только, вернувшись в комнату, стала размышлять: вдруг слова, что «весь дом накрыт щитом», тоже неправда?

Как бы проверить?

Проверять начала длинной палкой с прикрученной к концу метёлкой перьев, которой сметали пыль. Сначала очень осторожно ткнула в стену: надо было понять, что чувствуешь, когда мягкие перья упираются в препятствие. Потом попробовала щит на окне. Сравнила. Ощущения один в один.

Думалось, что даже если маг чувствует прикосновения к щиту, то реагировать на принесённый порывом ветра лист, настырную муху или шальную птицу не должен, а то покоя не будет. Значит, есть хороший шанс, что мои перья он не заметит. А делать что-то нужно… я почти поправилась, и впереди уже маячила новая колба.

Тихонько обошла все доступные места в доме, проверила окна, но напрасно. На третий этаж подняться не удалось, лестницу перекрывала незримая стена, в которую я с размаху въехала лбом. Собрав глазки в кучку и встав с пола, почесала затылок есть ли способ обойти запрет и как-то проникнуть наверх? Без разницы, на третий этаж или на крышу. Вдруг там щитов уже нет? А уж способ слезть я найду. Простыни, к примеру, свяжу, по ним и спущусь.

Вспомнив, как в особняк леди Лобелии вызывали трубочистов и те лазили по каминным трубам, решила попробовать. Сначала сунулась в устье камина в своей комнате — тот по тёплому времени и солнечной погоде топить перестали. И обломалась — чёрное жерло уходило куда-то ввысь, и даже просвета наверху было не видать.

Отправилась на второй этаж, где тоже были гостевые комнаты. Зашла в заведомо нежилую — ага, камин есть! Умудрилась запихнуть в пустую топку резной стул, забраться на него — и поняла, что в дымоход мне никак не влезть — тот узкий да гладкий. Ни ухватиться, ни упереться. И даже если из простыней верёвку свяжу, закинуть её так, чтоб она за что-то зацепилась, никак не выйдет.

Извлекла стул из топки, уселась на него и задумалась.

Что делать-то?

Если не убегу — сгину. Или спячу, прежде чем сгинуть.

Получается, надо понять, как через щит ходит Аниль.

Следить начала, не теряя времени. Аниль готовила ужин на кухне, я отправилась туда же. Уселась в углу, чтоб не мешать, и стала смотреть. Как обычно, Аниль внимания на меня не обратила. Словно я вовсе пустое место. Может, поинтересоваться в лоб, как она из дома выходит? Опасно: вдруг она вместо ответа доложит колдуну? Вспомнилось, как за простой вопрос о названии деревни меня приволокли сюда. Кстати, как это место называлось, я не знала до сих пор. И, похоже, что и не узнаю… сейчас мне было уже не до географии, лишь бы ноги унести.

Аниль наклонилась, поднимая упавший на пол ломтик картофеля, и в вырезе рубахи что-то блеснуло. Золото? У прислуги из крестьян? Ведь точно, мне не показалось, у неё на шее что-то висит. И, спорить могу, неспроста.

А чем это может быть? Похоже, какой-то медальон, и взяться он мог из единственного источника: очевидно, его дал, а, скорее, навязал, колдун.

Следующий вопрос: может ли быть так, что это и есть ключ, позволяющий проходить сквозь охранный щит? Может. Но не исключено, что именно из-за этой золотой фиговины Аниль ведёт себя как зомби. И, если я возьму эту штуку в руки, не превращусь во вторую такую же.