Орлеан - Лия Стеффи

– Мне сложно представить, каково тебе было, – с тяжким вздохом произнесла она.

Парень был уже изрядно пьян, но прекрасно все видел и понимал.

– В этом городе о моей жизни знает лишь Гойо. И то не полностью. Ты бы тоже не узнала, если бы не испытание. Но я хочу сказать, что ничуть не пожалел, что рассказал, потому что я вижу искреннее сочувствие с твоей стороны. Крайне мало людей, которых могла бы настолько сильно волновать чужая боль. Спасибо тебе, Ария. – Юноша медленно встал и посмотрел в распахнутое окно.

Дождь продолжал свирепствовать, ветер безжалостно колыхал белоснежную штору. Арон снял с себя верхнюю одежду и футболку, потому что после дождя они насквозь промокли, и теперь сидел перед Арией топлес, хотя, кажется, ее все устраивало. Прохладный воздух, прилетавший из окна, едва ощутимо касался его оголенного пресса.

– Я бы обязательно рассказала тебе о своей жизни, если бы помнила хоть что-то, – послышался негромкий голос девушки позади. – Никому не говорила, что я безумно хочу на Землю. Мне так горестно от того, что у меня отняли все слишком рано. Я ведь столько всего еще могла сделать. Могла прожить замечательную жизнь рядом с любимым человеком, а в итоге…

Повернувшись к ней, Арон заметил, как по ее щекам покатились слезы. Ему вдруг захотелось ее утешить.

– А в итоге я в Орлеане, к которому успела привязаться, но скоро все полетит к чертям и я просто растворюсь в пустоте. И уже ни с кем не смогу сидеть вот так ночью и говорить по душам.

Арон подошел к ней ближе и провел пальцами по ее лицу, вытирая слезы. Девушка подняла взгляд и посмотрела на него.

– А ты хотел бы прожить жизнь на Земле, если бы выпала такая возможность?

– В моей жизни пропал смысл после смерти сестры и предательства любимой девушки. Что мне там делать? Наверное, прозвучит пессимистично, но, наверное, проще уж стать пустотой, как ты выразилась. Быть может, хотя бы там я перестану чувствовать то, что преследует меня с самой Земли. – Арон взял ее за руку и потянул к кровати. – Тебе пора бы ложиться, Ари. Мне не по душе, когда ты плачешь. Ложись, а я посижу рядом, пока ты не уснешь.

Она послушно села на кровать и протянула юноше руку.

– Ложись со мной. Поедешь домой завтра. Может, утром я проснусь и пойму, что совершила ошибку, пригласив тебя переночевать со мной, но сейчас мне все равно. Разве ты не делаешь, что хочешь?

После этих слов сомнения улетучились. В конце концов, Арон не собирался делать с ней ничего предосудительного. Сон. В одной кровати. Ничего особенного.

Молодой человек лег неподалеку от нее, и они накрылись одним пледом. Ария легла на бок, повернувшись к нему спиной. Арон лежал и смотрел в потолок. Стыдно было признавать, но он чувствовал себя невероятно комфортно и спокойно. Будто бы находился на своем месте.

Спустя какое-то время она снова засопела, что вызвало на лице юноши широкую улыбку. Арон повернулся к ней, пододвинулся ближе и обнял ее за талию. Носом уткнулся в ее волосы и закрыл глаза.

Он знал, что наутро все будет по-другому. Знал, что в университете снова сделает вид, будто абсолютно безразличен к ней. Знал, что, скорее всего, эта ночь – первая и последняя для них двоих. Ночь душевной близости.

И также он знал, что ему остались в Орлеане считаные месяцы. Арон думал, что вполне может позволить себе хотя бы разок проявить слабость. И пусть эта ночь навсегда останется напоминанием о том, что в мире все-таки существует хотя бы один человек, который будет небезразличен к его боли.

34

Лишь один человек

Сквозь сон Арон почувствовал прохладу, плавно пробежавшую по коже. Молодой человек открыл глаза и увидел перед собой лицо спящей Арии. Девушка сжалась в позе эмбриона и тихонько сопела в подушку. Все одеяло скомкалось где-то у них в ногах. Арон потер глаза, привстал и заметил развевающийся белый тюль. Окно было открыто, а за ним бушевала стихия, которая расшатывала деревья в разные стороны, создавая небольшой ураган. Он поспешно встал, закрыл окно и немного поежился, так как в комнате было до оцепенения холодно.

Арон взял одеяло, подошел к Арии и аккуратно накрыл ее, задержав взгляд на девушке на пару секунд. Его отвлек экран телефона, неожиданно засветившийся на тумбочке. Он взял его и увидел тридцать четыре пропущенных вызова от Гойо, Эстеллы и Фабио. Всю эту вакханалию дополняла гора сообщений. Всю ночь телефон стоял на беззвучном режиме, поэтому Арон и понятия не имел, что друзья пытались связаться с ним.

01:16, Гойо:

«Бро, куда ты уехал? Тебя ждать на вечеринке?»

01:43, Эстелла:

«Куда делся? Нигде не могу тебя найти…»

02:06, Фабио:

«Ты вроде собирался приехать, почему резко передумал? Тебя тут многие ищут, приезжай! И хватит меня игнорировать!»

03:39, Гойо:

«Специально не отвечаешь? Я уже съездил домой, думал, ты там, а тебя нет. Все нормально?»

04:15, Эстелла:

«Мог хотя бы предупредить, куда пойдешь, мы же переживаем…»

Арон закатил глаза и начал пролистывать оставшиеся сообщения, пока вдруг не заметил:

06:17, Фабио:

«Арон, где тебя носит?! Здесь такое произошло… Гойо подрался с парнями, одного чуть не убил, и Орлеан дал ему черный узор почти на всю вторую руку…»

По телу молодого человека побежали мурашки. Глаза моментально округлились, а к горлу подступил ком.

06:40, Фабио:

«Мы еле успокоили его! Он закрылся у себя в комнате и говорит, что ему нужно срочно поговорить с Титом или с тобой. Мы переживаем за него… Пожалуйста, приезжай, как сможешь».

Арон заблокировал телефон и вновь посмотрел на спящую Арию. Он быстро схватил свою толстовку, на ходу надел ее и вылетел в коридор. Проходя мимо комнаты Тита, задержал взгляд на его двери, думая, стоит ли ему сказать или нет. После нескольких секунд раздумий он по-хозяйски ворвался внутрь и увидел лежащих на одной кровати Тита и Германа. Они смотрели какой-то фильм и что-то активно обсуждали.

Увидев Арона, танцор подскочил с кровати и испуганно посмотрел на него.

– Извиняюсь, – произнес парень. – Если Гойо для тебя хоть что-то значит, то ты поедешь со мной. У него кое-что случилось, и ты ему нужен, – уверенно произнес он, глядя в зеленые глаза Тита.

Рыжеволосый юноша сглотнул, покосившись на Германа. После этого быстро схватил вещи и начал одеваться. Арон отвернулся от них, уперевшись взглядом в дверной косяк.