Перстень альвов. Пробуждение валькирии - Елизавета Дворецкая

Эта мысль подбодрила Энделя, и он уехал на юг в почти веселом настроении. В тот же вечер, когда фьялли уже улеглись спать, в усадьбу Каменный Кабан явился неожиданный гость. Услышав стук в ворота, дозорные у костра на дворе окликнули:

– Кто там?

– Пустите меня к Торбранду конунгу! – раздался в ответ тихий голос. – Мне есть что сказать ему!

– Кто ты такой?

– Мое имя Глитренде. Торбранд конунг не знает меня, но я могу принести ему много пользы! Я открою ему, где сокровища Вигмара!

Дозорным не слишком хотелось открывать ворота ночью неизвестно кому, но упоминание о сокровищах сделало свое дело. Ворота открылись: за ними стоял невысокий, плотный человек в темном широком плаще с капюшоном, низко опущенном на лицо. Из-под капюшона виднелась только черная округлая борода.

– Э, да это тролль! – определил Эйнар Насмешник, дружине которого досталась ночная стража этой ночью. Внешность гостя показалась такой необычной, что к нечисти его можно было отнести скорее, чем к людям.

– Сам ты тролль! – с негодованием воскликнул гость. Он откинул капюшон, и на хирдманов глянуло широкое лицо с выпученными темными глазами и угольно-черными, широкими, сросшимися бровями. Покатый лоб прямо переходил в лысину до самого затылка, и от этого вся голова казалась какой-то приплюснутой. Широкий рот и черная борода придавали лицу диковатое, хищное выражение, выдавая суровый и неприветливый нрав. То, что вместо челяди ему открыли ворота два хирдмана с фьялльскими подвесками-молоточками на шейных гривнах, ничуть гостя не смутило.

– Грубиян! – огрызнулся он, со злобой глядя на хирдмана. – Веди меня к Торбранду конунгу! Слышал, что я сказал?

– Ну, ты не очень-то распоряжайся! – с холодной надменностью оборвал его Эйнар. – А то выкину обратно пинком под зад!

– Нечисть бородатая! – заговорили хирдманы. – Явился темной ночью, да еще ругается. Только мы его и ждали!

– Ведите меня к Торбранду конунгу! – визгливо требовал чернобородый. – А то всем вам будет хуже, вот увидите! Уйдете отсюда ни с чем, если не нарветесь на Лисицу! И тогда он вас всех подвесит кверху ногами и скормит Грюле!

Поджав губы, Эйнар оглядел ночного гостя. Конечно, это не тролль, но уж наверняка колдун! Выкинуть его за ворота очень хотелось, но вдруг он и правда что-то знает? Не сидеть же им, в самом деле, в пустой усадьбе до зимы!

– Я бы такого в жизни не пустил! – сказал у него за спиной один из хирдманов.

– Иди через костер! – Наконец решил Эйнар и кивнул гостю на огонь. – Иначе не пустим. Посмотрим, что ты за птица!

Большой палкой горящие головешки раздвинули на две части, оставив между ними довольно узкую дорожку.

– Освящаю этот огонь именем Тора и Тюра! – провозгласил Эйнар, мечом рисуя в воздухе над костром руны «турс» и «тюр». – Да не пройдет через этот огонь никакая нечисть! Иди!

Тем же мечом он сделал знак; ночной гость, яростно фыркнув, надвинул капюшон опять на лицо и быстро, смешно семеня ногами, пробежал через пространство между кострами.

– Ну, открывай! – негодующе потребовал он, остановившись перед дверью в хозяйский дом. Его темные глаза сверкали ярче углей.

Проведя Глитренде в гридницу, дозорные пошли будить конунга. Тот явился довольно охотно, в отличие от Фреймара ярла, который отчаянно зевал.

– И это все? – воскликнул он, увидев ночного гостя. – И ради этого надо было будить? Говорили, человек, а тут какая-то кучка… ходячая. Не могли до утра подождать? Эйнар, я тебе это припомню!

