Делай что должен - Александр Гедеон

– Полковник Рам, слушаю, – сухо сказал он.

– Генерал-полковник Брэгг, – услышал он голос командующего Корпусом. – Полковник, достигнута договорённость о гуманитарном коридоре для гражданских. Перемирие продлится четверо суток. Приказываю: разработать план выхода населения, находящегося в вашей зоне ответственности, к двадцати двум часам сегодняшнего дня и предоставить в штаб Корпуса. Вывод начать не позднее шести утра завтрашнего дня, исключительно поездами. И чтобы к окончанию перемирия ни единого штатского и духу не было. Ясно?

– Так точно, сэр! – Костас почувствовал, как с его души падает валун размером с высочайшую гору Китежа. – Разрешите выполнять?

– Действуйте, – командующий отключился.

Впервые за прошедшие сутки на лице полковника появилась искренняя улыбка. И дело было не только в том, что проблема с мирняком разрешилась самым лучшим образом. У Костаса появился шанс вернуть Ароре цель в жизни.

Планета Идиллия. Город Зелар

До сего дня Рам считал самым лихим и безумным водителем свою приёмную дочь, но неожиданно узнал, что капитан Нэйв в этом как минимум не уступает Дане.

Капитан вёл так, словно стремился получить золотую медаль в гонках по пересечённой местности. Наконец, заложив очередной вираж, броневик с хрустом смял кустарник и выехал на берег озера.

Бросив взгляд на карту с зеленеющей отметкой «браслета гражданина» Зары, Грэм вновь втопил педаль газа и включил сирену, распугивая горожан. Броневик ухнул в воду и шустро поплыл к противоположному берегу.

Выбравшись на сушу, Нэйв сбросил скорость и уже нормально приблизился к ряду плотов, у одного из которых стояла Зара.

Костас хлопнул по замку пристежных ремней и выпрыгнул из машины. Под ногами хрустнула галька, и этот звук показался оглушительным в звенящей тишине.

– Мэм… – начал было Костас и осёкся, увидев в пальцах Ароры невзрачный серый контейнер с открытой крышкой.

Сердце рухнуло в пятки. Неужели опоздал? Нет, в контейнере гнездо всего под одну таблетку, и та всё ещё на месте.

Полный нездешнего покоя взгляд идиллийки обратился к нему.

– Прощай, Костас, – впервые за время знакомства Арора обратилась к нему по имени. – Может, мы встретимся в новом рождении. В мире без войны.

– Не бывает мира без войн, – Рам снял шлем.

Без ноктовизора он видел не хуже – спасибо матери-бейджинке, – разве что монохромно. И Зара, разом лишившись цвета, словно превратилась в призрак, уже шагнувший за край жизни.

– Мы всегда за что-то сражаемся, – продолжил Рам, стараясь прогнать непрошенную ассоциацию. – На войне, в мирной жизни. Если ты сейчас уйдёшь – проиграешь своё сражение. За своё дитя души. Помнишь, на вокзале ты говорила, что все горожане – это твои дети. Сейчас только ты можешь их спасти. Без тебя я не справлюсь. Выбирай, уйти с ней, – китежец показал на плот с саркофагом, – или остаться и помочь им, – он указал на молчаливые тени вокруг других плотов.

Из глаз идиллийки потекли слёзы. Она вынула чёрную, едва различимую в ночи капсулу из контейнера и тихо произнесла:

– Я никому не в силах помочь. И не хочу смотреть, как мои люди умирают в вашей войне.

– Так сделай, чтобы никто больше не умер! – Костас вынул планшет и показал Заре текст приказа. – Только ты сможешь организовать эвакуацию в указанные сроки. Сейчас не время скорбеть об умерших – надо заботиться о живых. Понимаешь? Ты нужна не ей, – он опять ткнул рукой в сторону саркофага. – Ты нужна своим людям.

Казалось, идиллийка его не слышит. Её взгляд прикипел к строкам приказа, она вновь и вновь перечитывала слова об эвакуации.

– Всех? – неверяще спросила Арора. – Вы отпустите всех?..

– До единого, – подтвердил Костас. – Если уложимся в срок. И без твоей помощи не обойтись.

Зара бросила долгий взгляд на утопающий в цветах саркофаг с телом, положила капсулу в контейнер и закрыла крышку.

– Мне нужно немного времени, чтобы попрощаться.

Её голос снова обрёл силу.