Пираты Тагоры - Максим Хорсун

Эспада скривил губы. Значит, решились все-таки стрелять! Ай-ай… Тагоряне-тагоряне… Тагора не знала, что такое война. Саракш же давно забыл о мире.

Но Машина выглядела весомо. Не Машина, а ферзь неприятеля, чудесным образом возникший за строем пешек.

– Мы в кризис-зоне! – проревел напоследок Эспада. – Увидите канавы и рытвины, наполненные ерундой с едким запахом, – не суйтесь, это кислота. Не суйтесь в туман, не трогайте то, что будет вываливаться из тумана. Будьте осторожны – отовсюду мутанты!

Пилот отыскал прогалину и направил машину вниз. Два сопровождающих транспорт вертолета огневой поддержки врезали из пулеметов туда, откуда били трассеры.

Эспада кивнул Дирку Туусу. Тот кивнул в ответ, вынул из зубов счастливую обгрызенную зубочистку и заорал:

– Вперед! Вперед, массаракш!

На выброску ушло меньше минуты. Солдаты оказались среди увитых лианами деревьев и папоротников-великанов. Джунгли притихли. Но над вершинами деревьев продолжали надсадно гудеть двигатели вертолетов. Бортстрелки прекратили огонь.

– Рассредоточиться всем! – приказал Эспада. – Неприятель на подходе! Туус! – он отыскал бывшего «аспида» взглядом. – Я пойду вперед.

Он пошел напролом сквозь папоротники. Ему было уже слышно, как через заросли прорубается, не таясь, отряд человек в тридцать. Проклятые вертолеты сопровождения все еще вертелись над головой, Эспада прикинул, что из-за производимого ими шума, его могут не расслышать, но ничего поделать было нельзя.

Мачете, больше похожее на зазубренный крюк, рассекло переплетение лиан. Эспада высунулся из-за дерева, вскинул автомат и просвистел приветствие на тагорянском языке. Но не человек, порабощенный тагорянином, вышел из зарослей. Взрезая дерн похожими на ходули лапами, на Эспаду двинул Темный Лесоруб.

– Массаракш! – ругнулся Эспада. – Вот так сюрпризец!

Трогательная речь на языке землян о том, что люди и тагоряне – не враги и что пора бы начать диалог, пока не стало слишком поздно, застряла у него в горле.

О чем можно было договариваться с биороботом?

Темный Лесоруб выглядел иначе, чем тот, с которым приходилось сталкиваться Эспаде неподалеку от обиталища Колдуна. Лесоруб, появившийся из зарослей, был скорее оливковым, а не черным. Бросались в глаза и прочие отличия: у биомеха имелась головогрудь, за спиной топорщились жесткие крыльца, а чуть ниже головогруди выпирала еще одна пара коротких, как будто недоразвитых, конечностей. Да и вместо топора в лапах у него был зеленый от растительного сока крюк.

«Жнец!» – окрестил про себя робота-мутанта Эспада.

Не напрасно урчала и тужилась Машина. Биомеханизмы негуманоидных рас явились на Мировой Свет, чтобы покорить планету. Тагоряне, сами малосведущие в войне, призвали с помощью Машины тех, чьи лапы были способны добыть победу.

А на выживших жуки станут паразитировать…

За первым Лесорубом-Жнецом поперли остальные. И было в их отряде не менее тридцати биомехов, как Эспада и предполагал. А еще – двое дэков и южный выродок, вооруженные карабинами, в арьергарде.

– Огонь на поражение! – заорал Эспада и вдавил пусковой крючок. Через секунду басовитый грохот его автомата подхватили стволы всех солдат особого взвода.

Пули вязли в желто-зеленом хитине, покрывающем тела Жнецов. Пули нехотя ломали эластичные пластины экзоскелетов, но из ран не текла кровь. Жнецы упорно шли вперед, намереваясь выйти на расстояние рукопашной.

– Рацию! – потребовал Эспада.

Отступая, он продолжал стрелять короткими очередями. Радист протянул ему переговорное устройство, а сам врезал из пистолета-пулемета по наступающим.

– Граната пошла! – выкрикнул Туус.

Прогремел взрыв, сухим дождем посыпалась на головы листва.

– «Черный», говорит «Прорыв»! – заговорил в трубку Эспада. – На нас нападают человекоподобные машины! Повторяю, нас атакуют не люди! Это человекоподобные машины, их очень трудно убить!

– «Прорыв», это «Черный»! – послышалось в ответ. – Прошу повторить! Мы не поняли, что именно нас атакует.

– Массаракш! – не выдержал Эспада.

Он вскинул автомат и послал короткую точную очередь в голову ближайшего Жнеца. Глянцево блестящий череп биомеханизма треснул, ходулеобразные ноги подломились, Жнец упал, схватившись за виски двумя парами конечностей в человеческом жесте боли. Враги были уже очень близко – радист почти в упор расстрелял очередного. Хитин биоробота лопнул, наружу вывалились мерцающие неоновым светом внутренности. Внутри синтетических кишок ворочались личинки тагорян.

Каждый Жнец был одновременно и боевой единицей, и самоходным инкубатором.

– «Прорыв», это Странник.

Эспада на секунду опешил. Он не ожидал, что Экселенц свяжется с ним вот просто так, на открытой частоте. Прижав трубку к уху плечом, Эспада принялся менять рожок.

– Дело плохо, – сообщил тем временем Странник. – Великая Тагора поспешила умыть руки. Проблема с прогрессистами-радикалами – это только наша проблема. Для официальной Тагоры – они изгои, отщепенцы, дерьмо. Можем делать с ними что хотим…

– И… что… нам… делать? – по слову выкрикнул Эспада, стреляя в паузах одиночными.

– Стоять, – спокойно ответил Экселенц – Вы не должны выпустить ни одно существо за пределы кризис-зоны. «Гневы» на подходе. Вы продержитесь. А армия и весь имеющийся в наличии флот ударят по Машине из всего, что у них есть.

Жнецы добрались до позиции взвода. Эспада увидел, как один из биомехов ударил крюком растерявшегося солдата. Острие застряло в бронежилете. Жнец подбросил бойца над землей, а второй биомех одним ударом отрубил парню ноги.

– Вас понял! – бросил Эспада в трубку.

– Удачи, Васку. Вы выстоите. Конец связи!

Эспада швырнул переговорное устройство радисту.

– Отступаем! На другую сторону прогалины! Бегом!

Отстреливаясь, взвод кинулся через залитую белым светом поляну. Над головами прошелся полукругом вертолет. Бортстрелки ударили по напирающим Жнецам из пулеметов. Продвижение биомеханизмов приостановилось. Дэки и выродок, которые сопровождали живые машины, повалились на землю и принялись палить вверх.

– Гранаты! – приказал Эспада и тут же разрядил гранатомет, целя в гущу Жнецов. Крюк, в рукоять которого все еще цеплялась насекомья клешня, пронесся у него над головой и увяз в стволе дерева.

– Мезокрыл! – закричал кто-то из солдат.

Ромбовидная тварь спикировала на вертолетный винт с зенита. Во все стороны брызнули неоново светящиеся ошметки, пластины бледно-зеленого хитина и покрытые острой щетиной лапы, которые скорее подошли бы гигантскому богомолу, чем мезокрылу.

В гуле двигателей зазвучали ноющие нотки. Машина качнулась, зацепилась хвостовым винтом за кроны.