– Сонливой лошадке сена не хватит! – Торбранд конунг усмехнулся, глянув на своего недовольного любимца, и сунул в рот соломинку. Он-то спал плохо и был ничуть не рассержен неурочным подъемом. – Ну, добрый человек, что ты нам скажешь? Кто ты и откуда?

– Добрый человек! – Гость презрительно усмехнулся. – Мое имя Глитренде! Зови меня так. Я пришел помочь тебе, Торбранд конунг. Я знаю, ты пришел за сокровищами Золотого озера, верно?

– Да, – вместо конунга ответил Фреймар, при этих словах оживившийся, и заморгал, стараясь стряхнуть дрему с ресниц. – За золотыми кубками, серебряными блюдами, ткаными коврами… За прекрасными дочерями Лисицы… И ты знаешь, где они?

– Если все это действительно здесь есть, – добавил конунг. – А главным образом за мечами Хродерика. Ты можешь сказать о них что-нибудь определенное?

Все это время странный гость не сводил глаз с меча на поясе конунга, как будто разговаривал с драконьей головой навершия, глядя в блестящие белые камешки ее глаз.

– Все это находится совсем близко от тебя, Торбранд конунг, – обращаясь к мечу, сказал он. – Домочадцы Вигмара и его сокровища, мечи Хродерика – все это в одном месте.

– Они спрятались в кладовых Хродерика? – догадался Фреймар. – То-то мы их найти не можем! А ты знаешь дорогу?

– Я знаю дорогу. Я один ее знаю. Но ты, конунг, должен пообещать в дальнейшем следовать всем моим советам.

– Советам? – Торбранд поднял бровь и усмехнулся. – Давненько мне никто не давал советов… кроме разве моей жены. Но ты на нее не очень похож.

Дружина захохотала. Услышав о нежданном появлении «кого-то из здешних» хирдманы и ярлы проснулись и собрались в гриднице – полуодетые, сонные, но готовые слушать и смеяться.

– Больше, чем ты думаешь! – не обращая внимания на хохот, ответил Глитренде конунгу. – Хотя лицом я и не похож на нее, однако же я в родстве с твоей женой! В очень дальнем родстве, таком дальнем, что даже сама она ничего не знает обо мне. Зато мы знаем о ней! В нашем роду крепко хранят память и не забывают родню! Ради нашего родства я готов помочь тебе в твоем деле, а ты за это поможешь мне в моем!

Теперь уже никто не смеялся: фьялли в изумлении глядели на чернобородого человечка, вздумавшего набиваться конунгу в родню, и не верили своим ушам.

– Ничего себе родич! – потрясенный такой наглостью Фреймар невольно сказал так, как мог бы сказать Торвард ярл. К соперничеству сыновей Эрнольва Одноглазого, тоже состоявшего с Торбрандом в родстве, он притерпелся, но чтобы всякий тролль из леса тоже лез в родичи! Тут никакого терпения не хватит!

Но Торбранда конунга было не так легко вывести из равновесия. К тому же он помнил, что о квиттингской родне своей жены почти ничего не знает: об этом, особенно о ее матери, ему ради собственной чести и покоя следовало знать как можно меньше.

– Какой помощи ты от меня хочешь? – спросил он, придерживая соломинку у края рта и внимательно изучая новоявленного «родича».

– Я укажу тебе дорогу к тому месту, где укрылись все домочадцы Вигмара Лисицы со всеми его сокровищами. А ты мне за это… Нет, мне не надо ни золота, ни серебра, ни оружия. Мне нужно другое. Твои люди должны немедленно, на моих глазах, убить тех из них, на кого я укажу!

– Там есть твои враги? Кто это?

– Не спрашивай меня! – Глитренде чуть не топнул ногой об пол в досаде. – Не спрашивай! Когда я скажу «убей этого человека!», он должен быть тут же убит и мне должно быть подано его сердце! Иначе я не буду вам помогать!